ДАТСКИЙ ДНЕВНИК - Антон Вершовский

Подождал два дня, затем позвонил им, а мне объясняют: нам, говорят, нужно время, чтобы внести вас в компьютерные базы данных. Я-то по наивности думал, что на то и компьютерные базы, чтобы набрал строчку — и готово. Ан нет, все сложнее. Хорошо, телефон хоть звонки принимает — здесь это бесплатно. Подождал еще два дня. Звоню, на этот раз настойчивее. А, говорят, вот ваш контракт, действительно, есть такой. Так в чем, говорят, проблема? Сейчас переведем его на новый тариф, и через час можете пользоваться… Вот сейчас гадаю — как дальше будут развиваться события?

Прошло 2 часа, а телефон не работает.

Здешний механик в неспешной беседе — полтора часа в рабочее время, то есть я работал в мастерской, а он со мной общался, — мне объяснил, что Дания не производит продуктов массового потребления, и все, что здесь делается — это эксклюзив. Охотно верю. Какая там массовая продукция при таком стиле жизни. А то, что это такой стиль, мне тоже объяснили, и пообещали, что я скоро тоже научусь.

Ну вот, телефон включили, горячие датские парни. Восемь часов прошло после декларации «сейчас включим». Удивительно только, кто этим озаботился в шесть часов вечера? Наверное, какой-нибудь датский неспешный автомат.

05 октября. Узнал, что к каждой кроне, которую я здесь плачу в пенсионный фонд, институт добавляет 2 кроны от себя. Если я проработаю здесь всего один год, то моя пенсия будет составлять долларов 60–70 в месяц, и платить ее будут, в какой бы стране я ни жил! Глядишь, пенсию заработаю. Правда, в Дании пенсионный возраст — 67 лет и у мужчин и у женщин, так что платить эту пенсию начнут не сразу. Вообще, говорят, эти деньги можно, уезжая, потребовать назад, но отдадут не все, а 75 % от того, что я платил сам, и не сейчас, а через год.

06 октября. Датчане все-таки очень серьезные люди и все делают основательно. Сегодня в комнате в другом конце коридора в полдень началась пьянка — накрытые столы и все такое. Сейчас девять вечера, а у них праздник в разгаре. Пьют пиво и шнапс, и в темном коридорчике у туалета в течение последних двух часов целуется какая-то парочка, блокируя вход.

13 октября. Вчера я был на институтском ежегодном пикнике (по-датски — skovtur), который местная публика тщательно готовила в течение нескольких месяцев. Погода была на удивление хороша, так что все смогли надраться без помех. Происходило это так — в час дня нас вывезли на автобусах на берег моря, в весьма красивые места — лиственный лес подходит прямо к морю, — и вручили всем по карте с нарисованным маршрутом и местами остановок — по—моему, их было шесть, и разделяло их где-то по километру. На каждой остановке в лесу нас ждали ящики с пивом и водкой «Gammel Dansk», а на одной остановке — бутерброды с кофе. На остановках положено было выпивать по паре стопок водки, а пиво пить на ходу.

я не знаю лучшего способа заставить вполне приличных людей так надраться. Последняя остановка оказалась рестораном, и к нему все подошли уже в нужной кондиции, и в течение следующих примерно пяти часов так ее усугубили… Помню, как датчане орали песни по розданным им текстам на бумажках — они во время любых пьянок поют песни, и всегда по бумажкам. Одна песня мне особенно понравилась своим глубоким смыслом (почему-то на немецком):

Jawohl, jawohl, jawohl,Wir trinken alkohol,Wir trinken keine wasser, nein,Wir trinken alkohol

(Да, да, да,Мы пьем алкоголь,Мы не пьем воду, нет.Мы пьем алкоголь)

Этот куплет повторялся с начала с нарастающим энтузиазмом в течение получаса. Очень напоминало «Швейка». Текст остальных песен я не понял, но он вполне соответствовал. Песни орали хором где-то с час, потом кто-то свернул из листка с текстом самолетик и запустил его, в результате следующие полчаса все запускали друг в друга самолетики. :-) и опять орали песни, но уже не хором, а как у кого получалось.

Назад к институту нас подвезли в полночь, я поехал домой на последнем автобусе, а датчане уже в институте продолжили петь и пить водку — как я выяснил, до утра. Сегодня изрядной части личного состава просто нет в наличии, а остальные имеют очень бледный вид. Я тоже имею бледный вид, однако уже почти жив.

14 октября. В общем, выяснилось, что следующую неделю датчане выходные! У них, видишь ли, «картофельные каникулы». Ко мне, понятно, это не относится, т. к. институт закрывать не будут, и все, кто хочет, могут работать. Предполагается, что я хочу работать, — как и все местные аспиранты.

15 октября. Датчане: все ходят в футболках. Человек в рубашке — обязательно иностранец. Я пока хожу в рубашке, чисто из чувства противоречия, но скоро сдам позиции. Какого черта! Надоело воротнички гладить.

Обожают свечи. Примерно треть площади любого продуктового магазина отведена под свечи самых разных сортов и размеров, и в каждой комнате каждого жилого дома торчат десятки подсвечников.

20 октября. Мелкая неприятность — повредил руку в мастерской, пришлось сдаваться в госпиталь. В госпитале я провел около часа, но за это время убедился, что генеральный принцип здесь тот же, что и в России — чем ты там ни истекай, сначала тебя минут двадцать будут регистрировать, потом попросят полчасика подождать, и только потом перевяжут.

23 октября. Отпраздновал свой день рождения, для чего притащил в офис всякого бухла и закуски и призвал в пять вечера своих коллег на короткую вечеринку. Коллеги пришли, но водку и вино пить не стали, налегая на минералку. Потрясающий народ. Раскачать их невероятно трудно. Чтобы раскачаться, датчанин должен знать о предстоящей пьянке как минимум, за две недели — именно за такой срок они рассылают друг другу письма по электронной почте: «… такого-то числа, через две недели, в офисе у Йенса Нильсена состоится вечеринка. Меню: пиво, чипсы» Зато уж если раскачаются… Швед в «Осеннем марафоне», которого играет датчанин — совершенно классический экземпляр. В общем, после того, как мои коллеги, немного недовольные нарушением привычного ритма, разбрелись по рабочим местам, пришлось мне разыскивать по факультетам и звать на помощь русскоязычную публику. Русскоязычная публика, учуяв запах водки, отыскалась и помогла.

29 октября. Обнаружил замечательную, очень старую и симпатичную улочку под названием «Мёллестин». Хоть она практически в самом центре города, она прекрасно спрятана от посторонних, и поэтому, видимо, так здорово сохранилась. Все дома на ней — одно—двухэтажные, разноцветные, увитые розами и неправдоподобно маленькие, и как в них помещаются современные датчане — непонятно.

07 ноября. Здешняя почта почти каждый день доставляет мне на дом толстенные конверты от разных официальных организаций, информирующие и запрашивающие меня о чем-то по-датски. Недавно получил очередной такой конверт из налоговой инспекции с подробным перечислением моих налогов на следующий год — и здрасьте пожалуйста, опять налоги по полной датской программе без единой скидки! Стал звонить и выяснил, что отправили мне эту пакость по ошибке. Теперь никакого доверия к ним я не чувствую. Эдак по ошибке и правда ползарплаты снимут.

И не зря, как выяснилось. Одну и ту же бумагу с требованием доплатить 12 тысяч крон уже выплаченного мной налога я получал четыре раза с двухнедельным интервалом. Соответственно, четыре раза я звонил в налоговую инспекцию, там извинялись и через две недели присылали эту бумагу снова.

По датским правилам, переезжая на новую квартиру, житель страны обязан уведомить об этом власти в течение пяти дней, чтобы вся почта, банковская, налоговая информация и прочее могли найти его по новому адресу. Так вот, если это сделать в течение пяти дней, то все письма будут приходить по старому адресу еще в течение года.

08 ноября. Был на экскурсии в местной пивоварне Ceres, которая выпускает почти два миллиона бутылок в день. Экскурсия стоила пять крон и закончилась потреблением неограниченного количества замечательного бутылочного пива — разных экспортных вариантов. Мне удалось продегустировать примерно семь разных сортов, то есть здоровье подорвал крон на двести.

09 ноября. Через неделю еду в Осло и еще какой-то занюханный норвежский городок Устаосет на конференцию. Программа обещает быть насыщенной — в официальном приглашении на конференцию иностранных участников просят прихватить с собой по меньшей мере по две бутылки крепких напитков «для обеспечения успеха параллельной сессии конференции». Естественно — налоги на спиртное в Норвегии так высоки, что Дания по сравнению с ней — просто безналоговая зона. Париж все откладывается.

10 ноября. Сегодня во всем городе была презентация рождественского пива, и мы с недавно приехавшей из Парижа аспиранткой—француженкой прокатились по центру, пробуя это рождественское пиво в разных подвалах. Народу в пивных и на улицах было неимоверное количество, похоже, весь город гулял всю ночь. На обратном пути — мы ехали на велосипедах — я косноязычно пытался убедить свою попутчицу, что в Орхусе на велосипедах принято ездить по специальным дорожкам, а не синусоидой по середине проезжей части, как она в этот момент делала с великолепным парижским презрением к местному автотранспорту и полиции, — и не убедил. Один таксист даже просигналил нам, остановился, опустил стекло и некоторое время с энтузиазмом ругался по-датски, что само по себе удивительно.