Разрушитель Оков - Guiltythree

Ноктис взглянул на него и подмигнул.

— Ах, да, у остальных Лордов было точно такое же выражение лица, как у тебя сейчас. Они были очень злы на нас двоих. Это был полный беспорядок. Но потом я вроде как потерял этот нож, так что они успокоились.

Он немного помолчал, а затем добавил, его голос стал немного мрачнее:

— Но эти ножи... они никогда не остаются потерянными надолго, знаешь ли. Очень, очень трудно избавиться от одного из них. Невозможно, на самом деле.

Дальше они шли молча. Встревоженный, Санни отвернулся и посмотрел через перила летящего корабля.

Казалось, Ноктис не стал уводить корабль от пустынного острова, где закончилась битва между Санни и черным жеребцом. Внизу все так же было пусто, если не считать нескольких неровных камней, валявшихся тут и там.

Единственное отличие заключалось в том, что теперь из почвы, на которую упали капли крови одинокого жеребца, росли прекрасные белые цветы.

«Полный беспорядок...»

Санни знал, что было семь бессмертных, созданных Лордом Света, чтобы охранять — или, скорее, сдерживать — Надежду. Их нити были вырваны из гобелена судьбы, сделаны бесконечными и помещены в семь странных ножей. Таким образом, ножи были одновременно и тем, что делало Лордов Цепи вечными, и единственным, что могло их убить.

Каждому из надзирателей Надежды был доверен ключ к смерти другого. Это поддерживало равновесие между ними... так что, конечно, Ноктис устроил большой переполох, сумев заполучить второй нож. Неудивительно, что остальные Лорды были в ярости.

Хотя потерять один из ножей мог только полный идиот, в данном случае колдуну повезло, что ему удалось совершить такой подвиг. Иначе он мог бы оказаться в горячей воде... или в расплавленной стали...

Санни вздрогнул и на мгновение закрыл глаза.

Наконец они добрались до носа корабля и спустились по лестнице, в конце концов остановившись перед сильно укрепленной дверью, которая показалась ему смутно знакомой. Ноктис отпер дверь и пригласил Санни войти.

Там Санни увидел бронированные стены, высокий потолок и три сундука, стоящие в центре комнаты.

Уставившись на один из них, он вдруг страшно побледнел и сделал непроизвольный шаг назад.

Ноктис посмотрел на него с замешательством, затем покачал головой.

— Ты очень странный! Не бойся, это всего лишь мои сундуки с сокровищами. Они не кусаются.

Он задумался на секунду, а затем игриво пнул один из сундуков.

— Ну... кроме этого. Этот съест тебя живьём...

Глава 647: Два Ответа

Санни уставился на до боли знакомый сундук, его черные глаза были полны испуга и ядовитой обиды. Конечно, он сразу же узнал его. Это был его старый враг, Язвительный* Мимик... мерзкое существо, которое однажды, в далеком будущем, чуть не съело его заживо.

(*П.П: Изменил «Мордант» на «Язвительный» по совету читателя. )

Правда, в итоге он сам стал пировать плотью этой мерзости. Что само по себе было травмирующим опытом.

Но кто сказал, что он сможет снова убить Падшего Дьявола? Конечно, теперь Санни был намного сильнее и опытнее. У него было больше ядер, тысячи теневых фрагментов, усиливающих его, гораздо лучшее снаряжение, и он вселился в тело настоящего демона. Но и в эту эпоху не было Сдавливания, которое помогло бы ему удержать тварь, пока Нарушенная Клятва делала свою работу.

К счастью, ублюдок, похоже, вел себя прилично, возможно, из страха перед своим хозяином. Вообще-то...

Санни присмотрелся и нахмурился, заметив, что в сундуке было всего три ядра души, ни одно из которых не имело признаков Разложения. Они были яркими и чистыми, как у любого другого существа, идущего по пути Вознесения. Однако они были слишком тусклыми, чтобы соответствовать рангу Вознесенного.

Мимик еще не был ни Падшим, ни Дьяволом. Это был просто Пробудившийся Демон, маскирующийся под сундук с сокровищами.

Это было хорошей новостью, но все же не объясняло, почему Ноктис использовал могущественного демона в качестве мебели.

«Наверное, Мимик стал сильнее когда-то в будущем... и также стал каким-то образом Испорченным»

Санни немного расслабился, но потом его хмурый взгляд стал еще глубже.

Пока Ноктис открывал один из двух других сундуков и с энтузиазмом рылся в нем, в голову Санни пришли две мысли.

Одна была очень простой...

«Монеты!»

Однако, каким бы манящим ни был образ чудесных монет, вторая мысль взяла верх:

«Что... черт возьми?»

Те слова, которые только что произнес Ноктис... разве они не упоминались в описании Заветного Сундука? Да, упоминались! Значит, Санни всегда был тем бледным другом, о котором там говорилось?

«А?!»

Откуда Заклинание могло знать, что именно эта сцена разыграется столько времени назад? Тогда Санни даже не подозревал о существовании Семени Кошмара в Башне Слоновой Кости, не говоря уже о том, чтобы вынашивать какие-либо мысли о том, чтобы проникнуть туда.

Существовало два возможных ответа, и оба они были одинаково пугающими.

Один из них заключался в том, что Кошмар на самом деле не был воссозданием прошлого. Напротив, это было просто... просто прошлое. Заклинание знало, что собирался сказать Ноктис, потому что этот разговор уже произошел тысячи лет назад, и обладало силой отправлять людей в прошлое.

Однако Санни не был готов поверить в это. Все как-то не сходилось... Если бы каждый Кошмар позволял Пробужденному путешествовать во времени и возвращаться в прошлое, они могли бы своими действиями вызывать изменения в настоящем. С момента появления Заклинания было побеждено не так уж много Кошмаров, но и не так уж мало. По крайней мере, сотни, а может быть, и тысячи...

Поэтому он склонялся к другому варианту ответа.

Второй ответ был связан с природой Заклинания и с областью его предполагаемого создателя. В конце концов, Ткача не зря называли Демоном Судьбы. Его маска позволяла Санни украдкой взглянуть на гобелен судьбы и увидеть прошлое, настоящее и будущее всего сущего, и все это одновременно. Всего одна доля секунды этого ужасного знания почти свела его с ума.

Возможно, Заклинание, сотканное из тех самых нитей судьбы, тоже было способно проникать в глубины гобелена, а значит, знало, что именно Санни суждено попасть в Кошмар, встретить Ноктиса и провести этот разговор в сокровищнице летающего корабля.

...Эта возможность была, пожалуй, еще более пугающей.

«Проклятье, голова разболелась.»

Тайна безобидного на первый взгляд описания Заветного Сундука оказалась ключом к очень важной части великой головоломки, слишком важной, чтобы рассматривать ее поспешно. В зависимости от того, какой ответ окажется верным, может полностью измениться вся природа мира, каким его знал Санни. Ему предстояло подумать об этом позже, рассмотреть в