Повелители теней - Майкл Кобли

Теперь ничего этого не было. Вся жизнь после вторжения могонцев превратилась в злую пародию на то, что существовало когда-то. Пока Сувьель проезжала мимо детей с запавшими глазницами и старух, рыдающих над неподвижными свертками, ее собственные глаза наполнялись слезами, она бормотала себе под нос проклятия. Но инстинкт самосохранения был сильнее жалости — она не останавливалась, пока не выехала за пределы поселения.

Серое небо начало бледнеть, когда Сувьель добралась до кромки леса, с которого начинались фермерские угодья. Оказавшись под прикрытием ветвей, она съехала с дороги, заставляя лошадь медленно шагать по мхам и скользкой глине, пока они не добрались до извилистой, уводящей на запад тропинки. После двухчасовой езды под пологом мокрого леса она выбралась на широкую дорогу, ведущую к поросшим папоротником холмам. Несмотря на то что Сувьель промокла и промерзла до костей, она улыбалась. Ее воспоминания больше не нагоняли тоску. Холмы плавно переходили в южные отроги Рукангских гор, состоящих из острых пиков, каменистых оврагов и узких ущелий. Она стремилась именно туда, к древней святыне Силы Корня, которую называли Заводью Вуйяда.

Сувьель спешилась и повела лошадь в поводу, внимательно прислушиваясь к каждому шороху и поглядывая по сторонам. После падения Империи подобные дорожки стали опасными. Там, где когда-то шли купеческие караваны и группы паломников, теперь хозяйничали хищные звери и птицы. Время от времени дорогу перекрывали заросли колючих кустарников. Ей часто приходилось останавливаться и расчищать себе путь.

За этим занятием прошел весь день. Дождь вносил разнообразие, то усиливаясь, то переходя в мелкую изморось. Она сделала небольшой привал под нависающей над дорожкой скалой, заросшей длинными бородами мха, немного передохнула и накормила лошадь. Ближе к вечеру еще раз остановилась под ветвями листоглаза, чтобы поесть самой и отжать мокрый плащ.

Спускалась ночь, но Сувьель продолжала путь, надеясь добраться до заводи раньше, чем ее сморит сон. Наконец она добрела до расщелины, едва заметной в сумерках, и, помедлив минуту, шагнула туда, ведя за собой лошадь.

Стены ущелья, в котором она оказалась, были сплошным гладким камнем, поросшим лишайником. Когда последний луч света угас, она достала просмоленный факел, зажгла его и продолжила путь при его свете. Дно ущелья, заросшее травой, постепенно понижалось. Кое-где начали появляться чахлые деревца и кустики, казавшиеся черными в свете факела. Потом растительность стала гуще, воздух резко похолодел, к нему примешивался странный затхлый запах. Деревья расступились, и девушка замерла, глядя на то, во что превратилась Заводь Вуйяда.

Последний раз она была здесь более пяти лет назад, с тех пор все изменилось. Замороженные травы и цветы хрустели под ногами. С деревьев свисали сосульки, иней покрывал обломки небольшой часовенки с четырьмя колоннами, возведенной на скале у водоема восхищенными паломниками многие поколения назад. Сама заводь превратилась в яму, наполненную осколками льда. Однако было похоже, что с того самого мига, как ее сковал мороз, этот лед находился в постоянном яростном шевелении. Острые края замерзших волн мерцали в неровном свете факела.

Сувьель привязала лошадь к нижней ветке дерева и отважилась ступить на ледяную поверхность, чтобы дойти до руин часовни на том берегу. В самом центре заводи она заметила пробитую во льду дыру, наполненную замороженными осколками. По краям дыры сохранились замерзшие в движении волны, и можно было различить даже неподвижную водяную пену. В воздухе чувствовалось какое-то недоброе присутствие, холод пробирал до самых костей. Она попятилась назад.

Напуганная и дрожащая, Сувьель плотнее завернулась в плащ. Нечто выбралось из воды и ушло обратно, его появление наложило проклятие на это место. Но что это было и когда? Запах гниения был явным признаком проклятия Источника. Здесь смрад был особенно силен. Сейчас она очень внимательно ловила все звуки, доносящиеся извне.

И вот Сувьель приняла решение. Вернувшись на берег по своим следам, она прислонила факел к небольшому камню, потом сосредоточилась и начала мысленно произносить слова Песни Очищения. Низшая Сила заструилась из нее, прогоняя холод из рук и ног. Иней под ее ногами начал таять, освобождая листья и траву. Вода у берега заплескалась. В оттаявшей воде появилась крошечная рыбка и забила хвостом. Оттаял небольшой кусочек льда, захлопал крыльями и взлетел. Сувьель улыбнулась, когда птица зеленокрыл сделал круг над поляной и уселся на ветку.

Но вот Низшая Сила прекратила свое действие. Сувьель почувствовала, как возвращается проклятие Источника, снова замораживая освобожденную ею воду. Через несколько секунд все стало по-прежнему, кроме зеленокрыла, сидящего на промерзшей ветке. Птица внезапно встрепенулась и скрылась в ветвях. Сувьель тут же почувствовала, как изменился воздух, и заметила между деревьями приближающиеся огни факелов. Она быстро потушила свой, опустив его в мокрую траву, подбежала к лошади и отвязала поводья. Уведя лошадь к выходу из лощины, спрятавшись вместе с животным в густом кустарнике, она смотрела на приближающихся людей.

Из-за деревьев вышли семеро: первый вел в поводу единственную нагруженную сумками лошадь. Все были закутаны в коричневые меха и черные плащи, похожие на плащи юларийских купцов, но Сувьель было очевидно, что это не торговцы. Их подтянутость и слаженность движений наводила на мысль о войне. Пятеро из них подошли к заводи и встали вокруг дыры во льду. Шестой достал из седельной сумки какие-то предметы и протянул их над дырой седьмому. Этот седьмой был выше остальных, седой, с аскетическим безжалостным лицом, больше всего похожий на хищную птицу. Сувьель снова охватила дрожь — она была уверена, что видит перед собой Слугу Сумерек.

Здравый смысл кричал ей, что пора уходить, но она понимала: здесь затевается нечто недоброе, и она должна была увидеть, что именно. Слуга начал подготовку к обряду, проливая какие-то жидкости и рассыпая порошки из крошечных коробочек около дыры и прямо в нее. При этом он непрерывно бормотал себе под нос какие-то неизвестные Сувьель слова, состоящие из одних шипящих звуков. Потом сделал знак своему помощнику, чтобы тот отошел и, наклонив голову, раскинув руки, начал произносить гулким голосом некое заклинание. Сувьель ощутила, что исходящая от Слуги сила издает затхлый запах гнили, забивающийся в нос и рот.

Потом вспыхнул свет, бледное зеленое свечение выбилось из дыры во льду и превратилось во вращающийся столб, состоящий из облачных вихрей. Внутри его Сувьель различала меняющиеся картинки: спящий в шатре человек, три всадника, скачущих через объятую огнем пустошь, скелет, поднимающийся из могилы…