Сицилийский роман 2 - Скаммакка дель Мурго Елена

– Ой, Франко, дружище, прости, я опять забыл о твоей аллергии, – и он откатился на кресле немного назад.

– Дело к тебе есть срочное. Надо как можно быстрее найти некую Лорену Костанцо, которая была много лет назад любовницей Карло Пинизи и у которой, вполне возможно, имеется ребенок от него. Точно я этого не знаю, но вероятность большая. Если мы найдем наследника Пинизи, то, считай, фирма наша. Через него и на полных законных основаниях мы приберем без проблем фирму себе.

– Слушай, босс, да ведь это гениально! Я сейчас прикажу своим ребятам, и они обрыщут всю Сицилию. На этот раз нам точно повезет! Я это нутром чувствую, Сержио!

– Чувствует он! Ты уже один раз это чувствовал! Ну ладно, давай не обижайся! Как говорится, кто прошлое помянет… Короче, действуй! – и крестный отец повернулся на кожаном кресле спиной к присутствующему, – как знак того, что разговор закончен.

Городок Маскалучия под Этной.

2000 год.

Лорене Костанцо уже шел пятый десяток, но она была еще очень хороша собой. На нее, стройную жгучую брюнетку с синими большими глазами, до сих пор на улице заглядывались мужчины разных возрастов. Лора с раннего детства была уверена, что будет актрисой. Маленькой девочкой она прекрасно читала стишки и любила подражать кому-нибудь из окружающих. И делала это, несмотря на свой юный возраст, очень точно и с большим чувством юмора. В общем, актерские способности проявились у Лоры рано.

Совсем молодой она окончила театральную студию и поступила в один из самых престижных театров в Катании «Театро Стабиле».

Талант плюс красота сделали свое дело – ей доставались одни из лучших ролей. С каждым новым театральным сезоном Лорена все больше сверкала на сцене и становилась все больше известной актрисой. Уже зритель ходил на спектакли исключительно ради нее. Поклонников было море: они поджидали ее около дверей гримерки, стояли рядом с ее припаркованной машиной с огромными букетами цветов, выслеживали ее дома и повсюду.

Она купалась в своей славе, в безумном обожании публики и поклонников! Но настоящая любовь пока ее не посетила. Актриса, игравшая на сцене много раз влюбленных женщин, в реальной жизни ждала того самого единственного и неповторимого, увы, которого ей так и не было суждено встретить на своем жизненном пути, вернее, может быть, она и смогла бы его повстречать, если бы в ее жизнь не ворвался так нагло и надолго синьор Карло Пинизи.

В то время Карло Пинизи совсем недавно разбогател, а когда у человека появляются деньги, то часто он или меняется сам, или резко меняет свою жизнь. Свои привычки и интересы. А какие жизненные интересы могли быть у сицилийского крестьянина, хоть и зажиточного, с пятью детьми на руках? В лучшем случае вечером посмотреть что-нибудь по телевизору, да в воскресенье сходить к родственникам на званый ужин. Вот все и развлечения. Разбогатев, Пинизи-старший первым делом сменил себе гардероб, предпочитая одеваться исключительно от Хьюго Босс, купил дорогие часы Патек Филипп, новый спортивный автомобиль марки БМВ и стал изо всех сил стараться вести аристократический образ жизни: играть в гольф, ходить в клуб предпринимателей, посещать дорогие рестораны и, конечно же, театр. Отчего же бывшего крестьянина так вдруг потянуло в храм Мельпомены? Ведь большинство произведений, по которым ставились там спектакли, он вовсе не читал или имел смутное о них представление, с трудом вспоминая что-либо из школьной программы. Да потому, что это было престижно! К тому же один его приятель подсказал ему, что, дескать, для пущего авторитета среди местных предпринимателей неплохо бы ему завести романчик с одной из известных сицилийских актрис.

Пинизи стал настолько тщеславным, что принял совет друга как руководство к действию и начал посещать самые модные спектакли. Увидев однажды на сцене Лорену, он сразу же все понял – вот какая ему нужна любовница! Красавица, с уточенными манерами, талантливая женщина. В тот момент он даже и не подумал про ее характер. Не принял это в расчет, а напрасно! Карло привык, что все женщины и в его семье и даже на работе – все до одной всегда и во всем с ним соглашались, безмолвно подчиняясь ему. Да, но они все от него зависели в той или иной степени. А Лорена уже была состоявшейся актрисой, самостоятельной, современной женщиной. Поэтому Пинизи с самого начала допустил стратегическую ошибку, начав свои ухаживания грубовато, передавая через третьих лиц не только огромные букеты цветов, но и дорогие подарки для нее. При личной же встрече непрозрачно намекал ей на содержание. То есть решил просто купить ее, как очередную свою игрушку. Актриса сразу же дала понять напористому ухажеру, что его внимание к ней ей не только не льстит, но и просто раздражает ее. Лорена под разными предлогами постоянно отказывалась от встреч и свиданий с Карло: то родные себя плохо чувствуют, то работы в театре много и надо репетировать, то на гастроли уезжает и нескоро приедет.

Она просто не выносила этого наглого сицилийского нувориша!

Более того, ее раздражало в нем практически все: начиная с походки, манеры говорить, ну и, конечно, эта его нахрапистость! Лорена даже мысли не допускала, что может сблизиться с таким чудовищем! Она делала все, чтобы отвадить далеко и надолго назойливого поклонника. Отказывая Карло Пинизи, Лора назло ему ходила с другими ухажерами по ресторанам и частным вечеринкам. Несмотря на свое больное самолюбие, Карло терпеливо переносил всю эту ложь и несерьезное отношения к своей персоне, но не уступал. Его к ней тянула необузданная страсть, который рано или поздно было необходимо излиться на объект своего обожания. Но объект сильно сопротивлялся, а месяцы шли за месяцами, и в их отношениях никакого прогресса не наблюдалось. Тогда оскорбленный в своих чувствах мужчина решился пойти на подлость: не хочешь по-хорошему, тогда будет по-плохому. Сама ты во всем виновата, прелесть моя, Лорена! Теперь ты попадешься в мою ловушку, и из нее тебе уже будет очень сложно выбраться!»

Однажды он отправился в театр поговорить с главным режиссером. Провинциальный режиссер Скалия с наголо выбритой головой и с большими очками в пол-лица в красной оправе, скрывавшей его маленькие вечно бегающие глазенки, мнил себя, конечно же, великим театральным постановщиком. Он одевался в одежду ярких и порой совершенно не сочетающихся друг с другом тонов, ходил, важно запрокидывая вверх голову, и в разговоре подражал известным миланским режиссерам. Опытному дельцу Пинизи было достаточно одного взгляда, чтобы понять, что этот персонаж – легко коррумпируемый.

В начале разговора Карло довольно вежливо пытался убедить режиссера, при этом непрозрачно намекая на денежное вознаграждение, в том, чтобы тот постепенно начал давать Лорене все меньше ролей и чтобы эти роли были бы все менее значительными. Сначала главный режиссер и слушать ничего об этом не захотел: «Да вы что, в своем уме? На ней практически весь наш репертуар держится! Зритель только на нее и ходит! Не будет играть Лорена, касса наша сразу же опустеет!»

– Да не тревожьтесь вы так, синьор Скалия! Это только временная мера! Я знаю, что помимо своей репутации как актрисы у Лорены есть денежные трудности. Ведь ей нужно содержать своих больных стариков-родителей. Она будет меньше зарабатывать, и ей ничего не останется, как обратиться ко мне за помощью, которую я ей с удовольствием окажу. Я вас очень прошу, – и при этих словах Пинизи достал внушительных размеров пачку денежных купюр, – давайте приступать к этому нашему плану уже завтра. Я думаю, этого будет достаточно, чтобы покрыть все ваши неустойки и расходы?!

– Более чем, – протягивая слова, но все же с долей сомнения в правильности того, что пошел на уступки этому мерзавцу, проговорил главный режиссер театра.

Он гордился своей примой, к тому же благодаря именно его профессиональным усилиям Лорена стала тем, кем она стала: замечательной драматической актрисой. И, конечно, так поступить с его стороны было верхом несправедливости к ней. Просто у Скалия не было другого выбора. Пинизи грозил налоговой, а начальником налоговой полиции был его дружок, которому в качестве периодической благодарности тот дарил одну или несколько квартир в новых домах, построенных фирмой «Пинизи и сыновья». Так что у того за все эти годы скопилось полно недвижимости, и он мог бы позволить себе больше не работать на государственной службе, сдавая все это в аренду. Поэтому несложно понять, что налоговый начальник был настолько верен Карло, что при первом его зове бросался на врага своего благодетеля, не оставляя от него даже мокрого места.