Иисус. Человек, ставший богом - Хосе Антонио Пагола

Реакция учеников и учениц на распятие Иисуса была разной. В то время как мужчины убегают, женщины продолжают быть преданными и, несмотря на запреты римлян на любое вмешательство в их криминальное дело, наблюдают за его распятием «издалека», а позднее смотрят на место его погребения[529]. Но, безусловно, ярче и важнее всего стала их главная роль в зарождении пасхальной веры. Первая весть о воскресении Иисуса связана с женщинами[530]. Принадлежит ли именно им первый опыт переживания Иисуса воскресшего? Трудно сказать что-либо с полной уверенностью. Вероятно, Марии Магдалине принадлежала ведущая роль. В христианской общине существовали две традиции: одна из них приписывала первый опыт Марии из Магдалы, а вторая закрепляла первенство за Петром[531]. С большей уверенностью ничего нельзя утверждать. Если Мария занимает первое место среди женщин, а Петр — среди мужчин, вероятно, обоим из них принадлежала важная роль в становлении веры в Иисуса воскресшего.

Присутствие женщин в числе учеников не было вторичным или маргинальным. Наоборот. Во многих аспектах они являют пример истинного ученичества. Женщины, в отличие от мужчин, не спорят о том, у кого будет больше власти в Царстве Божьем. Они привыкли всегда занимать последнее место. Их дело — «служить»[532]. И действительно, наверняка именно они больше других занимались тем, что «накрывали на стол» и выполняли другую подобную работу, однако не следует считать это служение их прямой обязанностью согласно рациональному распределению труда внутри группы. Для Иисуса это служение — образец отношений между учениками: «Кто больше: возлежащий, или служащий? Не возлежащий ли? А Я посреди вас, как служащий»[533]. Возможно, в определенный момент Иисус сам начинает прислуживать, примыкая к женщинам и показывая всем тот вектор, по которому ученикам нужно направлять свою жизнь. Согласно источникам, поведение женщин было примером ученичества для мужчин по своей отдаче, заботливому отношению и полной преданности Иисусу до самого конца, без предательства, отречения или его оставления.

Однако он никогда не называет этих женщин «ученицами», причина проста: в арамейском не существовало такого слова, которое можно было бы употребить по отношению к ним. Поэтому и в греческих евангелиях не говорится об ученицах. Феномен интеграции женщин в группу учеников Иисуса был столь новым, что в языке для него еще не существовало адекватного выражения[534]. Иисус не называет их ученицами, но ведет себя с ними как с таковыми.

При этом Иисус не мог отправить их проповедовать Царство Божье по галилейским селениям, по тем местам, где ходил он сам. Их слова были бы отвергнуты. Женщинам не позволительно было даже читать Слово Божье; они не могли говорить на публике. Как бы мужчины слушали их проповедь о Царстве Божьем? А если это было невообразимо, мог бы он отправить их вместе с мужчинами? Ведь в какой-то момент Иисус действительно отправил учеников «по два»[535], и нельзя исключать возможность того, что он посылал вместе также и супругов или мужчину с женщиной. Известно, что женщины могли безопасно передвигаться по Галилее только в сопровождении мужчин. С одной стороны, мы точно знаем, что в первые годы существования христианской миссии большинство апостолов, братьев Господа, и, в частности Кифа, странствовали со своими «супругами» или «верующими женами»[536]. С другой стороны, вполне естественно, что мы не найдем женщин в числе Двенадцати — избранных Иисусом учеников, наводивших на мысль о восстановлении Израиля. Это символическое число напоминало иудейскому народу, сформированному двенадцатью родами, что по традиции они произошли от двенадцати сыновей Иакова.

Его лучшая подруга

Иисус с нежностью относился к ближайшим к нему женщинам, таким как Саломея или Мария, мать Иакова и Иосифа. У него были горячо любимые им подруги Марфа и Мария, сестры Лазаря[537]. Но самой лучшей и любимой его подругой была Мария, родом из Магдалы. Она занимает особое место в его сердце и в среде его учеников. Она никогда не является, подобно другим, в мужском сопровождении. Магдалина принадлежит Иисусу. Именно за ним она преданно следует до конца, становясь своего рода лидером среди остальных учениц. Она, несомненно, была первой, кто встретил Иисуса воскресшего, хотя Павел не посвятил ей ни одного слова в своем списке свидетелей воскресения.

Мария родилась в Магдале, в древней Тарихее, городе, расположенном неподалеку от Геннисаретского озера, в пяти километрах к северу от Тибериады, знаменитой своим производством по засолке и консервированию рыбы. Иисус проходил через Магдалу по дороге из Назарета в Капернаум. О жизни Марии нам ничего не известно. Но несмотря на то что ее жизнеописание изложено довольно скупо, оно многое проясняет в отношениях Марии с Иисусом. Женщина была одержима «злыми духами», и Иисус исцелил ее, из нее «вышли семь бесов»[538]. Это событие положило начало всему. До знакомства с Иисусом Мария вела беспорядочный образ жизни. Изможденная от внутренних терзаний, лишенная собственной идентичности, беззащитная жертва нечистой силы, разрушавшей ее, она не знала нормальной жизни.

Встреча с Иисусом означала для нее начало другой жизни. Впервые она встречает мужчину, который любит в ней ее саму любовью Божественной и нежной. В нем она открывает сущность своей личности. Впредь она не сможет без него жить. В Иисусе она находит все, чтобы быть живой и здоровой женщиной. Об остальных говорится, что они оставили все, чтобы следовать за Иисусом. У Марии же не было ничего, что можно было бы бросить. Иисус — единственный, кто может побудить ее жить. Ни один мужчина не обращался с ней так. Никто так не смотрел на нее. Долгие годы она пребывала в темноте, лишенная благословения Божьего. Теперь она чувствует Его как никогда близким благодаря исцеляющему присутствию Иисуса.

Согласно христианскому преданию, Мария первая встретилась с Воскресшим и рассказала о пережитом остальным ученикам, которые ей не поверили. Вот какие выводы делаются в рассказе из вторых рук, сочетающем в себе сведения из предыдущих источников: воскресший Иисус «явился сперва Марии Магдалине, из которой изгнал семь бесов. Она пошла и возвестила бывшим с Ним, плачущим и рыдающим; но они, услышав, что Он жив и она видела Его, — не поверили»[539]. Евангелист Иоанн старательно описывает нам свою встречу с Воскресшим[540]. Мария, для которой Иисус являлся центром жизни, была жестоко травмирована его распятием. Убили того, кто был для нее всем. Она не могла перестать любить его; ей необходимо было прижаться хотя бы к мертвому его телу. Вполне возможно, что у нее возник страх того, что без Иисуса она снова попадет под гнетущую власть злых сил. Когда она увидела пустую могилу, то почувствовала в своем сердце еще большую пустоту. Она никогда не ощущала такого глубокого одиночества. Когда Иисус предстает перед ней, она не узнает его, ослепленная слезами и горем. Иисус зовет ее с той же нежностью, какая звучала в его голосе в то время, когда они вместе ходили по дорогам Галилеи: «Мириам!». Мария тут же оборачивается: «Раевуни!», «Учителе!». Эта женщина, которая не могла жить без Иисуса, первая обнаруживает его, полным жизни[541]. Для Марии начинается новая жизнь. Она снова может следовать за своим любимым Учителем, но уже не так, как в Галилее. Воскресший посылает ее к братьям: «Иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему». Марии нужно будет научиться обнимать его в своих братьях и сестрах, возвещая им, что уже нет пропасти между Богом и людьми. Люди соединены во Христе, и Бог для всех становится Отцом[542].

Мария не была забыта первыми христианами[543]. В гностической среде II и III веков она представлялась как женщина, которая «полностью прониклась» тайной Иисуса и передавала ее ученикам, хотя Петр и другие вместе с ним были против того, чтобы «слушать слова женщины о тайнах, им самим не открытых». В этих текстах описываются события и излагаются соображения, которые можно правильно интерпретировать, принимая во внимание гностические доктрины. Будет ошибкой приписывать текстам исторический характер, хотя, вероятно, они отражают значимость личности Марии Магдалины в тогдашней среде как «толковательницы, назначенной Иисусом». Также можно угадать соперничество, наверняка существовавшее даже не столько между Петром и Марией, сколько между группами людей, выбравших их в качестве эталонов и представителей их собственных позиций[544].

Известно, что в современных художественных романах из Марии Магдалины делают «сексуальную партнершу» Иисуса. При этом их авторы ссылаются на два отрывка, взятых из Евангелия (апокрифического) от Филиппа[545]:

Трое шли с Господом все время. Мария, его мать, и ее сестра, и Магдалина, та, которую называли его спутницей. Ибо Мария — его сестра, и его мать, и его спутница.