Связанные целью - Мария Морозова

другое – государственные интересы. В играх такого уровня никто не считается с возможными потерями, а по окончании предпочитают избавляться от неудобных свидетелей.

– Хм, кажется, я тебя напугал, – сжал губы Фэрр, заметив мою реакцию.

– Немного, – призналась честно. – Никогда не мечтала поучаствовать в чем-то подобном.

– Я уже говорил, что сейчас ты под моей защитой. И если не станешь делать глупостей, для тебя все закончится хорошо.

Возражать не стала, хоть и не особенно поверила обещанию. Только чуть кивнула, позволяя мужчине говорить. Тот неодобрительно покачал головой, прекрасно понимая, о чем я думаю, и продолжил:

– Во-вторых, жидкость, которую я тебе показывал, – не яд. А одно очень хитрое и редкое зелье, которое обостряет все хронические болячки и травмы человека. Нам не нужна смерть Вирга Унатара. Нам нужно его отвлечь.

– От чего?

Он немного помолчал и «обрадовал»:

– То, что я скажу, относится к разряду государственных тайн.

Меня передернуло. Меньше всего я хотела быть посвященной в такие вещи, вот только оставаться простым инструментом, который делает то, что скажут, не хотелось тоже. Поэтому я снова кивнула, ожидая продолжения.

– Клятва молчания не позволит тебе разболтать, но все же…

– Я и не собиралась болтать, – сказала возмущенно, не сдержавшись.

– Хорошо. – По мужским губам скользнула тонкая улыбка. – Итак, начну издалека. Как ты скорее всего знаешь, нынешний глава Ордена магов – лорд Мористон – заступил на свой пост больше пятидесяти лет назад. Сильный маг, талантливый управленец, интриган, чего греха таить, – он все эти годы ведет дела весьма успешно, и Орден при нем процветает. Как и отдельные его представители, особо приближенные к главе.

Я не удержалась от смешка. Да, мой единственный визит в резиденцию Ордена дал понять, насколько хорошо у лордов магов идут дела.

– Однако ничто в нашем мире не вечно, поэтому король решил, что Ордену нужен новый глава.

– Почему же король не отправит Мористона в отставку? – закономерно удивилась я. – Орден напрямую подчиняется ему.

– Верно. Только Мористон – слишком значимая фигура, чтобы можно было просто убрать его без последствий. У него хватает богатых и влиятельных союзников. И если Его Величество даже намекнет на отставку, то заполучит нескольких очень серьезных врагов. До гражданской войны дело не дойдет, конечно, но Мористон поднимет против короля всю свою коалицию.

– А сам глава не уйдет, судя по всему.

– Не уйдет, – кивнул Фэрр. – Для человека вроде него власть – словно наркотик. Познав всю ее полноту, он никогда не откажется добровольно и будет до последнего цепляться, не понимая, что тянет всех вокруг в бездну.

С этим было сложно спорить. Мористон, ректор Раймин, Арбандо – люди, которые наслаждаются властью над другими. А тех, кто этому мешает, предпочитают убирать. Я ведь тоже могла помешать. Могла поставить под сомнение систему, за которую они держатся, принести перемены, которые они не смогли бы контролировать. Вот поэтому мне не дали даже и шанса.

– Значит, вы хотите убрать его? – Я подняла взгляд на Фэрра.

– Да. – В его глазах мелькнуло удовлетворение. – Но начать мы решили с союзников Мористона, которые поддерживают его в Совете, снабжают Орден деньгами и вообще ставят авторитет главы выше воли короля. От одного из них Арениус уже «избавился». Отправил почетным послом аж в Эртистан. Еще одного мы удачно женили. Лорд Вероуз обожает молодую жену, смотрит ей в рот и совсем перестал интересоваться политикой.

Хм, и правда, удачно. Интересно, оно получилось само по себе, или там тоже имело место какое-нибудь хитрое и редкое зелье вроде того, что предлагал Фэрр мне? Впрочем, какая разница? Пожалеть друга моего врага я никак не могу.

– Следующие на очереди – Арбандо и Унатар.

– На первого вы собираете компромат, – догадалась я. – А второго хотите вывести из игры какой-нибудь болячкой, которая займет все его внимание?

– И для этого нам и нужна ты, Сэрли.

Я задумчиво нахмурилась. Рассказ Фэрра здорово изменил мое отношение к происходящему. Подгадить лорду Мористону, который когда-то отобрал у меня шанс на нормальное будущее, хотелось просто до одури. Так что, если Фэрр откровенен со мной, я с удовольствием поучаствую в его игре. Нужно только прояснить еще один важный момент.

– Мористон ведь стал неугоден не только потому, что постарел, – сказала я серьезно. – Вы говорили, Орден процветает с ним. Значит, произошло нечто, заставившее короля посмотреть на процветание совсем по-другому.

– Молодец, – одобрительно усмехнулся маг. – Да, ты права. В последние годы курс, который ведет Мористон, расходится с тем, как Арениус видит будущее Темирана. Я уже сравнивал власть с наркотиком. И судя по всему, Мористону становится нужна большая и большая доза. Мы думаем, это началось четыре года назад, когда король Годрик ушел на покой.

Я кивнула. Здоровье любимого народом короля здорово пострадало из-за кровяной чумы, которой он заразился во время последней вспышки в Ильброне. Король выжил, но ему стало сложно справляться с обязанностями. Он отошел от дел, передал корону сыну и уехал в замок на юге. Но Его Величество Арениус справляется ничуть не хуже отца.

– Считая, что молодого правителя можно прогнуть, Мористон начал весьма агрессивно продвигать свои интересы. Арениусу пришлось нелегко. Но он не стал прогибаться и показал всем, что сел на трон не глупым мальчиком, а разумным, мудрым политиком. Мористон, оценив риск, открытое противостояние королю быстро свернул. Хотя от своих идей не отказался. Организовал коалицию и занялся реформами. Все его законопроекты направлены на усиление власти Ордена. Об одном из них ты уже слышала сегодня.

Подумав немного, я сообразила:

– Обязательное лицензирование всех магических патентов в Ордене?

– Оно самое, – кивнул Фэрр. – Принимая его, мы по наивности думали, что такой закон пойдет во благо, но на самом деле он открыл Ордену прекрасную возможность отсеивать неугодных и не давать им будущее.

У меня вырвался горький смешок. На собственном опыте убедилась, что это касается не только магических изобретений.

– Знала бы ты, сколько они мучили Истеда. Сколько разных и противоречащих друг другу заключений ему пришлось собрать.

– Представляю, – кивнула я. – Но что может быть неугодного в мобилях?

– Прогресс, – просто ответил Фэрр. – Ты верно сказала. В прогрессе Мористон видит опасность лично для себя.