Дитя пламени - Кейт Эллиот

Еще ничего не взошло на недавно возведенных земляных укрепительных валах, кроме молодых побегов осота, чьи листики были еще настолько мягкие, что их можно было есть. Далеко внизу колыхались поля несобранных золотых колосьев и высокая трава, подобно тому как на ровной глади реки появляется мелкая рябь от неспокойного ветерка; солнце, отбрасывая последние лучи, уходило на запад, погружаясь в земли мертвых.

Поверхность земли под ее ногами была гладкая и ровная оттого, что множество бревен было использовано, чтобы вкатить камни для священного круга, расположенного на вершине холма. Адика прошла по узкой дорожке меж двух огромных земляных валов и вышла на ровную поверхность, венчающую вершину кургана. Здесь располагался круг из семи камней, возведенный за долгую жизнь учителями Адики. На восток от каменного круга виднелись три древних фундамента, оставшиеся от старых домов когда-то бывшего здесь поселения. Учитель рассказывал ей, что на месте этих каменных оснований много лет назад возвышались величественные залы трех давно почивших королев: Ясной Стрелы, Золотой Жницы и Беззубой, чья магия разбудила великое чрево этого кургана, а их кости и драгоценности до сих пор покоятся в самом сердце земляного холма.

На полпути между земляными воротами и каменным курганом, там, куда уходящее солнце отбрасывало свои последние теплые лучи, Адика соорудила небольшой шалаш из палок и натянутых на них шкур животных. В таких примитивных укрытиях много лет назад жило все человечество, до того как великие королевы и их почитаемые женщины узнали секреты семян, глины и бронзы от южных народов, до того как пришли Проклятые, желая обратить их в своих рабов или принести в жертву.

Адика прочитала свои молитвы, настолько близкие и понятные ей, что она могла, не задумываясь, правильно произнести все слова, и брызнула остатками эля в четыре стороны: на север, восток, юг и запад. Прислонив свой посох к притолоке — тонкой березовой палке, Адика трижды прижала запястья своих рук друг к другу. Медные браслеты — ее отличительный знак Почитаемой, нежно зазвенели, это был заключительный момент молитвы, призывающей ночь. Солнце растворилось за линией горизонта. Адика забралась в свой шалаш. Там она развязала юбку из крученых кожаных шнурков, сняла корсаж и положила их в крепкий кедровый сундук, где хранила все свои вещи. Наконец, она завернулась в теплые меха, которые на эту ночь были ее единственной компанией.

Когда-то Адика жила так же, как и остальные люди ее народа, в небольшом доме в деревне. Конечно, ее дом был защищен различными заклинаниями, поэтому никто, кроме ее супруга и кровных родственников, не мог войти внутрь, опасаясь силы, притаившейся под крышей и в темных углах. Но Адика, по крайней мере, каждый вечер слышала, как в хлеву мычали коровы и быки, а с поля доносились восторженные крики резвящихся детишек. Любая деревня, где жила Почитаемая, процветала и всегда была с хорошим урожаем.

Но с тех пор как Священная объявила, какая ей уготована судьба, Адика больше не могла спать по ночам в деревне, опасаясь, что ее сновидения могут привлечь беспокойных или злых духов в деревенские дома. Все знают, что от призраков может исходить запах смерти. Они могут пахнуть дыханием смерти на нее. Духи собираются рядом с тем человеком, чья судьба самая тяжелая.

Покрывало смерти коснулось ее, поэтому деревенские жители начали бояться, что любой человек, до которого она дотронется, может умереть, отравленный поцелуем смерти.

Адика произнесла ночную молитву Белому Охотнику и устроилась поуютнее, завернувшись в теплый мех; вскоре сон пришел к ней, но он не принес даже временного облегчения. Она все время беспокойно крутилась и металась из стороны в сторону. И снилось ей, что она, маленькая и беспомощная, стоит одна на пронизывающем ветру, а неумолимая смерть подходит к ней все ближе и ближе.

Неужели великое плетение действительно принесет ожидаемый успех? Или все их попытки окажутся безрезультатными, несмотря на приложенные усилия?

Адика проснулась, запутавшись в своих мехах, с мыслями о Беоре, которого она однажды назвала своим мужем. В течение семи ночей ей снился один и тот же сон. И все-таки не смерти так сильно боялась она во сне, что просыпалась мокрая от пота.

Адика оперлась головой о сжатые в кулаки руки.

— Молю тебя, Толстушка, ты всегда была милосердна к своим детям, пусть у меня появится спутник и друг. Я не испугаюсь смерти, если пойду не одна по этому долгому пути во тьме.

Поднялся ветер. Амулеты, прикрепленные к палкам, поддерживающим ее шалаш, нежно зазвенели. В отдалении Адика услышала, как защелкали и звякнули несколько раз бронзовые листья священного котла, когда ветерок пролетел мимо, едва коснувшись их, как вдруг все стало спокойно. Такая абсолютная тишина окутала ее, что Адике показалось — еще мгновение, и она сможет услышать дыхание звезд.

Адика выбралась из своего убежища. Прохладный ночной воздух освежил ее кожу. На небе поднялась восковая луна. Высоко над головой ярко сияли звезды. Глаз Змеи и Глаз Дракона, предвестники силы и власти, сверкали высоко в небе. Точило тоже виднелось на небосклоне.

Неужели это был знак? Мерцающее в вышине созвездие Точило могло привести ее к Потерпевшему Неудачу, а вечером, когда на небе появятся Точило и Щедрая, блуждающая дочь Толстушки, Адика вновь сможет с их помощью вернуться домой. Толстушка часто говорила загадками или указывала не то направление, за которым было скрыто правильное; быть может, сейчас был как раз тот самый случай. Об этом человеке она часто думала, полагая, что он может быть достаточно сильным, чтобы идти вместе с ней по тернистому, сложному пути, уготованному ей судьбой.

Адика забралась в свое убежище и начала перебирать содержимое кедрового сундука, в поисках подарка для Потерпевшего Неудачу. Она остановилась на брусочке меди и паре рогов лося. Наконец она наткнулась на янтарное ожерелье, которое когда-то подарила Беору в знак согласия на его предложение, но, конечно, старейшины настояли на том, чтобы он вернул ей украшение. Потом Адика оделась, дважды обернув юбку вокруг талии и затянув корсаж, после чего прикрепила к поясу юбки свое зеркало. Уложив подарки в небольшую корзинку вместе с нитью костяных бус — дружественным приношением главе деревни Потерпевшего Неудачу, Адика покинула шалаш. Закрепив веревку, она перекинула корзинку через плечо и взяла свой посох.

Тропинка вилась среди травы, подходя к самому каменному кругу, который возвышался на вершине холма в безмолвной тишине, ожидая, пока она придет и разбудит его.

Адика остановилась недалеко от камней, поставив ноги на небольшой каменный уступ, припорошенный белой меловой пылью, поблескивающей в свете далеких звезд.