И грянул в Хренодерках гром - Татьяна Андрианова

Стоило выйти на лесную опушку, как из-за кустов выглянула страшная, почти непроглядная темень, расчерченная частыми струями дождя. Призванная туча честно заволокла небо над Хренодерками и, похоже, покидать его не собиралась. Пришедшие застыли, завороженные буйством стихии. Даже когда Вешил, проявив чудеса гибкости, умудрился освободиться и покинуть свою волокушу, никто, казалось, не обратил на его маневр никакого внимания.

Маг осторожно выглянул из-за массивного конского крупа, и светло-серым глазам предстало огромное нечто, плотно оккупировавшее небеса. То, что грозовой фронт образовался не сам по себе, а при помощи какой-то дикой, непонятной магии, чей узор просто так не разберешь, магистр понял сразу.

«Эх! Зарисовать бы!» — с невольным восхищением простонал он про себя, хотя точно понимал, что подобное не в его силах.

Чтобы с точностью воспроизвести сложный узор плетения магических сил, державших тучу, понадобится не один лист пергамента. А разобраться в многочисленных витках узора, наслоившихся друг на друга, под силу лишь верховному совету магов в полном составе. То есть тринадцать лучших в Рансильвании должны потратить свое время на этот феномен, а призвать их не было никакой возможности. Как это осуществить, когда магический кристалл для связи после эпической встречи с Плаксикусом придорожнусом пал смертью храбрых (как, впрочем, и все его снаряжение), а новый в такой глуши достать практически нереально. Досада накрыла мага, как ливень накрыл Хренодерки.

Тем временем Светлолика выступила вперед, вытянула перед собой руку, осторожно, как кошка лапкой, потрогала упругие струи дождя, зацокала осуждающе:

— Это как вас угораздило, любезные?

Сельчане дружно потупились, словно репетировали раскаяние не меньше недели.

— Мы больше не будем! — хором протянули они и жалостно зашмыгали носами.

В ответ Лика неодобрительно погрозила им пальцем.

Вешил высоко оценил авторитет хрупкой на вид ведьмы среди местного населения. «Надо же, молодая девка, а в каком страхе всех держит! — невольно восхитился он. — А ведь с тучей ей ни за что не справиться! — злорадно подумал маг. — Это же какую прорву энергии нужно вкачать в огромную махину, чтобы хотя бы сдвинуть ее с места?»

Ведьма тем временем просто поманила тучу тонким девичьим пальчиком. Мол, пожалуй, государыня туча, сделай милость. Там твои дела уже окончены, а здесь лес сохнет, загибается.

Маг, который ожидал очередного представления с бубном и гадавший, где именно местная колдунья прячет свой рабочий инструмент (довольно объемный, к слову), с удивлением воззрился на девицу. Хренодерчане взирали на нее с таким видом, словно к ним с небес обещался сойти пророк Всевышнего, но пока задерживался в пути и послал для разогрева ведьму.

К немалому удивлению Вешила, Светлолика от шаманского действа воздержалась, но, несмотря на отсутствие занимательного зрелища, публика и не думала роптать, а туча отозвалась, заворочалась. Мощно ударил гром, полыхнула молния, расчертив темный небосклон четким зигзагом, поднялся сильный ветер, разбросал дождевые капли в разные стороны. Разом все вздрогнули. Вешил прижался к теплому боку мерина. Панас осторожно приобнял вервольфа, и тот не возражал, глядя расширенными волчьими глазами в грозовое небо. Остальные сбились в кучу, как стадо овец, разве что не блеяли. Одна ведьма стояла сосредоточенная и напряженная, чем повергла мага в муки стыда. Это же надо! Какая-то блондинистая девица вылезла из чащобы и перед угрозой разгулявшейся во всю мощь стихии не пасует, не ищет защиты у собственных оборотней, а стоит спокойно, слегка склонив миловидную голову набок, словно обдумывает что-то очень важное. Белая и черная вервольфицы жались к ногам ведьмы, будто это она призвана защищать их от угроз этого мира.

Невыразимым усилием воли маг выпрямился, собрав свое мужество в кулак. Однако мерина окончательно не выпустил. Осторожно, ласково принялся гладить конскую голову, успокаивая бессловесную скотину и заодно успокаиваясь сам.

Как ни странно, туча послушалась. Ветер стих внезапно, как начался, словно и не было его вовсе, дождь прекратился. Вешил сморгнул раз, сморгнул два — не померещилось ли? Девица тряхнула головой, словно отгоняла назойливых мух.

— Иди, голова! — звонко молвила она. — Скатертью вам дорога. Да не забывай, что сарай достроить обещался. А то ведь я не только тучу припомнить могу.

Сказала, как обухом по голове огрела. Панас вздрогнул всем телом.

— Да ладно тебе, Лика, — забасил он. — Разве ж я когда про обещания свои забывал?

— Может, и не забывал, — легко согласилась ведьма. — Только лишний раз напомнить не поленюсь. Оно, знаешь ли, очень память освежает. Ну, бывай, голова. — И направилась к лесу под потрясенными взорами мужчин. За ней следом бесшумными тенями двинулись оборотни. Уже почти ушла, почти скрылась за деревьями в вечернем сумраке, но тут одумалась, вспомнила что-то и обернулась, сверкнув лукавым светло-серым взором с зелеными искрами. — И ты, маг, прощай. Не поминай лихом, короче.

— Прощай? — вздернул бровь Вешил. — А может, до свидания? Увидимся же еще.

— Это вряд ли, — краешками губ усмехнулась Светлолика. — Встретить мага для ведьмы дурная примета. Удачи не будет, да и вообще… — неопределенно покрутила пальцем в воздухе девица.

Сказала и ушла, оставив магистра любоваться волнующими колебаниями женской юбки, будто завораживающим танцем кошачьего хвоста.

— Огонь девка! — уважительно хмыкнул он.

— Ты это… — Могучая длань головы опустилась на плечо мага.

Вешил обладал высоким ростом, и ни шириной плеч, ни силой природа его не обделила, но рука селянина заставила слегка присесть от неожиданной тяжести.

— Ведьму нашу не тронь, — настоятельно посоветовал Панас.

Маг удивленно моргнул, словно вынырнул из глубокого сна и обнаружил, что часть сновидения материализовалась, требуя продолжения.

Сельчане сплотили ряды и стали похожи на роту солдат, встретившую противника.

«Кажется, меня сейчас будут бить», — толкнулась в голове ошалелая мысль.

На всякий случай Вешил отступил на два шага назад, хотя точно знал — сделать ноги не успеет. Серьезные лица собравшихся просто вопияли: «Догоним, хуже будет!»

— А разве я ее трогал? — неожиданно сорвавшимся голосом поинтересовался маг.

«Даже голос, и тот предал», — закручинился он.

— Маги, они завсегда супротив ведьм что-нибудь злоумышляют, — авторитетно заявил голова, стискивая в пудовых кулачищах конский повод так, словно надеялся выжать из него масло на поджарку целой сковороды картошки.