И грянул в Хренодерках гром - Татьяна Андрианова

Леший возражать не стал. К чему отнекиваться, если хозяйство у него большое, а наемная сила дорого стоит. Тут грибами и ягодами не откупишься, всем злата, серебра подавай, каменьев самоцветных. Откуда же такое богатство взять? Вот и приходится морок накладывать на посторонних. Придут, например, лес валить для изб или на продажу, так, если пришлые какие, а не местные (или гостинец не оставят лесному хозяину), то Вяз Дубрович так заморочит, что лесорубы один ненужный сухостой нарубят там, где лешему это выгодно. Только потом, дома опомнятся, удивятся и затылки почешут — ерунду, годную разве что на дрова, привезли.

— Так корову дашь? — уточнил Вяз.

— Дам, — тяжело вздохнул хозяин вод. Решение давалось ему с трудом. Дочерей, их много. Отдашь замуж — убытку никакого. А волшебный скот… это волшебный скот. — На время. Типа в аренду, — уточнил он, чтобы леший не сильно радовался. — На три года, три месяца, три дня и три ночи.

Но леший все равно обрадовался. В аренду или нет, а у Светлолики будет собственная корова. Такая удача выпадает не каждой девице ее лет. Да что скрывать, не каждой женщине так везет.

— Тогда телята должны остаться ведьме, — азартно вставил он, а про себя подумал: — «Полукровки все равно наследуют кровь обоих родителей».

— Побойся Всевышнего! — возмутился водяной. — Меня же Лагерта со свету сживет или из озера выгонит. Коровы ее приданое.

— Да ладно прибедняться, — в свою очередь хихикнул Вяз Дубрович, чуя наметившуюся брешь в обороне собеседника. — Небось не выгонит. Побоится, что к Беренике уйдешь, а ты у нее и так слишком долго гостишь.

— Эт да, — приосанился хозяин вод. — А-а-а… гулять так гулять! — махнул белой рукой, аж брызги во все стороны полетели блестящей россыпью. — Телята ее!

— И быка дай.

— Ну ты наглец!

— На время. Поле вспахать. Поле вспашем, засеем, огородик какой посадим. Глядишь, Светлолика поймет, что нигде о ней так не позаботятся, как в нашем лесу. Она же нам тучу от Хренодерок переманить обещала. Видишь, какая сушь стоит? Дождь нужен.

— Дождь нужен, — согласился водяной. — Ладно. Дам тебе еще и рыбы. Передай ведьме-то. Нужный она человек для леса…

На том и порешили.

ГЛАВА 9

Вечерний полумрак опустился на Безымянный лес. Перестали стучать плотницкие топоры, притомились строители. Солнце тоже устало, отяжелело за день и неудержимо клонилось к вершинам, касаясь макушек. И казалось, вот-вот зацепится, покачнется, скатится вниз и никогда больше не поднимется, чтобы осветить мир своими лучами. В такие моменты невольно понимаешь солнцепоклонников, что провожают каждый закат со слезами на глазах. И все равно закат был невыразимо прекрасен.

Вешил сожалел, что имея над землей только голову, он лишен созерцания всех красок происходящего на небе действа. Впрочем, сожалел он только до той поры, пока не увидел, как Панас медвежьей поступью направляется в его сторону. В руках мужчина крепко сжимал древко лопаты.

«Если споткнется, по башке схлопочу», — затосковал магистр.

Все-таки практика в диких местах имела свои недостатки. Окружающая природа в больших дозировках способна нокаутировать людей с любой, даже самой крепкой психикой. Весь день Вешил чувствовал себя, как котенок под лапами драконов — постоянно боялся, что на него либо наступят, либо пнут.

Вопреки пессимистическим прогнозам закопанного по шею магистра, Панас не споткнулся, не пошатнулся и вообще крепко стоял на земле обеими ногами. Голова подошел ближе и принялся откапывать мага с энтузиазмом крота. Закопанный опешил. Он никак не ожидал своего быстрого, чудесного исцеления. Вешил рассчитывал еще погостить у ведьмы недельку-другую, а там, глядишь, и сподобится узнать хоть какую-нибудь информацию для своей научной работы. К тому же сильные размашистые движения лопаты в непосредственной близости от тела не могли не напрягать. Того и гляди оттяпает что-нибудь нужное, а в подобных антисанитарных условиях так просто назад часть тела не приладишь. Придется в столицу ехать.

— Может, не надо?.. — отчаянно дрожащим голосом проблеял перепуганный маг.

— Надо, маг, надо, — зловеще прогудел басом хренодерчанин, повергнув несчастного пациента в состояние близкое к обмороку.

Очнулся Вешил уже в знакомой волокуше. Над головой маячил конский хвост и время от времени задевал лицо, отчего невыносимо свербело в носу, хотелось чихнуть, но, как назло, не чихалось. Маг попробовал двинуть рукой или ногой. О чудо! Затекшие за день, проведенный под землей, и к тому же травмированные конечности повиновались. Возрадовавшийся мужчина попытался соскользнуть с носилок, но ему не позволили. Заботливо водворили обратно и даже привязали — то ли затем, чтобы не сбежал, то ли чтобы не упал ненароком. Вешил пытался протестовать. Но его не послушали ни люди, ни мерин, чей хвост все так же флегматично мотался перед глазами. Все протесты мага отмели «заботливым» предложением залепить рот кляпом, если маг настолько не в себе, что не понимает собственного блага. Вешил тяжело вздохнул. Если выбирать между поездкой на волокуше, ощущая еще саднившим телом все лесные кочки и дорожные ухабы, с кляпом во рту, и между теми же самыми «прелестями», но без кляпа, второе, разумеется, предпочтительнее. К тому же еще неизвестно, какой грязной тряпкой эти сельские жители заткнут его рот. Потому Вешил счел за благо заткнуться.

«Черт с вами, заразы! — мысленно вздохнул маг, которого всплеск активности совершенно выбил из сил. — Покормили бы, что ли».

Желудок выразил солидарность с мыслями хозяина громким недовольным урчанием. Маленький домовой сдержал свое слово и накормил закопанного по самый подбородок мага наваристыми щами с хорошим куском кабанятины. Варево было вкусным, в меру соленым, с лавровым листом и какими-то ароматными травами, что придавали блюду особую пикантность и неповторимый вкус. Домовой услужливо кормил с ложечки маленькими порциями, истово дул на блюдо, чтобы пациент, избави всевышний, не обжегся, обтирал жирный от пролитых щей подбородок чистым льняным полотенцем. Порция была внушительной — пахарь, весь день проработавший в поле, наестся. Скорее всего, во всем виноват ускорившийся благодаря заклинанию обмен веществ. Быстрая регенерация забрала слишком много внутренних ресурсов, и организм спешил наверстать затраченное.

Но селяне понимать намеки желудка не спешили. То ли приняли их за отдаленные раскаты грома, то ли просто наглым образом игнорировали насущные нужды мага.

Разумеется, у головы и женихов (так лихо переквалифицировавшихся в строители) были дела куда важнее… и страшнее. Нужно было постучать в избу ведьмы, сообщить ей, что работы на сегодня закончены, и пригласить взглянуть на вышедший из-под контроля дождь, пока он не смыл всю деревню напрочь. Но желающих испытать на себе горячий нрав местной ведьмы и получить проклятие смельчаков не находилось.