Изнанка мира - Владимир Цветков

— Понимаю, Лле.

— Я ничего не хочу…

Бру не стал больше расспрашивать ее. Он понял, что Эллея Тис сказала ему все.

— Ты очень устала. Тебе надо домой. Хочешь, я провожу тебя?

— Хочу, — выдохнула она.

Проходя мимо секретаря Булиде, Сутто Бруинг строго посмотрел на него, не проронив ни слова.

— Око-лонг просил вас связаться с ним в конце рабочего дня, — осмелился Булиде.

— Я скоро буду, — бросил Сутто, даже не оглянувшись, и взял Эллею под руку.

Секретарь проводил их нервным взглядом. Он был еще молод. Ему многое прощалось.

По дороге Бруинг передумал, и они с Эллеей поехали к нему домой. Выйдя из негоката, Сутто подошел к воротам и отворил тяжелые створки. Эллея прошла вперед. И вдруг она вскрикнула. Бруинг бегом бросился к ней.

Несмотря на раннюю осень, в саду терпко пахло дармином. Это были любимые цветы Эллеи. Недавно прошел дождь, и на листьях сверкали серебряные капли.

Лле стояла посреди дорожки, посыпанной бутеральной крошкой. У ее ног лежал человек. Сутто подошел ближе, перевернул человека на спину. Это был Летящий. Тайф Ломи.

— Бру, он мертв! — воскликнула Лле.

Глава четвертая

— Дедушка, почему мы остановились?

— Что-то случилось, внучек.

— С тобой?

— Нет, не со мной.

— А с кем?

— Не шуми. Тут кто-то есть.

— А кто? Одинокий Охотник?

— Нет, внучек.

— Ласточкин Глаз?

— Хорошо бы…

— Неужели Фильтрующий Истребитель?

— Ишь чего захотел! Тогда бы нам отсюда самим вовек не выбраться!

— Дедушка, мы что, заблудились?

— Да как тебе сказать, внучек. Это ежели с какой стороны посмотреть…

— А мы не погибнем?

— Люди никогда не погибают, малыш. Разве ты забыл?

— Забыл? Нет.

— И чему тебя только в школе учили!

— Чему надо, тому и учили. Это ведь такая ерунда!

— Конечно, ерунда. Но знать надо.

— Дед, а дед!

— Чего еще?

— А ты сговорчивый. Не то что дедушка Брюс.

— Мы разные, внуча. Но желаем тебе только добра.

— Это я знаю. А что такое добро?

— Вот будут у тебя внуки, тогда сам поймешь.

— А что, у меня тоже будут внуки?

— Ты как думал?

— Никак.

— Никак? А кем ты будешь, когда вырастешь?

— Никем.

— Это не дело. У каждого должно быть свое место в жизни.

— Я давно решил: буду как ты, Целителем.

— Целителем? Надо, чтобы люди в тебя поверили. И не только земляне.

— Дед, а ты что, для всех Целитель?

— Для всех.

— Для всех-всех-всех?..

— Иначе нельзя. Тише ты!..

— Я тебе мешаю?

— Не очень.

— Так кто же там?

— Где, внучек?

— В канале.

— Там был чей-то пространствер. Поэтому надо подождать. Сейчас космовать нельзя.

— А ты его знаешь?

— Кого?

— Этого дядю.

— Какого дядю?

— Который сидел в пространствере.

— Так ты видел?

— Конечно. Ты же материализовал его.

— А потом?

— А потом он исчез.

— Так ты и это видел?

— Я же глазастый, дедуля! Ты научил.

— Ну-ну. Может, ты видел, куда он делся?

— Нет. Ты что, потерял его?

— Не совсем. Во всяком случае, не навсегда. Люди не теряются навсегда. Это противоречит здравому смыслу.

— А что такое здравый смысл?

— Это когда люди четко определяют ситуацию и четко на нее реагируют, без эмоций.

— Я так и думал, дедуля.

— Реши-ка ты мне задачку. — А ты сам?

— Уже решил.

— Так зачем ребенка мучить?

— Ты же хочешь стать Целителем?

— Хочу.

— Тогда слушай условие. Значит, так. В результате возмущения Р-пространства в Н-поле распространилась волна мощностью 1011 мегарюкил. Отраженная от глубинных космических течений, она была зафиксирована через девяносто шесть секунд после возмущения. Спрашивается: 1) какова фаза колебания Р-пространства? 2) чему равна напряженность Н-поля в точке материализации объекта? 3) куда направлен вектор удаленности? 4) какова величина максимального резонансного выброса объекта?

— Дед, напомни мне постоянную Свала.

— «И юноше прочли законный приговор»…

— Дедуля, здесь поэзия ни при чем. Я уже сам все вспомнил.

— Вот! Никогда не спеши. Сначала подумай сам, а потом спрашивай у других.

— Ладно. Так и буду поступать…

— Ты тоже сговорчивый!

— В тебя!

— Ну, решил?

— Ты как думал! В школе чему-то учат все-таки!

— Учат пока, внучек, учат.

— Значит, так. Фаза колебания равна три вторых пи, напряженность Н-поля в точке материализации всегда нулевая. Хитришь, дедуля? Вектор удаленности направлен в будущее с опережением настоящего на девяносто шесть секунд и станет равным нулю, давая максимальный резонансный выброс объекта на расстоянии порядка 15 парсек от точки материализации…

— В какую сторону?

— В сторону той звезды. Если считать отсюда.

— Молодчина, Чадко!

— Дед, а дед!

— Что?

— Реши-ка и ты задачку. Теперь ты ведь свободен?

— Свободен. И канал тоже свободен. Никто не проиграл, мы не столкнулись с пространствером, и твой дядя жив. Все-таки глаз у меня еще верный! Не подвел!

— Тогда угадай, что я спрятал в сумку?

— Оставь эти образы в покое! Сколько раз тебе повторять!

— Ну-у-у… Дедуля… Лучше я буду хорошо кушать, но мне понравились эти места. Я хочу взять копии-модели с собой.

— Давай-ка лучше посмотрим, что там делается у Ввезо. Приготовься. Космуем!

— Зачем?

— Разговаривать недосуг. Держись крепче за руку!

— Держусь.

— Готов?

— Готов.

— Исчезаем.

— В Р-пространство, дедушка?

— Уже перешли…

— А почему я ничего не чувствую?

— Вот каждый раз ты задаешь мне этот вопрос! Сколько можно!

— Я хочу научиться… Как ты, дедуля…

— Думаешь, это просто?

— Ну и что, если не просто? Ой, дедуля, смотри, какая смешная планета!

— Отчего смешная, внучек?

— Она похожа на поклон.

— На что-что?

— На поклон. Ну, смотри: как будто человек склонился… Видишь?

— Теперь вижу.

— А говорил, глазастый…

— Ладно-ладно, не балуй! Сейчас мы окажемся на этой самой планете.

— В каком месте? Опять на полюсе?

— Ищи пространствер. Там и посмотрим.

— Так он с другой стороны… Где солнце…

— Отлично. Материализуемся. Ты готов?

— Готов.

— Приступаем.

— Дедушка, уже все? Можно отпустить руку?

— Можно, можно. Не ушибся?

— Нет. А ты?

— И я.

— Дед, а кто это лежит на тропе?

— Изыскатель.

— С ним что-нибудь случилось?

— Скорее всего, нет.

— Это человек?

— Человек.

— Но ведь ты сказал, что это изыскатель!

— Изыскатель — это профессия.

— Почему я о такой не слышал?

— У нас теперь нет изыскателей. Раньше были.

— А откуда он взялся?

— С Кастеройи.

— Это что, галактика?

— Да нет, просто планета. Такая же, как Земля.

— Совсем такая же?

— Ну уж…

— А люди там какие?

— Разные.

— На нас похожи?

— Ты же видишь изыскателя!

— Значит, похожи.

— Внешне, внучек, только внешне.

— Дед, а дед?

— Что?

— Почему они так похожи на нас?

— Это очень старая история, Чадко. Никто толком не знает.

— Расскажи, дед.

— Рассказывать, в общем-то, и нечего. Еще моя бабушка поведала мне как-то одну легенду. Когда-то, давным-давно в нашей Вселенной появились люди. Они поселились на одной из планет, которая и стала их колыбелью. Как называлась планета, теперь никто не помнит. История этого не сохранила. Со временем люди расселились у разных звезд. И все они постоянно общались между собой. Это была большая и, видимо, дружная семья. Но однажды случилась беда. Никто не знает какая: то ли задул Космический Ветер Губительных Перемен, то ли ожил Странствующий Вулкан, то ли случилась Великая Оттепель… Чего только не бывает во вселенных! Поселения людей превратились в одинокие, оторванные друг от друга острова в космическом океане. Хуже было другое. Люди утратили многие свои знания, способности, возможности. Они почти все забыли. Прошло очень много времени. У каждого был свой путь. У каждого мира, у каждого народа… Одни погибали, другие возрождались, третьи вырождались… Немногим удалось пройти Дорогой Справедливости. Вот и все. Мы — из тех, кто прошел… А кастеройяне еще не нашли своего пути. Не знаю, кто раньше ведет счет своей истории: мы или люди планеты Кастеройя. Я рассказал тебе то, что знаю.