Кутгар - Дмитрий Колосов

Был страшный миг, когда человек хотел сдаться, позволить убить себя, и таким образом сохранить жизнь планете, ставшей его, пусть нелюбимым, но домом. Однако он подавил это глупое желание. Зрентшианец никогда не простил бы подобной измены. Вместо того, чтобы сдаться, человек бросил в атаку свое бронированное воинство.

Посреди леса развернулось отчаянное сражение. Роботы были плохо обучены обращению с новым оружием и палили больше в белый свет, нежели по ярким пятнам скафандров. Однако грохот поднялся невероятный. Деревья потонули в оранжевых облаках взрывов, огненные шары невиданным салютом расцветили небо.

Враги ответили еще более яростной пальбой. Вскоре роботы стали нести потери, и человек отдал приказ отступить в город. Но разгоряченные боем машины обрели дух живых существ. Лишь немногие повиновались и заняли новые позиции меж куполов. Прочие механизмы продолжали стрелять до тех пор, пока не были истреблены.

Преследуя отступающих защитников, тумаиты пересекли лесную чащу и стали втягиваться в город. Проходы между куполами были слишком узки для бронированных машин. Наступавшие попытались пробить себе дорогу, разрушая строения, но лазеры и плазма оказались бессильны перед сверхпрочным пластиком, который использовали строители города. Огненные шары лишь слегка оплавляли серую твердь куполов, а импульсы оставляли на ней едва заметные царапины.

Колонны тумаитов замешкались, и обороняющиеся не замедлили воспользоваться этим. Роботы открыли бешеный огонь, поставив перед бронированными гусеницами стену огня. Их выстрелы были слишком беспорядочны, чтобы причинить тумаитам серьезным вред, зато человек действовал расчетливо и беспощадно. Плазменное ружье тумаитов слегка необычно по форме, требовалось время, чтобы привыкнуть к нему, но очень несложно в действии и безотказно. К тому же действие его было поистине разрушительным. За те несколько мгновений, пока тумаиты пытались пробить брешь в густом частоколе куполов, человек сжег все их бронированные машины, за исключением трех или четырех, которые поспешно отступили в лесные заросли. В конце концов его обнаружили и обстреляли, но не слишком метко. Огненные брызги от одного из выстрелов лишь слегка опалили ногу.

Оставшись без прикрытия, астронавты заколебались. На какое-то время они даже прекратили стрельбу. Человек внимательно следил за чем, как тумаиты, прячась, перебегают за деревьями на окраине леса. По всей очевидности, они совещались, и потом запросили помощи. Вскоре над городом зависли истребители, немедленно обрушившие на купола шквал импульсов. Под прикрытием этого огня тумаиты бросились в атаку.

Бой в городе — что может быть желаннее для того, кто ловок и уверен в себе. Бой в городе наполнен несуразицей, он лишен той правильности Клаузевицами и Мольтке, он бестолков и случаен. Бой и городе может быть выигран многократно слабейшим. Бой в городе может выиграть даже отчаявшийся. Человек был далек от отчаяния, но бой в городе был ему по душе.

Перебегая от купола к куполу, он расстреливал громоздкие фигуры тумаитов, медленно продвигающиеся вперед. Враги отвечали, но они были слишком нерасторопны, чтобы попасть в человека. Единственной доступной им добычей были роботы, и тумаиты сосредоточили все свое внимание на них. Очень быстро немногие уцелевшие к этому времени Охранники были уничтожены. Дольше других держался Громила. Подобно сказочному великану он вышагивал промеж куполов, и огненные вспышки плазмы озаряли его голову и грудь. Громила сопротивлялся до тех пор, пока не подвергся нападению истребителей. Целая стая их принялась пикировать на робота, расстреливая его лазерными импульсами. Громила замедлил шаг, затем вовсе остановился и наконец рухнул, вдребезги расколов небольшой купол.

Человек не оставил гибель приятеля безнаказанной. Четыре истребителя рухнули вниз, объятые пламенем, прочие сочли за лучшее ретироваться.

С гибелью роботов бой стал принимать неприятный для человека оборот. Теперь тумаиты сосредоточили внимание исключительно на нем. Вдобавок к этому реактивное ружье исчерпало свой боересурс, и человек был вынужден бросить его. При нем остался лишь бластер, но и его энергия была на исходе.

А меж тем враги усиливали натиск. Разбившись на мелкие группы, они прочесывали город, оттесняя человека все дальше и дальше. Их насчитывалось несколько десятков, человек же оказался в полном одиночестве. Роботы были мертвы, а нобеки слишком малы и слабы, чтоб причинить вред вторгшимся на их землю захватчикам. Человек мог рассчитывать лишь на собственные силы.

Истребляя меткими выстрелами врагов, осмелившихся приблизиться на непозволительное расстояние, человек пробирался по узким переходам между куполов. Он походил на лисицу, пытающуюся запутать в причудливом лабиринте свору азартно преследующих ее псов. Он петлял, менял направление, отступал и яростно контратаковал. Он был стремителен и вездесущ. И невероятно удачлив. Несколько раз тумаиты окружали его, но каждый раз он прорывался через кольцо врагов. Близ центральной площади отряду астронавтов удалось загнать человека в один из куполов. Они стали шеренгой у входа, уверенные, что на этот раз все действительно закончилось, но добыча перехитрила их и сейчас. Откуда преследователям знать, что с другой стороны купола была дыра, слишком узкая для тумаита, но вполне приемлемая для человека. Обдирая кожу об острые края пластиковой оболочки, человек выбрался наружу, после чего не отказал себе в удовольствии поквитаться с врагами. Он подкрался к ним сзади и скосил всю шеренгу длинным импульсом.

А через мгновение он вновь бежал, петляя и уворачиваясь от выстрелов.

Бой в городе остался за ним. Человек уничтожил по крайней мере половину своих преследователей, а поплатился за это лишь небольшим ожогом на левом плече.

Но в конце концов человеку пришлось оставить город. Тумаиты просто вытеснили его из лабиринта куполов. Человек вновь, очутился в лесу.

Он бежал между деревьями, а позади раздавались отрывистые звуки выстрелов. Враги не намеревались оставлять свою добычу в покое. Охота продолжалась. Разбившись на мелкие группы, тумаиты по всем правилам охотничьего искусства гнали человека к плато, почти полностью поглощенному Лоретагом. Здесь негде было укрыться, здесь человек был обречен.

Он понимал это и пытался вырваться из западни. Но врагов было слишком много, а лес в этом месте как нарочно сужался, вытягиваясь вперед длинным извилистым языком. Вновь объявились истребители. Их осталось всего три, но они вносили свою лепту в облаву, расстреливая мелькающего между деревьями человека короткими импульсами.