Книжный червь - Ричард Матесон

- Хорошо, проверим. Труд по лингвистике, автор Пей, стеллаж 9-Б, регистрационный номер 429-2. Процитируйте что-нибудь, пожалуйста.

В первое мгновение Фред отрешенно уставился перед собой, но уже в следующую секунду слова полились из него сами:

- Вначале Лейбниц выдвинул теорию, и он был в этом первым, согласно которой все языки произошли не от какого-то исторически известного источника, а появились как следствие прото-речи. В некотором смысле Лейбниц стал предшественником...

- Достаточно. Очень хорошо, - прервал его Фетлок, - очевидно здесь мы имеем случай проявления спонтанной телепатии и ассоциированного ясновидения.

- Что это значит?

- Телепатия, мой дорогой Элдерман. Телепатия! Похоже на то, что вы начисто считываете содержание любой книги, которая попадается вам на пути. И не только книги, но и... Вы работали в отделении французского языка и заговорили по-французски; прибравшись у математиков - начали цитировать логарифмические таблицы, и так было с каждым факультетом, с каждой кафедрой, с каждым предметом и... с каждой ученой личностью. - Профессор задумчиво поджал губы. - Но к чему все это?

- Causa qua re 1, - только и смог пробормотать Фред.

- Да-да, хотел бы я это знать. Однако... - Артур Фетлок склонился вперед и прищелкнул языком. - О чем это я говорил?

- Как вышло, что я столько всего выучил? Вернее...

- Ну, видите ли, мой дорогой, это не так трудно, как кажется. Ни один человек еще не смог полностью использовать запоминающую способность собственного мозга. Мозг обладает ог-громным потенциалом. Так что возможно - именно это с вами и происходит. Ваш потенциал проявился и...

- Но каким образом?

1 По какой причине (лат.).

- Спонтанно приобретенная телепатия и ясновидение плюс бесконечная удерживающая способность и неограниченный потенциал. - Профессор присвистнул. - Поразительно. Просто пор-разительно. А сейчас извините, я вынужден откланяться.

- И что мне теперь делать?

- Что? Да ничего, пользуйтесь этим. Это же абсолютно фантастический талант. Кстати, вот еще... хочу вас попросить. Если мы соберемся на факультете, в узком кругу, конечно, не согласитесь ли к нам прийти и поговорить? Неофициально, разумеется. Ну как, придете?

- Но я...

- Все будут шокированы. Ошеломлены. И я обязательно подготовлю статью для "Журнала".

- Что это значит, профессор? - Фред Элдерман готов был разрыдаться.

- Только не надо бояться. Мы вас не укусим. Подумать только, настоящее открытие! Феномен, равных которому нет в истории. - Артур Фетлок восхищенно хохотнул. Не-ве-ро-ят-но!

Невысокий профессор ушел, а Фред Элдерман остался сидеть на кровати, как побитый. Неужели ничего больше не остается? Неужели его удел отныне - разглагольствовать и извергать бесконечные потоки непонятных слов, а ночами замирать от ужаса в ожидании чего-то необъяснимого? Может быть, для профессора это и интересно, может быть, это будет их лакомой интеллектуальной пищей и для его коллег, но для него - Фреда Элдермана - это мрачная и пугающая действительность, и чем дальше, тем страшнее.

Зачем? Почему? Ни ответить на этот вопрос, ни уйти от него Фред не мог.

Погруженный в невеселые размышления он и не заметил, как вошла Ева. Ева пересекла комнату, присела на одеяло, и только тогда Фред поднял на нее взгляд.

- Что сказал профессор?

Фред рассказал, реакция жены напоминала его собственную.

- И все?! Пользоваться этим? - Она не в силах была скрыть свое возмущение. - Да что он за специалист такой?! Зачем только доктор Бун послал его? Не понимаю.

Фред грустно склонил голову на грудь.

Лицо его выражало такую растерянность, такой испуг, что Ева протянула руку и ласково погладила мужа по щеке.

- Очень болит?

- Болит внутри. В моем... - слово повисло на кончике языка. - Если рассматривать мозг как ткань, то можно сказать, что он обладает умеренной сжимаемостью и находится в постоянном окружении двух действующих начал, а именно: крови, которая в нем содержится, и окружающей его и наполняющей находящиеся внутри мозга желудочки спинномозговой жидкости...

Усилием воли Фред заставил себя замолчать.

- Да поможет нам Господь! - взмолилась Ева.

- В своем труде "Аргументы против веры во Всевышнего" Секст Эмпирик утверждает следующее: "Люди, положительно полагающие, что Бог существует, заявляющие это, не могут не прийти к такому состоянию, в котором их самих можно будет обвинить в отсутствии набожности и благочестия, ибо..."

- Прекрати, Фред!

Фред видел жену как в тумане.

- Да ты же не понимаешь, что говоришь. Верно ведь?

- Верно, Ева. Ни черта не понимаю. Но Ева... что происходит?!

Обхватив голову мужа руками, она нежно гладила его по волосам.

- Ничего, родной. Успокойся. Все пройдет.

Фред, однако, встревожился еще больше. За всесторонними, всеобъемлющими энциклопедическими познаниями он оставался все тем же простым, бесхитростным Фредом, каким был раньше. И ему было страшно.

Почему это происходит?

Получалось, что в результате чьей-то отвратительной шутки он превратился в губку и, как губка воду, поглощал, впитывал и всасывал бесконечные знания. Но придет момент, губка растянется и лопнет. Что тогда?

Профессор Фетлок сам подошел к нему в понедельник утром в одном из университетских коридоров.

- Здравствуйте, Элдерман. Я разговаривал с коллегами, они ждут не дождутся. Может быть, сегодня после обеда, если не возражаете? Я могу похлопотать, и вас освободят на это время от любой вашей работы. Ну так как?

Радостный энтузиазм профессора не произвел на Фреда ровно никакого впечатления.

- Спасибо, но хлопотать не стоит. Я приду.

- Превосходно! В половине пятого вас устроит? В моем кабинете?

- Хорошо, мистер Фетлок.

- Могу я предложить одну идейку? Не возражаете? Я бы попросил вас до этого часа обойти университет, сколько сможете.

Расставшись с возбужденным профессором, Фред Элдерман спустился к себе в каморку и убрал инструменты.

В двадцать пять минут пятого он подошел к массивной двери с табличкой "Факультет Психологии", положил руку на большую круглую ручку и, толкнув дверь от себя, подождал. Собравшиеся в помещении преподаватели и сотрудники что-то обсуждали, наконец кто-то заметил, что Фред пришел, шепнул профессору, и Фетлок, отделившись от остальных, направился ему навстречу.

- О, Элдерман! Входите же, что вы там стоите?

- Простите, профессор, я хотел спросить... Доктор Бун вам что-нибудь еще говорил? Я имею в виду, о том...

- Нет-нет, ничего не говорил. Но мы дойдем до этого, проходите же, не стесняйтесь. Дамы и господа, минуту внимания! Разрешите представить вам...

Услышав громко произнесенные свои имя и фамилию и став центром внимания, Фред изо всех сил старался держаться как можно непринужденнее, но сердце его стучало словно колокол, а руки предательски дрожали.