Химеры просыпаются ночью - Райво Штулберг

— Не сомневаюсь даже, что у вас есть и знакомые знакомых, которые слышали через других знакомых, как их знакомые рассказывали знакомым их знакомых, будто бы один их незнакомый знакомый уже исполнил свое желание и теперь ездит на Мерседесе и катает блондинок на яхте по Мальдивам, — съязвил Михеев.

Саунькин прыснул.

— Ну-ну, вот посмотришь, посмотришь… — пообещал водитель, но больше за всю дорогу не сказал почти ничего.

— Уже фольклор местный процветает? — спросил Митин.

— О, тут целый пласт культурный, — хмыкнул Саунькин.

— Ну что ж, вот мы и приехали этот пласт копать.

— А из вас кто-то был уже там? — осведомился Михеев.

— Я был, — кивнул Саунькин.

— А мое дело возить вас туда-обратно, — буркнул водитель, словно бы извиняясь, и снова погрузился в молчание.

— Сколько же раз?

— Четыре раза. В первый раз — когда только-только вдарило. Нас тогда по тревоге собрали со всех концов Украины. Только за оцепление не пустили, сказали, что фон очень большой. Хотя какой там фон… — Саунькин махнул рукой.

— Ну, фон-то по-любому должен быть, — заметил Михеев.

— Фон там был и будет, но не так, чтобы даже в спецзащите не пропустить к Станции. Хотя… это даже не на самой Станции рвануло.

Выехали за город. Потянулись скучные ноябрьские пейзажи. Сквозь затонированное стекло джипа небо казалось еще мрачнее, словно грозным предчувствием нависло над миром. Всклокоченные обрывки туч чернели над бесцветной землей, над темным голым лесом по обеим краям дороги.

По мере удаления от Киева, машин на трассе становилось все меньше и меньше, а потом Митин вдруг понял, что они одни едут по совершенно пустынной дороге. Нет, вот навстречу заколыхался фарами военный грузовик.

— Скоро прибудем, — подал голос водитель.

«Скоро» — от этого слова сердце забилось чаще, внутри что-то рухнуло. Еще недавно Зона для них была почти легендой, сказочным Клондайком, полным тайн, которые следует разгадать, артефактов, которые нужно найти. А теперь — скоро. И все это — по-настоящему. Хотя не происходит ничего особенного. Только вот дорога пустынна. Да этот военный грузовик. Ох, нехорошо это — когда военные куда-то едут. Значит, дела и правда серьезные. Пусть бы МЧС, ООН… Но только не солдаты.

«Скоро» продлилось еще добрых полчаса, Митин даже почти совсем успокоился. За подъемом справа показался домик. Когда приблизились, увидели красно-белый шлагбаум. А еще увидели длинную бетонную стену с колючей проволокой поверху — совсем как в тюрьме. Стена углублялась куда-то в лес, по обе стороны дороги. Слева оказался второй домик, только скрытый деревьями. На обочине стоял одинокий БТР.

Но и тогда Митин не до конца осознал, что уже прибыли. Засмотрелся на БТР: он впервые видел настоящую боевую машину.

— Алло, приехали, — сказал Саунькин зазевавшемуся Митину прямо в лицо — как глухому. Тот машинально вылез из джипа.

«КПП Дитятки» — значилось красными буквами на желтой свежей табличке. Синяя железная дверь со звездой на каждой створке, предупреждения в духе «Стой. Приготовь документы». А так, с виду больше похоже на обычную войсковую часть, где изо дня в день отбывают срок тысячи молодых ребят, чем на «предбанник» таинственной Зоны. Ни вышек, ни пулеметов, которые отчего-то представлялись Митину раньше. Только забор, который, при желании, можно преодолеть в любом месте. Хотя, вполне возможно, что имеется видеонаблюдение.

Елочки вон даже растут.

— Так тебя ждать, или я поехал? — спросил водитель Саунькина.

«А ведь назад они уже поедут без нас», — возникла мысль у Митина.

— Погодь, — отозвался сотрудник, — вместе тогда поедем.

Так буднично это сказал, будто не черт знает, куда их привез, а на вокзал, на поезд, и сейчас они обнимутся напоследок — и каждый вернется к своим насущным делам.

Подошли к шлагбауму. Никакой охраны, даже часового не было. Саунькин нажал на кнопку звонка рядом со шлагбаумом. Из домика лениво вышел детина в военной форме, но без оружия. Неторопясь подошел к ним.

— Хто такі? Документи покажи.

— Зеленый код, — сказал Саунькин, протянув какую-то бумагу — семь-двадцать.

— А, ну тоді проході, - детина кивнул за шлагбаум и даже не взглянул на бумагу.

«Вот тебе и закрытая Зона, — с недоумением подумал Митин, — и чего тогда Мартинсон стращал?..»

Они прошли через ворота внутрь дворика. Митин ожидал увидеть здания бараков, служебных помещений… но ничего подобного за забором не оказалось. Все та же дорога, все тот же лес; на обочине — какие-то покосившиеся будки. Или вагончики — не понять.

— Там уже Зона? — спросил Михеев, махнув рукой в сторону дороги.

— Нет, ты что. Это только контрольно-дозиметрическая точка. Да тут никто и не останавливается обычно, измерять нечего. Вот когда оттуда — тогда бывает, что задерживают. А так — что толку.

— А зачем же он тогда тут стоит? — Митин кивнул в сторону домика.

— Порядок такой… Но мы уже в «тридцатке», ага.

— Хм, — протянул митин Митин, хотя ничего не понял.

— Здесь теперь как бы две Зоны. Одна — прежняя, послечернобыльская. Другая — свежая.

— А дальше что, пешком? — поинтересовался Михеев.

— Ага, тут недалеко, километра два.

— А на машине нельзя?

— Можно. Только он стоп-контроль не пройдет.

— Это мы что же, — изумился Митин, — мы в фонящей машине ехали?!

— Что? Нет, — улыбнулся Саунькин, — не поэтому. Но есть причины.

— Ну хоть так… А то я уж подумал, что джип того… из Зоны.

— Ну, уж мы не настолько самубийцы.

Они двинулись по пустынному шоссе. По краям — голый лес. Тихо, ни одной птицы не слышно. Вообще ни одного звука. Митин заметил, что ветви местами имеют не совсем обычную форму. Местами скручены, вывернуты кольцами.

«А ведь это уже — действие», — догадался Митин.

Стало снова не по себе. Они уже настолько близко подошли к Зоне, что, кажется, чувствуют ее дыхание. И эти ветки тому подтверждение. Неужели и правда совсем скоро окажутся там?

Михеев согнулся, то ли под тяжестью рюкзака, то ли просто смотрел под ноги. Митин снова исподтишка посмотрел на Саунькина. Тот шел бодро, прямо держа спину, весь будто воспрянул. Смотрел вперед.

— Хочется туда? — без намеков спросил его Митин.

Саунькин промолчал, только кивнул.

— И многих в Зону уже проводили? Все вернулись?

— Мы только ученых проводим и только до второго стопа. В саму Зону никого не доводилось еще.

— А первый стоп — это сзади?

— Ага.

— А третий есть?

— Нет, только два. На самом деле, конечно, одного хватило бы, но в регламентах прописано два, вот и держат два. Все равно, думаю, лишне не будет. Народ всяко лишний раз подумает, пока между ними пойдет. Вдруг, у кого хватит ума вернуться.

— Есть те, кто передумал?

— Из вашего брата, надо сказать, нет. Все шли нормально, никто не струсил. У других, говорят, бывало. А про нелегалов, конечно, не знаю.

— А ты, выходит, типа Харон, — встрял Михеев.

— Ага, мне такое сравнение тоже приходило в голову. А там вроде как берег мертвых выходит, а сзади — живых.

«Утешил, — подумал Митин, — берег мертвых…»

— Ничего, мужики, не переживай, — словно угадав его мысли, подмигнул Саунькин, — главное, никуда не суйтесь. Там сейчас уже жить вполне можно, не то, что в первое время.

— У нас коллега там был, в самое как раз первое время. Мартинсон, полный такой мужик. Может, помнишь? Но больше — говорит — туда ни ногой. Отказался нам компанию составить вот.

— Нет, не припомню. Всех упомнишь разве.

— Ну да…

Впереди послышался неясный рокот моторов, а потом из-за подъема показался второй шлагбаум. Только теперь все было всерьез — это стало понятно по силуэтам военной техники на обочине. Ворот уже не было, а в лес углублялся точно такой же забор, как на предыдущем КПП, только с вышками. Что-то Митину подсказывало, что с этих вышек всю троицу уже взяли на прицел.

Сердце забилось чаще, ноги сразу стали деревянными и плохо сгибаться в коленях.

Подошли к шлагбауму. Там уже проверяли какой-то мерседесовский микроавтобус. Видимо, уже давно, потому что никто их по дороге не обгонял. Водитель о чем-то спорил с одутловатым часовым. Поодаль скучали солдаты в полном боевом снаряжении.

— Ничего не знаю, вези обратно, — говорил тот, лениво просматривая какие-то бумаги.

— Да мне лучше их прямо здесь бросить и сказать, что украли, чем назад переть! — восклицал водитель.

— Дело твое.

— Да черт… — водитель наклонился и что-то бормотнул часовому.

— Ну пошли, проверим, — сказал тот, и оба поднялись в будку над шлагбаумом.

Через несколько минут вышли, охранник уже потерял всякий интерес к Мерседесу и направился ко всей троице. Водитель же торопливо выруливал микроавтобус.