Спасительная любовь - Карла Кэссиди

Ровно в шесть тридцать Джоржина вышла из дома. Дорога занимала не более пятнадцати минут, она предпочитала приехать немного раньше, чем опаздывать.

Она старательно избегала думать об Алексе. Не имела понятия, как изменили его прошедшие два года, не хотела вспоминать, каким он был, когда она от него ушла.

Она должна держаться с ним строго в рамках партнерских отношений, не позволяя ничего личного, не давая себе шанса вторично совершить ошибку.

Офис ФБР в Батон-Руж размещался в невзрачном двухэтажном здании. Джоржина, взяв папку с отчетами и фотографиями, которые накануне изучала до поздней ночи, вышла из машины.

В грудь ударил душный воздух жаркого утра. Или это обычное волнение из-за трудного дела и неуверенность, вызванная необходимостью работать в тесном контакте с бывшим мужем?

Первый этаж здания занимали компьютерные комнаты и бухгалтерия, в подвале располагались склад и кафе. Агенты размещались на втором этаже.

Джоржина прошла мимо своего аккуратного рабочего стола и направилась в зал заседаний, служивший теперь оперативным штабом их группы. За дверью ее встретил запах свежего кофе. Алекс и Николас Каттер уже сидели на своих местах.

На столике у стены стоял большой кофейник, рядом несколько пачек с пончиками. Стандартный набор для правоохранительных структур всех уровней. Но она знала, что резкий всплеск уровня сахара и порция кофеина частенько придавали сил работать часами напролет.

Войдя в комнату, она улыбнулась мужчинам. Николас выглядел полным энергии и рвущимся в бой, на лице Александра она заметила следы усталости. Должно быть, как и она, большую часть ночи просматривал отчеты.

Один за другим стали подходить другие члены опергруппы, и вскоре все собрались. Алекс окинул их взглядом, полным усталого смирения.

– Кто из вас видел в новостях сообщение о том, что для расследования дела об исчезновении агентов ФБР сформирована опергруппа?

– Я видел, и мне хотелось бы знать, откуда утечка, – раздраженно выпалил Фрэнк. – До сих пор, насколько мне известно, эти исчезновения не были достоянием гласности.

– Хорошо, что там не указан поименный список, – вставил Джефф.

– Ну, ты же понимаешь, к концу дня наши имена будут известны любому мало-мальски стоящему репортеру, – отозвался Николас.

– Если узнаю, что кто-то из вас сливает информацию в прессу, выгоню с работы. – В голосе Алекса звучала если не угроза, то уверенное обещание. – А теперь к делу.

Первыми отчитались Тим и Джефф, которые весь вчерашний день просидели, определяя по карте местоположение пустующих строений, где можно удерживать пленников.

– Таких мест десятки, – начал Тим. – По окрестностям да и в самом городе много заброшенных складов и старых фабрик.

– Мы составляем список адресов и работаем с регистрационными данными, чтобы определить имена владельцев, – продолжил Джефф. – Но на это уйдет неделя или две, и все равно какие-то места могут ускользнуть от нашего внимания.

– Я поговорю с директором Миллером, возможно, местные власти помогут нам организовать проверку помещений из вашего списка, – предложил Александр.

Время от времени, когда работы оказывалось слишком много, они привлекали к сотрудничеству департамент полиции Батон-Руж. Полицейские могли лично обойти и осмотреть все здания, сняв с агентов значительную часть нагрузки по сбору информации, оставив им аналитическую часть расследования.

Александр выглядел усталым: складки пересекали лоб, легкие морщинки пролегли возле глаз, однако Джоржина не могла не заметить, что он мало изменился за минувшие с их развода два года.

Он рожден лидером, и, если бы не дело Гилмер, он вел бы все самые сложные дела. Джоржина знала, ему предлагали возглавить другие расследования, но он отказывался, очевидно утратив веру в себя, поэтому ее порадовало, что он наконец решился снова взять на себя ответственность.

Несомненно, позволь она себе, снова увлеклась бы им. Все качества, которые нравились ей больше всего, никуда не делись. Но это исключено, кроме того, Алекс никак не показывал, что хотел бы этого. Да и непонятно, изменился ли он внутренне. Одно совершенно точно: она не изменилась никак, не подходила ему тогда, не подошла бы и теперь.

Стиснув пальцами ручку, Джоржина сказала себе, что для нее жизненно важно сохранять в отношении него полную беспристрастность. Он всего лишь ее коллега и в данный момент босс, так должно оставаться всегда.

Джефф и Тим закончили отчет, и Алекс обратился к Николасу и Фрэнку.

– У нас ничего, – отрапортовал Фрэнк, его карие глаза потемнели от огорчения. – Мы облазили все социальные сети, прошерстили всю информацию в Гугле, связанную с именами похищенных, и не нашли между ними никакой связи, кроме того, что все они агенты ФБР.

– На самом деле я кое-что нарыл, – возразил Николас с нотками самодовольства в голосе. Напарник уставился на него в явном недоумении. – Одна писательница недавно опубликовала книгу, где я нашел главы, посвященные Сэму Коннели, Эмберли Колдуэл и Джексону.

Джоржина почувствовала всплеск недовольства и раздражения. Николас огорошил своего напарника, скрыв от него информацию, явно рассчитывая на единоличную славу, не причисляя себя к командным игрокам.

– Продолжай. – Голос Алесандра прозвучал как выстрел.

– Имя автора – Мишель Дейвисон, книга называется «Гениальные преступления. Люди чести». Николас приосанился, очевидно довольный тем, что оказался в центре внимания. – Там есть глава о том, как Сэм Коннели расследовал дело о похищении четверых детей, ему с успехом удалось их освободить. Она упомянула об убийствах в Мистик-Лейк. И еще есть глава о деле «сумеречного убийцы», над которым работал Джексон.

Несмотря на отвращение к бахвальству Николаса, информация поразила Джоржину. Похоже, он натолкнулся на связь между всеми тремя пропавшими сотрудниками.

– У нас есть адрес Мишель Дейвисон? – спросил Александр.

– Она живет в Новом Орлеане. Но вчера вечером я поговорил с ее литературным агентом и узнал, что сегодня в семь у нее назначена встреча с читателями в книжном магазине колледжа Батон-Руж.

– Мы с Джоржиной съездим на встречу и поговорим с ней, – сказал Александр, не обращая внимания на то, что улыбка на лице Николаса сменилась гримасой обиды. Он, очевидно, рассчитывал сам пообщаться с писательницей.

– Не понимаю, какое отношение может иметь Мишель Дейвисон к похищению семерых человек. Невозможно поверить, что наш преступник женщина.

– Надо рассматривать все варианты, – возразил Николас. – На данном этапе мы не знаем, кто преступник: мужчина, женщина или несколько человек. У нас просто недостаточно информации, чтобы что-то утверждать.

– Это верно, – отозвался Алекс. – Мэтт и Терри, у вас есть что-нибудь новое?

– Пока нет, но мы продолжаем копать.

Пока Алекс раздавал задания на сегодняшний день, Джоржина уже нетерпеливо думала о вечере. У них появилась первая реальная ниточка, и ей не терпелось потянуть за нее.

– Николас, подготовь мне к двенадцати всю информацию о Мишель Дейвисон. Фрэнк, продолжай искать связи между пропавшими людьми. Джоржина, мы с тобой берем папки с делами, о которых написано в ее книге, попытаемся понять, почему она выбрала именно эти дела и именно этих агентов.

Джоржина кивнула. Взгляд ее скользнул по доске с фотографиями пропавших. Глаз невольно остановился на маленькой девочке.

Среди всех прочих похищение Мейси Коннели выглядело самым непонятным. Зачем похитителю семилетний ребенок? В особенности если он, согласно собственному заявлению, обученный ФБР серийный убийца.

Джоржина любила детей, но, даже будучи замужем, не могла себе представить, что заведет собственных. Хорошо знала, что ее возможностей недостаточно, чтобы быть хорошей матерью.

И все же мысль о Мейси Коннели не давала покоя, будто где-то в глубине души затаилось чувство, что и у них с Алексом могла бы быть дочь, если бы Джоржина оказалась другой, нормальной, полноценной женщиной.

Оставалось лишь молиться, чтобы им удалось раскрыть это дело, прежде чем произойдет несчастье с кем-нибудь из пропавших взрослых или с этим светловолосым голубоглазым ангелом. Ей казалось, девочка ждет помощи именно от нее.

Вечером Александр подъехал к дому Джоржины и, увидев ее на крыльце, тут же пожалел, что попросил ее одеться как подобает женщине, идущей на светское мероприятие.

Когда она подошла к машине в коротком зеленом платье, он сразу же узнал его, в нем она была на их втором свидании, правда, теперь тонкую талию подчеркивал золотистый пояс.

Неужели она не покупала себе ничего нового? Неужели даже не помнила, что это платье одно из его самых любимых? Может, и так. Джоржина не отличалась сентиментальностью, достаточно прагматичная женщина, чтобы интересоваться только настоящим. За недолгое время их совместной жизни Алекс понял, что она не склонна жить прошлым и редко думает о будущем, и временами это сводило его с ума.