Связанные целью - Мария Морозова

внимание на хозяина дома, когда тот возвращался под ночь. В порыве отчаяния даже перебрала целую гору приключенческих романов, надеясь, что кто-нибудь из героев оказывался в похожей ситуации. И без толку. Дело Унатара начало сводить меня с ума.

– Сэрли?

Этим вечером я снова торчала в библиотеке с очередной книгой, на этот раз по алхимии. Голос Фэрра стал для меня полной неожиданностью. Обычно маг возвращался позже, а сейчас еще только начало темнеть. Я вздохнула, откладывая книгу, и потерла ладонями лицо. Кажется, сейчас маг будет спрашивать, есть ли прогресс, а мне совершенно нечего ему ответить.

– Хочу развеяться, – неожиданно сказал тот после долгого молчания. Составишь мне компанию?

– Поход по злачным местам? – хмыкнула я.

– Всего лишь ресторан, один из лучших в Ильброне, – уголками губ улыбнулся Фэрр. – Думаю, тебе понравится.

– А давайте, – согласилась я. – Если меня туда пустят, конечно.

– Со мной тебя пустят куда угодно. – Он подал мне руку. – Пойдем.

Ехать на ужин Фэрр решил на мобиле. Да еще и не в объезд, а по главной улице города. Когда-то на ее месте был лабиринт из неудобных узких улочек. Но король Годрик велел разрушить старый центр и отстроить заново, сделав достойным столицы Темирана. И теперь здесь располагался Королевский бульвар, соединявший Дворцовую площадь и резиденцию Ордена магов. Бульвар разделяла красивая зеленая аллея с клумбами и деревьями. По обе стороны выросли министерства и банки, рестораны и торговые галереи, дома с роскошными квартирами. Жизнь здесь бурлила и днем, и ночью. А сейчас, перед закатом, людей было особенно много. И все они сворачивали шеи, огромными глазами глядя нам вслед.

Я знала, что снаружи не видно, кто сидит в мобиле, но все равно чувствовала себя немного странно. А Фэрра чужое внимание совсем не волновало. Он расслабленно вел мобиль, то и дело довольно улыбаясь. И скоро я заподозрила, что все это не просто так. Он подогревал интерес к детищу Истеда Келлена. Готова поспорить: завтра хоть одна фотография но появится в каждой городской газете.

Мы проехали едва ли не весь бульвар. Я даже начала думать, что мы направляемся во дворец, но, к счастью, почти у самой Дворцовой площади мобиль свернул направо, в сторону реки. Потом повернул еще раз и в итоге остановился на заднем дворе красивого пятиэтажного здания.

У высокого крыльца нас с поклоном встретил привратник в неприметной ливрее и повел внутрь. Вот только это место как-то не слишком походило на ресторан. Ни роскошного холла, ни зала со столиками. Только коридор, да, отделанный дорогим мрамором, но при этом совсем пустой и тихий. Стало еще любопытнее.

Коридор закончился немного странными дверями. Стоило нам подойти, как они разъехались в стороны, и я поняла, что это подъемник, который устанавливали в самых высоких зданиях столицы. Никогда не пользовалась таким, но Фэрр спокойно зашел туда, и я шагнула следом за ним.

Недолгий подъем – и мы оказались наверху. Двери снова разъехались. В лицо пахнуло воздухом, еще хранившим тепло раннего лета.

– Вот это да, – тихо ахнула я, не удержавшись.

Потому что это был не коридор и даже не зал. Это была крыша. Люди сидели прямо под открытым небом. То есть не совсем открытым, конечно. Второе зрение позволяло рассмотреть почти прозрачную пленку защитного купола. Но ни стены, ни крыша – ничто не ограничивало свободу и простор. И никаких ламп, только неяркие фонарики на полу и на столах. Место совсем не роскошное или пафосное, но при этом удивительно уютное и спокойное.

– Прошу, – чуть поклонился наш провожатый.

Свободный столик, за которым предстояло ужинать, оказался у самого парапета крыши. Фэрр вежливо отодвинул мне стул, и я села, осматриваясь. Эта сторона здания выходила на набережную, и внизу поблескивала гладь Кайсы. Люди, экипажи, фонари – все казалось совсем маленьким и незначительным. На западе небо еще было окрашено разными оттенками оранжевого и розового, а на востоке стремительно темнело, расцветая гроздьями звезд.

– Ну как? – поинтересовался Фэрр, глядя на меня с доброй усмешкой.

– Очень красиво, – искренне призналась я. – Спасибо. Даже не думала, что у нас есть нечто подобное.

– Это место для тех, кто может оценить скрытое за внешней шелухой. Я люблю здесь бывать, хотя некоторые считают, что оно совсем не соответствует высшему свету.

– Вот и зря.

Нас прервали официанты. Один разлил по бокалам вино, второй поставил на стол закуску. Я глянула на предложенное блюдо. В самом центре огромной тарелки лежал маленький рулетик, окруженный столовой ложкой соуса. Вот что-что, а еда требованиям высшего света вполне соответствует.

– Не переживай, – хмыкнул Фэрр, когда официанты ушли. – Голодной не останешься.

– Меня так легко прочитать? – не стала отнекиваться я.

– У тебя очень красноречиво дернулась бровь.

– Вы наблюдательны.

– Нет, на самом деле ты великолепная актриса. До сих пор вспоминаю твою «леди Памеллу». Кто учил тебя так здорово играть?

– Жизнь, – вздохнула я. – Как справедливо говорят: хочешь жить, умей вертеться. А еще притворяться, манипулировать, лгать.

– Тебе ведь это не нравится, – негромко заметил маг.

– А что делать?

Чтобы сменить неудобную тему, я взяла ложку и зачерпнула рулетик вместе с соусом. Сунула закуску в рот, пробуя осторожно, и не сдержала восхищенный стон. Несмотря на размер, это было очень вкусно. Соус оказался не соусом, а немного пряным грибным муссом, а внутри рулетика из кабачка пряталась ореховая начинка.

– Вкусно? – с неподдельным интересом спросил Фэрр.

– Очень. Это потрясающе.

– Скажи официанту. Он передаст повару, и тому будет очень приятно.

– Вряд ли повара волнует мнение непонятной девицы, которая здесь первый и, скорее всего, последний раз.

– Непонятной девицы? – хитро усмехнулся маг. – Его таланты оценил сам Ильбронский Призрак.

– Ну он-то об этом не знает, – хмыкнула я.

Официанты собрали пустые тарелки и принесли новые. После рулета подали нарезанную тончайшими ломтиками сырую говядину, а за ней – морепродукты. Большую креветку, завернутую в тонкий слой поджаренного до хруста теста, окружал ярко-оранжевый соус. Я не слишком уверенно глянула на Фэрра, потому что тесто казалось настолько хрупким, что готово было раскрошиться под ножом. А мужчина ухватил креветку за хвост, не особенно заботясь о манерах, обманул в соус и откусил. Я повторила. На зубах захрустело