ДАТСКИЙ ДНЕВНИК - Антон Вершовский

ДАТСКИЙ ДНЕВНИК

Дания

Орхус (Århus, Aarhus) — это такой город в Дании. Когда мой датский коллега Кристиан звонит в американские компании, он гордо представляется: «Кристиан такой-то из Университета Орхуса, Орхус — это второй по величине город Дании!» Любознательные американцы его обычно переспрашивают: «Простите, второй по величине город ЧЕГО?»

Дания действительно не очень большая страна. Если вы внимательно посмотрите на карту Европы, вы сможете заметить полуостров, торчащий к северу из Германии, и пару островков справа от него — это и есть Дания.

Живут здесь совершенно особенные и замечательные во всех отношениях люди — датчане. Они невероятно медлительны и добродушны и при этом почему-то считают себя потомками воинственных викингов. Они уверены, что именно они, в отличие от шведов и норвежцев — истинные скандинавы, хотя вообще-то, если честно, Дания расположена вовсе не на скандинавском полуострове. Они гордо называют себя «северным народом», хотя кататься на лыжах им приходится ездить в Норвегию, потому что в Дании снег выпадает далеко не каждую зиму и редко залеживается больше, чем на две недели… Живут они на удивление хорошо и совсем ненапряженно. После двухлетнего знакомства с ними я совершенно не могу себе представить напрягающегося на работе датчанина, кем бы он ни работал грузчиком или научным сотрудником. Всего их в Дании пять миллионов человек (как в Петербурге), почти половина из них (два миллиона человек) живет в Копенгагене, а в этом самом «втором по величине» городе Орхусе — всего двести тысяч.

Страна—сказка. Такую мог бы придумать добрый датчанин Х. — Х. Андерсен. А может быть, он ее и придумал… Нет, не то, чтобы здесь все было идеально. Но в одном можно быть уверенным — нигде в окружающем маленькую Данию большом мире люди не научились так удобно устраиваться, затрачивая на это так мало усилий. И умудряясь при этом оставаться практически незамеченными всем остальным человечеством…

Я приехал сюда потому, что меня пригласили поработать в университете Орхуса, точнее — в институте Физики и Астрономии, входящем в состав этого университета. И правильно сделали, что пригласили.

А дневников никаких я никогда в жизни не вел. Просто в какой-то момент начал выдергивать куски из своих писем и копировать в один файл-из жадности, чтобы зря добро не пропадало. В результате получились эти записки — противоречивые, непоследовательные и субъективные — оценки датской реальности в них излишне зависят от количества и качества выпитого за день до того пива. Но, в конце концов, те, кому нужна объективность, могут обратиться к официальным источникам информации! А в какой-то момент я дополнил текст ссылками на свои фотографии.

16 августа 2000 г. За два часа долетел из Питера до Копенгагена, а оттуда поездом доехал до Орхуса. В передвижениях по Дании проблема состоит в том, что воды между кусочками земли гораздо больше, чем этой самой земли. Поэтому поездки получаются долгими и дорогими. Скорый поезд, прыгая с острова на остров, идет от Копенгагена до Орхуса три с половиной часа — и это в крохотной Дании!

17 августа. Город небольшой и вполне симпатичный. Все вокруг очень похоже на Таллинн, только вместо эстонцев датчане, а русских нет вообще. И то и другое только к лучшему. Весь центр — пешеходный, узкие мощеные камнем улочки, кирхи, ратуша. Университет — около сорока поросших плющом по самые крыши невысоких, в основном четырехэтажных кирпичных зданий — занимает огромный парковый район к северу от центра города. А в двух шагах от центра в противоположную сторону — морской порт. И море в неограниченных количествах.

Повсюду сияют завлекательными витринами маленькие запредельно дорогие магазинчики и большие запредельно дорогие магазины; и те и другие работают самое позднее до половины шестого вечера, и то только по рабочим дням. И на каждом углу ресторанчики и кафе со столиками на улицах. Через центр города протекает речка шириной в два метра. Она так и называется — речка, в домах вдоль нее открыты кафе и пабы, на набережной стоят столы с зонтиками, а на ведущих к воде ступеньках сидят студенты и пьют пиво.

Вообще-то Дания по живописности ландшафта может смело претендовать на последнее место в мире — практически вся ее территория плоска, как блин. Самая высокая точка Дании — 173 метра, а название второй по высоте точки (147 м) с датского переводится, как «Небесная Гора»… Но вот город Орхус расположен на нескольких холмах, которые сильно оживляют пейзаж и вносят разнообразие в жизнь здешних велосипедистов — когда я в первый раз взобрался на велосипеде на горку, на которой стоит университет, язык у меня лежал на плече, а открытая пасть судорожно хватала воздух. Обгонявшие меня на своих двухколесных монстрах времен первой мировой войны датские старушки очень веселились по этому поводу.

А когда датчане съезжают с этой горки, они усердно крутят педали, разгоняясь до совершенно невообразимой скорости. И не потому, что торопятся, а потому, что люди они старательные, а едучи на велосипеде, положено работать ногами.

Мне досталась комната в здоровенном и довольно запущенном доме, где, кроме меня, живет хозяйка — пожилая леди, которая курит одну сигарету за другой и пьет попеременно пиво, вино и кофе, и её юная и очень оптимистично настроенная собака. Дом одноэтажный, но комнат в нем много (не знаю, сколько), и он окружен садом со всех сторон. Вечером можно сидеть в саду и смотреть на звезды.

Уже потом, гораздо позже, я понял, что с хозяйкой мне повезло невероятно. Ее зовут Вибеке, ей около 65 лет, и в жизни она руководствуется одним принципом — живи сам и не мешай жить другим. Ни разу за целый год я от нее не слышал никаких претензий по поводу моего образа жизни, привычки приходить домой и жарить сосиски в 2 часа ночи, количества переводимых мной воды и отопления и так далее; наоборот, каждый раз, возвращаясь из своих поездок, я обнаруживал в комнате какие-то цветочки и прочую муть, призванную украсить мое аскетическое существование. А когда ко мне приезжали гости, Вибеке отдавала нам вторую комнату и наотрез отказывалась брать за нее деньги. Если остальные датчане в быту хоть немного похожи на нее — тогда это просто замечательный народ! Однако они, конечно, все очень разные. Я вот знаю в том же Орхусе человека, чьи квартирные хозяева не ленятся несколько раз в день выходить из дому, чтобы с улицы посмотреть, не открыты ли у их квартиранта окна и не упускает ли он на улицу ценное тепло.

Моя хозяйка живет одна — ее многочисленные дети и внуки давно разъехались, и жильцов, судя по всему, она берет, чтобы не скучно было. Она сразу же предложила мне пользоваться всем, что есть в доме, включая велосипед, посуду, еду и электрическое пианино, и даже в первый день отвезла меня на работу на своей машине, хотя автобусная остановка здесь в трех минутах ходьбы от дома.

Собачка, чтоб ее, разделяет хозяйкины взгляды на общественное пользование домашней утварью, и сама пользуется по своему разумению всем, что находит в моей комнате. Дверь в комнату приходится закрывать, иначе немедленно исчезают ботинки и прочие ценности.

Домашним хозяйством никто в доме себя не утруждает. Вся грязная посуда сваливается в посудомоечную машину, которая запускается раз в неделю, потому что посуды в доме много. Все прочие хозяйственные акции предпринимаются, судя по всему, на рождество. И очень хорошо, душа отдыхает от избыточной чистоты датских улиц и университетских коридоров.

19 августа. В первый же день мне выдали ключ, открывающий все комнаты в институте, включая входную дверь, и теперь я могу приходить сюда хоть ночью, хоть в выходные. А что ещё здесь делать?

Лихорадочно вспоминаю свой английский. В пятницу ходил пить с новыми коллегами пиво после работы — как и для всех датчан, английский для них — второй родной язык. Старательно размывал языковой барьер темным пивом, однако никаких результатов, кроме тяжелого пивного похмелья, не достиг.

20 августа. Зарисовка о дамах: здешние дамы представляют собой датчанок, то есть зрелище весьма своеобразное. Они вовсе не блондинки — они, что называется, белобрысые… Волосы, брови и ресницы у них не то бумажно-белого цвета, не то просто прозрачные. Некоторые из них невероятно худы и выражение на лице имеют подчеркнуто стервозное. Некоторые отличаются горизонтальными габаритами до полутора метров в диаметре, но, что интересно, при этом выражение на лице имеют столь же стервозное. Про пожилых дам я и не говорю — на их лицах это выражение достигает в своем роде совершенства. И все они всё время ездят на велосипедах. И все носят крохотные очки в металлических оправах. И почти у всех почему-то агрессивно выступают вперед зубы — может, это самореклама местной стоматологии?. И в таких условиях мне придется работать. Однако некоторые юные датчанки… очень хороши. В ровном датском климате они вырастают в длину до двух метров, оставаясь при этом тоненькими, как тростиночки, — такое ощущение, что их колышет легчайший ветерок. И им очень идут их длинные белые гривы.