Иномир и Мила - Лана Широкова

Мила обернулась и увидела за собой младшего брата, про которого в деревне говорили, что он так похож на мать. Как и Мила… Такие же темные волосы, светлые глаза, только ростом он был намного выше. На его стройной фигуре мешковато смотрелась охотничья одежда, подпоясанная длинным ремнем. В руках он держал длинный лук и стрелы.

— Что случилось? — растерянно спросила она.

— Ты вчера домой не вернулась, мы всю ночь тебя обыскались. На кой черт тебе эти ягоды сдались? Неужели не догадалась у соседей что-нибудь взять? Знаешь, как мы все за тебя перепугались? — Он подошел к ней, как вдруг подозрительно нахмурился. — И что вообще на тебе одето?

Мила огляделась еще раз и неподалеку в траве заметила корзинку и рассыпанные ягоды. Затем она посмотрела на себя и увидела, что была в кожаном костюме, даже кинжал держался на поясе. А на груди висело ожерелье Иномира в серебряной оправе. В это мгновение на нее обрушился, кажется, весь мир. Она поняла, что оказалась дома, а Иномир остался там, в том темном мире под Зловещим озером. Остался на растерзание Черного духа.

— Эй! — раздался громкий крик в стороне. — Мы здесь кого-то еще нашли!

Сердце громко застучало, Мила со всех ног бросилась через лес на голос братьев. Когда добежала до них, даже не обрадовалась встрече, а растолкала их в стороны и увидела на земле Иномира. Бросилась к нему и, задыхаясь от слез, стала прислушиваться к его сердцу, но ничего, кроме стука собственной крови в ушах, не услышала. Она оторвалась от него, посмотрела на бледное лицо, закричала:

— Иномир! — и упала ему на грудь, почувствовав, как внутри все разрывается от невыносимой боли.

— Тяжело, — раздался глухой голос. Мила приподнялась, внимательно посмотрела на Иномира, но он все так же молчал. Затем его губы тронула улыбка. — Тяжело, — повторил он и открыл глаза, а она засияла от радости. — Я же обещал, что верну тебя домой. Вот, кажется, ты и дома. — Иномир перевел взгляд на изумленных братьев. — Только наверняка у меня теперь проблемы пострашнее, чем злые духи, утопленницы и жуткий лес.

Эпилог

Мила стояла у накрытых длинных столов в огороде рядом с домом подруги, смотрела на нее, красивую, в подвенечном красном наряде, и улыбалась. Сама Мила была одета в красивый легкий голубой сарафан, волосы заплетены в косу, а голову украшал большой венок из полевых цветов. На шее висело ожерелье Иномира.

— Фрося, я так рада за тебя. — Мила подошла к подруге и поцеловала ее в щеку.

— Спасибо тебе, — ответила она. — Знаешь, когда ты посоветовала мне вместо того, чтобы красить глаза сажей и в бабкино тряпье переодеваться, сперва посмотреть на жениха, а если не понравится, просто сказать об этом отцу, я была так удивлена. Подумала: когда ты успела так измениться? Но хорошо, что я тебя послушала. Без тебя бы этой свадьбы не было.

Мила еще раз улыбнулась, вспомнив, как приехал молодой красивый жених и подруга в него сразу влюбилась. Так сильно, что и свадьбу решили играть как можно скорееочень скоро. И сейчас под теплым летним солнцем приходили гости и рассаживались по своим местам.

День за праздничным столом пролетел быстро. Все смеялись, рассказывали шутки, громко причмокивали и хвалили блюда, а Миле было очень приятно это слышать. Все же именно она приготовила большую часть угощенийблюд. Она сидела рядом с братьями, и ей было хорошо и спокойно. Только об одном переживала —, что Иномира не было рядом здесь не было. С грустью она вздохнула, а затем усмехнулась, вспомнив, как думала утопиться, если братья ее однажды замуж вздумают отдать. Сейчас хотелось совсем обратного.

В деревне все опасались Иномира, называли чужаком, и братья относились к нему с большим подозрением. Мила, конечно, придумала замечательную историю: как встретила его однажды в лесу, как пожалела, потому что потерял память, как она приносила ему еду… как влюбилась. И братьям ничего не оставалось сделать, как поселить его в сарае.

— Ну! За молодых, — поднял тост отец невесты.

— За молодых! — вторили ему гости.

Мила попробовала сладкую яблочную настойку, горло начало жечь, но она не поморщилась, а скорее закусила пирожком с капустой — у калитки уже ждал ее Иномир. Он смотрел с мягкой улыбкой и качал головой. Мила глянула на братьев: они были заняты болтовней с соседками — и осторожно вышла из-за стола.

— Пойдем, — радостно произнесла она, кивая в сторону гостей, — там весело, обещаю, тебе понравится.

— Милослава, давай лучше погуляем без лишних глаз, пока вся деревня на свадьбе. Если ты, конечно, не против оставить стол и сладкую настойку.

— Не против. — Она понимающе улыбнулась. — Я давно хотела показать тебе, как цветет наш берег. Ты такого, наверное, и не видел еще…

Они осторожно прикрыли за собой калитку, взялись за руки и пошли по замершей в тишине деревне. Даже разговорами не нарушали тишину. Так и вышли к высокому берегу Серебрянки. Начинался вечер: солнце уже клонилось к закату. Внизу шумел камыш, а на берегу в высоких травах уже зацветал белоснежный горец.

— И вправду, красивая оказалась, эта Серебрянка, — с грустью сказал он.

— Иномир, — тихо произнесла она, взяв его за руку. — Тебе здесь не нравится?

— Не скажу, что не нравится, — поджал губы Иномир. — Но привыкать нужно.

— Если хочешь, ты можешь вернуться. — Она осторожно сняла ожерелье и протянула ему.

— Неужели хочешь от меня избавится? — усмехнулся он. — Или успела жениха получше найти?

Мила подняла на него удивленный взгляд и увидела широкую улыбку. Медные волосы ярко горели в лучах закатного солнца. И сердце сжалось от того, насколько он был красивым, родным и любимым.

— Я не хочу с тобой расставаться, — сквозь слезы произнесла она.

— А кто сказал, что я ухожу? — Он взял ее руки в свои и нежно их сжал. — Я тебе уже говорил: мой дом там, где ты. А с братьями я твоими как-нибудь справлюсь, и заживем как раньше — вместе.

— Так ты точно останешься? — с надеждой спросила она. — Ты же не передумаешь?

Но Иномир ей ничего не ответил, забрал из ее рук ожерелье и хорошенько размахнулся в сторону реки.

— Что ты делаешь? — испугалась она, но ожерелье уже булькнуло в воде. А Иномир повернулся к ней, улыбнулся и приобнял за талию.

— Я люблю тебя, Милослава, и больше мне ничего не нужно.

— Я тебя тоже. — Она прижалась к нему. Хотела уже закрыть глаза и вдоволь насладиться теплотой любимых рук, но взгляд упал в сторону леса.

Мила