Дневники Химеры - Макс Ридли Кроу

– Чья это ошибка? – вслух спросил Клайв, задумавшись. – Твоя или моя?

– Грустно.

Он, не поднимая глаз от законченного письма, улыбнулся:

– Либо тебя принесли ангелы, либо я стал слишком рассеянным.

– Ты устал, – Лорин спрыгнула с перил балкона и вошла в комнату. – Вырвать контроль из рук французов – не так-то просто.

– Легкая победа для армии, – Клайв повернулся к ней, – годы подготовки для командующего. И слаженная игра всего оркестра.

Он рассмотрел в лучах вечернего солнца Лорин, одетую в мужскую одежду и прикрывшую волосы платком.

– Ты чудесно справилась. Я восхищен.

Последние слова он произнес без издевки и отвращения, как данность. Лорин чуть наклонила голову, принимая похвалу. Она продемонстрировала бутылку, которую прятала за спиной:

– Из погреба маркиза. Что-что, а вино у французов достойно внимания.

Клайв усмехнулся. Он поднялся, откупорил бутылку и, не утруждая себя этикетом, отпил прямо из горлышка. Тонкая кровавая струйка протекла ему на подбородок. Он вытерся ладонью.

– Неплохо. Надеюсь, маркиз не опечалился пропаже?

Лорин прислонилась к теплой стене, жмурясь на закатное солнце:

– Вы пьете его вино, празднуя над ним победу. Думаю, он огорчен.

– Что ж, мы квиты, – хмыкнул Клайв, переводя взгляд с бархатного горизонта на ее лицо. – Проклятый француз забрал у меня кое-что.

Лорин подняла брови, удивившись этим словам и тону, но вместо объяснения, мужчина обхватил ее одной рукой и привлек к себе. Поцелуй был грубым, жестким. Иная пощечина мягче. Не встретив сопротивления, он разорвал тонкую ткань ее рубашки. За поволокой желания скрывалась злость, но это лишь больше распаляло. Он ослабил жгут, сдавливающий грудь девушки. Повязка змеей скользнула на пол, сложилась кольцами у ног. Лорин прильнула к нему, обняла за шею. Она ласкала его плечи и руки, пьянея от чужой победы, как от собственной. Лилось французское вино. Он пил с ее губ, целуя и кусая их. Доведя друг друга жестокой страстью до исступления, они рухнули на пол. Сдирая кожу ногтями, не зная жалости, они жадно насыщались друг другом.

Беззвездное мутное небо стало непроглядно черным, а за окнами воцарилась тишина, лишь изредка нарушаемая перебранкой собак. Лорин не помнила, как они добрались до кровати, все было в кипящем бреду, густом, как мед. Накатывающие волны наслаждения отступали, оставляя дрожь, как при ознобе. Хотелось плакать и улыбаться, а в мыслях звенела блаженная пустота.

Она повернула голову и посмотрела на профиль мужчины. Только что его лицо было безмятежным, но вот взгляд снова потемнел, брови напряженно сошлись над переносицей, губы сжались. Он смотрел в раскрытое окно, но что видел и о чем думал – ей было неизвестно. Едва ли ему понятен был бы страх, сковавший ее, и то безудержное отчаянное безразличие к завтрашнему дню, в котором Лорин стремилась спрытаться от рассвета. Укрыться бы простыней и навсегда остаться здесь, вдыхать его запах, согреваться теплом его кожи.

– Уходишь?

Вопрос застал ее на краю кровати, когда Лорин потянулась за лежащим на полу истерзанными шароварами.

– Рано или поздно эта ночь закончится, – ответила она, не оборачиваясь.

– Как и любая другая.

– Ты смеешься? – девушка посмотрела на него через плечо.

Клайв смотрел серьезно, словно и не он только что в зверином безумии сжимал ее, привалив своей тяжестью.

– В моей постели еще никогда не было ассасина.

Лорин хмыкнула и пожала плечами:

– Прости, не смогу сказать ответную любезность.

Клайв криво усмехнулся, поднялся, подложив под спину подушку.

Лорин начала одеваться. Ложиться с мужчиной – это одно, но спать с ним в одной кровати – это ошибка. Особенно, когда сердце разрывается от желания остаться. Он молча смотрел, как она приводит свой наряд в порядок, словно обдумывал нечто очень важное.

– Назови имя, – сказал он, наконец.

Лорин тяжело вздохнула. Это не то, что хотелось бы услышать женщине от любовника. Конечно, ему любопытно, что это был за тамплиер, который поддался чарам агента ассасинов. Что ж, это не такой уж секрет.

– Маргарет Тайлер.

– Марго? – он удивленно рассмеялся. – Маленькая развратница. Вот, чему ее научили в монастыре! Ха! Ну так что, она отмолила тебе грехи? Или замолвит за тебя словечко лично? Ты же знаешь, она мертва.

– Знаю.

Лорин не успела надеть сапоги, как он вскочил с кровати и так крепко обхватил, что это едва ли походило на нежность. Скорее уж на едва сдерживаемую злость.

– Я не хочу, чтобы ты уходила, – почти прорычал он ей в ухо.

Слушая его прерывистое дыхание, ощущая боль и блаженство от яростных объятий, она с огромной неохотой выдавила из себя:

– На рассвете ты решишь иначе.

Зарывшись лицом в ее волосы, гладя тонкую шею, словно каждый миг готовясь сомкнуть пальцы, Клайв шепнул:

– До рассвета еще далеко.

Давно ей не приходилось красться в собственный дом. Впрочем, этот дом нельзя было считать в полной мере ее собственностью. За съем платил сэр Вуд, и лишь то, что он отбыл по торговым делам почти сразу после стремительного отъезда Лорин с Клайвом, избавило ее от допроса и необходимости давать объяснения.

Но встречи с ним она нисколько не опасалась: пара выдавленных слезинок мгновенно отобьет у глупца желание спорить с невестой. Другое дело – Харди. Его расспросов она боялась, как огня. Как объяснить, что после ее отбытия в Янаон Цель Номер Один провел блестящую кампанию по захвату власти и пленению наваба, почти без потерь? Об этом стоит подумать, но позже. Не сейчас. Есть еще несколько минут до рассвета, сумерки уже редеют, магия ночи слабеет, но так хочется задержать ее подольше. Будь ее воля, схватила бы мерзавку за хвост и не отпускала.

Лорин, сняв сапоги, прокралась в свою комнату и уже прикрыла дверь, когда за ее спиной раздалось:

– Рад, что вы в безопасности.

Последнее слово Дестан проговаривал медленно, глядя на направленный в его грудь стилет. Лорин выдохнула сквозь зубы, опуская оружие:

– Какого дьявола ты тут расселся?! – прошипела она.

– Я ждал вашего возвращения. Информаторы сообщили, что вы прибыли вечером.

Лорин прошла к столу, положила стилет, как ни в чем не бывало спросила:

– Информаторы сказали это тебе или Харди тоже?

– Мне, госпожа. Сэр Харди был занят.

Она повернулась к нему. В темноте почти не было видно его лица, только глаза. Словно демон смотрел из тени. Он знал что-то еще, но молчал. Видимо, ждал объяснений. Лорин прислонилась к столу. Ветер покачивал легкую занавеску. Пахло влагой и приближающимся дождем.

– Госпожа… мне нужно понимать, чтобы лучше служить вам.

– Ты и так слишком хорошо мне служишь. Лучше некуда.

– И все же. Чей приказ вы выполняли, отправляясь в Янаон? Господина Харди или того тамплиера?

Край неба, виднеющийся над забором, посветлел. Солнце вот-вот взойдет, распугав ночных кошек. Его свет укажет на то, что скрывал сумрак, и сон растает вместе с призрачной дымкой.

– Я выполняю приказы только Харди и никого более.

Несколько крупных капель упало на подоконник. С новым порывом ветра занавеска выгнулась парусом, и дождь застучал по земле и крыше.

Харди был чем-то невероятно озабочен. Он составлял письмо, но на первых же строчках комкал бумагу и отбрасывал в сторону. Обычно чуткий слух подвел его – присутствие Лорин так и не было замечено, пока она не постучала костяшками пальцев о косяк двери.

– А… – рассеянно посмотрел на нее Харди, и вновь опустил глаза на пустой лист бумаги, где уже появлялись первые буквы из-под пера, – это ты. Давно прибыла?

– Ночью. Что-то случилось? – она прошла вглубь комнаты, будто случайно наступила на скомканное послание.

– Случилось, – пробормотал он, – случилось. Случилось то, что и обычно, когда благородные господа делают ставку не на ту лошадку. Знаешь, как бывает во время скачек? Фаворит ломает ногу или вовсе отказывается выезжать из стойла, и победа достается аутсайдеру.

Лорин аккуратно поддела носком туфли бумагу, разворачивая ее, и прочла первые несколько слов. Шифр. Значит, Харди пишет высшему руководству.

– О каких скачках речь? – небрежно спросила она, подбирая подол платья и садясь в кресло.

– У тебя нет доступа, – отрезал он.

Лорин пришла в бешенство от этих слов, и потому не слишком заботилась о своем тоне, воскликнув:

– Нет доступа? Ты отправил меня за океан в другой мир, воткнул головой в войну между тамплиерами и ассасинами. Я предоставила записи о заговоре в рядах тамплиеров. И ни тебя, ни остальных старейшин не интересовало, как я выкручусь. Лишь бы не подставила, верно? Похоже, я неплохо справилась, как для человека, у которого нет доступа. В следующий раз может не получится.

Харди оторвал взгляд от записей, поднял голову и посмотрел на нее с искренним удивлением:

– Ты угрожаешь?

– Я лишь говорю, что некоторое понимание ситуации облегчит выполнение задачи, – она растянула губы в холодной улыбке, – сэр.