Закон Моргана. - Стас Трой

По приезду к точке, указанной на карте как «схрон», Кобра впал в бессознательное состояние предварительно обожравшись чёрной икрой. Зелёный Папа, держа в лапе рацию, остался в дозоре у грузовика. Рома с Васей бесшумно передвигались по лесу, строго в направлении схрона Моргана. Пыхтя, Матрос откапывал землю, заранее прихваченной садовой лопатой. Разбивая деревянные короба, Рома извлекал богатство: старый АК–47 с двумя барабанами на 100 патронов, оба были Китайского происхождения. Четырнадцатикилограммовый пулемёт Льюиса 1943 года, с верхним барабаном на 94 заряда, пара банок тушенки, одна желтая Жемчужина, которую Рома сразу передал Васе, фляга со спиртом и метровый брезентовый свёрток.

Спустя некоторое время, все боеспособные участники отряда сидели у грузовика и Рома, рисуя палочкой на песке план предполагаемых действий, выслушивал претензии и предложения других членов команды.

– Рома у меня остался последний рожок – 25 патронов, – беспокойно сказала Вася.

– А у моего «Злого Гонзалеса» меньше десяти, – пересчитав 12 патронов к пулемету Льюиса, Рома констатировал факт, – Придётся как–то выкручиваться, – Рома не заметил, как начал проговаривать мысли в слух, – Калашниковы не лучшее оружие для наших прокачанных навыков, но патронов калибра 7,62 у нас целая гора. Для Васи АК–47 не слишком точные, для Папы не по руке. Нужно решить, как же побыстрее подогнать пулемет Льюиса под патрон Калашникова.

Размахивая лапами «Папа» взял планшет, начал что–то печатать.

– Я же говорил, что я «копир», – написал Кваз и передал Роме планшет.

– Я не знаю, что это значит. – честно ответил и без того взъерошенный Матрос.

Папа продолжал печатать, рассказывая свою историю:

Глава 18

«В Улье у меня проявился дар «копир», некоторые называют его «репликатор». Я в своих ладонях могу копировать ровно то, что в них помещается. Со временем скорость и производительность копирования улучшилась, прокачалась. Жил я хорошо, богато. Но произошёл один нехороший случай. Сдетонировал склад с боезапасами, и я улетел на перерождение. На респауне попал к очень нехорошим злобным Бармалеям, – Кваз злобно рявкнув, сильно выдохнул. Оглядел нас и продолжил писать, – Мои хозяева, назовем их так, решили, что им мало обычных патронов, крупняк им подавай. Они решили откормить меня, чтобы я мутировал и увеличенными лапами мог копировать для них крупный калибр. Очень им хотелось снаряды 30 на 165 миллиметров. Такие массово используются в БТР, БМП и БРДМ. Связали, да затолкали в глотку пять желтых Жемчужин. Вот так я и стал Квазом в пальто из крокодиловой кожи. Будучи Квазом я сразу бросился с ними в бой. Я проиграл, они меня убили. Затем я переродился в этом лесу. Вот и конец истории».

Из рассказа Папы выходило, что он мог наделать нам и себе разных патронов… Ромка тут же схватил пулемет Льюиса, отстёгивая рукоятку. «Металлистом» удлинил и оттянул её назад. Слепил из металла длинный курок. Подогнал рукоять пулемета под руку Кваза, предварительно отломив кусок металла от стального лома. Закончив улучшения, вручил Квазу по имени «Папа» четырнадцатикилограммовую машинку Льюиса. Все были довольны, особенно Кваз. «Папа» прыгал с метровой игрушкой в руках, издавая звуки своим огромным ртом:

– Ма–ма–ма, – он как ребенок стрелял невидимыми патронами по невидимым врагам, вращая огромными лапами такое же огромное оружие.

У Васи было снова четыре рожка с патронами Грендель, Кваз и для неё постарался. Матрос отказался от патронов для «Злого Гонзалеса», видя, как много сил уходило у Кваза. Калашниковых с барабаном на 100 зарядов и двадцать обычных рожков было достаточно для разработанного Ромой плана.

***

Утром Кобра пришел в себя, но он был в бредовом состоянии. Ковбой поел, попил и снова отключился. Пришлось Роме вносить коррективы в предстоящий план:

– Вася остаёштся и выхаживаешь Кобру. Мы с Папой уезжаем на груженом ЗИЛе. Затем останавливаемся в восьмистах метрах от овощебазы и отдаем грузовик с провиантом «синеруким овощам».

– Рома ты постарайся вернуться и желательно без ранений, – поглядев с грустью, сказала Василиса.

Когда приехали в нужную точку, Кваз отбежал в левый бок на 100 метров. Для его бьющего на километр пулемёта, это было хорошее решение. Ромка потащил все Калаши в правую от грузовика сторону, прикрыв себя кузовом ЗИЛа от перекрестного огня Кваза. Ещё раз проверил оружие. Заряженные рожки оставил в лесу, разложив, словно клавиши пианино. Снова вернулся в кузов ЗИЛа. Вышел на связь с Колотым:

– Мы привезли грузовик. Забирай.

– Ожидайте, – скромно и скомкано ответили с другой стороны.

Ждать и догонять всегда сложно. Рома проверил все обрезы, протёр «Злого Гонзалеса», поправил все шнурки и застёжки.

–Твою дивизию, – выругался Рома, заметив новую неприятность.

На встречу ЗИЛу ехал обваренный толстым металлом, большой американский пикам Форд Ф–650 во главе колонны. За ним следовал бронированный инкассаторский фургон. Пикап был грандиозным: огромные колёса, чёрно–матовая раскраска, нагромождение кольев из арматуры и вдобавок, поворотная мини башня на крыше, с установленным пулемётом. В голове Ромы начались быстрые прикидки: «Пробьет–ли пулемет Льюиса хотя бы инкассаторский фургон? К такому противостоянию мы не готовы». Отступать было некуда.

При прохождении стометровой отметки, радаром Рома посчитал количество пассажиров в приближающихся машинах: «Семеро в инкассаторском фургоне и пятеро в пикапе Ф–650. Значит ещё восемнадцать бандитов с шестью заложницами осталось в штабе овощебазы». По спине Матроса пробежал холодок, пальцы беспокойно ёрзали по оружию. Ему что–то неприятно давило на грудь,