Кутгар - Дмитрий Колосов

Враги медленно двигались между деревьев. Человек позволил им беспрепятственно пройти через первую линию обороны. Он решил приберечь свои огненные ловушки про запас, на случай атаки бронированных гусениц. Неприятности для тумаитов начались в тот миг, когда они достигли места, где расположились Охранники.

Прячущиеся в зарослях роботы переплели свою терте в невидимую сеть, и шедшие первыми тумаиты затрепыхались в ней. Они запутались в силовых линиях подобно жирным малиновым личинкам, попавшим в ловушку каракурта. Произошло короткое замешательство, после чего астронавты открыли яростную пальбу. Их ружья извергали заряды, от соприкосновения которых с целью возникало плазменное облако, растворявшее любую материю — будь то органика или крепчайший кремнеметалл. Огненные шары с треском пережигали стволы деревьев, испепеляли колючие заросли, разрывали на части бронированные тела Охранников. Взвились языки пламени, весело побежавшие по кронам и невысокой траве. Охранники отвечали выстрелами из излучателей, но их было немного, да и стрелками они оказались неважными. Если тумаиты и несли потери, то они были так незначительны, что на них не стоило обращать внимания. Истребляя пятящихся роботов, астронавты шагали прямо в огонь. Они входили в ревущую оранжевую стену и через несколько мгновений появлялись с обратной ее стороны, могучие и самоуверенные, словно боги. Они были восхитительны в своем высокомерии. Они не подозревали о сюрпризе, который был им уготован.

Подарок Дядюшки Иглоноса — так шутники на Атлантиде именовали мины, подобные тем, что создал озлобленный разум нобеков. Эти мины представляли собой небольшой заряд взрывчатки, окруженный чехлом из тысяч крохотных иголочек, которые были снабжены тончайшей резьбой. Выброшенные энергией взрыва, иголочки приобретали вращение и впивались подобно бураву в любую поверхность. Даже керамопластиковая броня не была надежной защитой от такого оружия. Чего уж говорить о каких-то скафандрах из армированного металлическими волокнами синтетика.

Дождавшись, когда шеренга тумаитов приблизится к отмеченным зарубками деревьям, человек привел в действие первую партию мин. Они разорвались почти незаметно, хлопнув крохотными бурыми шариками. Заряды были столь малы, что взрывная волна не всколыхнула пурпуровой поросли, покрывавшей кроны. Оказавшиеся в зоне поражения тумаиты так и не поняли, что произошло. Просто тридцать или сорок уродливых силуэтов вдруг покачнулись и распластались на лесном ковре. Реакция остальных была чересчур заторможенной. Тумаиты медленно появлялись из огня и застывали на месте, с недоумением рассматривая неподвижные тела собратьев. Они чувствовали себя слишком неуязвимыми, чтоб осознать приближение смерти.

Как только число подоспевших врагов стало значительным, взорвались еще несколько мин. Крохотные иглы пронзили оболочку скафандров и вонзились в тела, пробивая мышцы и органы. А следом, в образовавшиеся отверстия, проникал сладкий воздух Кутгара, губительный для гостей. Несколько коротких вздохов — и тумаит замертво валился на землю.

Потери составили никак не менее полусотни. Уцелевшие живо попятились назад и исчезли в редеющих клубах дыма.

Все стихло. Лишь ворчал огонь, пожиравший извилистые отростки деревьев. Человек подождал еще немного и, убедившись, что враги не собираются предпринимать очередную по пытку, отдал приказ тушить огонь. Управляемые нобеками роботы бросились в битву со стихией. Вскоре огненные языки прижались к земле и уснули. А потом до человека донесся глухой утробный вой. Это стонал корабль, оплакивавший новые жертвы.

Передышка, данная тумаитами защитникам леса, была со всем краткой. Вскоре от корабля двинулась длинная колонна бронированных гусениц, а в небе появились усеченные сферы истребителей.

Человек и его воинство были готовы встретить врагов. Управляемые нобеками роботы расставляли новые мины, другие занимали позиции за деревьями, третьим человек приказал укрепиться в городе куполов. Сам он занял место за второй оборонительной линией, чуть поодаль от выжженной полосы, черной проплешиной пересекавшей лес.

Воздух был наполнен запахом кровавой бойни и гари, жирным и приторным. От этого запаха щипало в носу и горле, да так сильно, что человеку хотелось вырваться. К счастью, его желудок был пуст, словно у юнги, впервые очутившегося в штормовом море. Вонь неприятно дополнял лязг, который издавали бронированные машины. Они грохотали так, словно были снабжены паровыми двигателями. Единственным звуком, который прорывался сквозь грохот моторов, были редкие хлопки выстрелов.

Враг стремительно приближался. Вскоре вокруг стали падать деревья, сваленные лазерными импульсами и ударами бронированных туш. Тогда человек приказал своим воинам отходить вглубь леса к городу куполов. Впереди остались лишь несколько нобеков, которым было велено следить за перемещением врагов.

Все живое спасалось бегством. Скакали небольшие зверьки, напоминавшие лишенных шкур козочек, летели птицы, извиваясь, ползли пресмыкающиеся. Защитники леса отступали правильными колоннами. Сначала двигались автоматические экипажи с нобеками, их отход прикрывали роботы. Человек шел последним, принимая донесения от дозорных. Вот поступил сигнал о том, что бронированные чудовища достигли ям с зажигательной смесью. Человек нажал на кнопку радиовзрывателя, и вдалеке взметнулись в небо гигантские фонтаны огня. Через несколько мгновений последовал второй радиосигнал, приведший в действие немногие еще оставшиеся мины. Взрыв уничтожил первый эшелон тумаитов. В огненном вихре погибли и все лазутчики-нобеки, кроме одного, который и донес о случившемся. По его словам на опушке пылали не менее полутора десятков бронированных машин. Однако остальные продолжали продвигаться вглубь леса. За ними следовали рассыпавшиеся в цепь астронавты, безжалостно расстреливавшие все живое.

Лес омертвел. Огонь спалил диковинных мотыльков и разноцветных гусениц, дым и плазма уничтожили псевдоптиц, рептилий и более крупных существ, не успевших укрыться в оврагах и далеких рощицах. Захватчики истребляли все живое, превращая преображенный Кутгар в мертвую пустыню. Они готовы были обратить жизнь в холодный камень. И все это делалось ради того, чтобы завладеть одним-единственным существом, которого планета Земля нарекла человеком.

Был страшный миг, когда человек хотел сдаться, позволить убить себя, и таким образом сохранить жизнь планете, ставшей его, пусть нелюбимым, но домом. Однако он подавил это глупое желание. Зрентшианец никогда не простил бы подобной измены. Вместо того, чтобы сдаться, человек бросил в атаку свое бронированное воинство.