Искушая судьбу - Сара Адам

– Что? Нет! – обескураженная таким поворотом событий, в первые секунды не нахожу, что ответить. – Откуда взялись эти глупости?

– Не знаю, показалось, – будто удивлённый собственным словам, пожимает плечами. – Я просто боюсь потерять тебя, Адалин.

От искреннего признания в груди что-то болезненно ёкает. Я важна для Алекса, и я ему нужна. По-настоящему нужна…

– Не потеряешь, – голос предательски срывается. В последнее время я стала слишком уязвимой. Малейшее прикосновение к хрупкому внутреннему миру вызывает всплеск эмоций, и мне это не нравится. Не хочу быть ранимой. Ничем хорошим пять лет назад это не закончилось. – Совсем скоро я вернусь, и мы никогда-никогда не расстанемся.

– Да, потому что я тебя больше никуда не отпущу. А если попробуешь – свяжу и посажу рядом со мной в ординаторской.

– Доктор Харрис, вас срочно вызывают в операционную! – звучит неожиданно, и Алекс резко поворачивает голову, нахмурив брови.

– Что случилось? – его голос становится чётким, собранным и жутко профессиональным.

– Политравма. Привезли мужчину после аварии, – торопливо отвечает медсестра. – Состояние нестабильное, нужна немедленная операция.

– Надо идти, – Алекс быстро поднимается на ноги, обращаясь уже ко мне. Из-за плохого интернет-соединения качество видео заметно ухудшается. – Созвонимся позже?

– Конечно, – ободряюще киваю, понимая, что мысленно доктор уже анализирует полученную информацию и готовится к битве за пациента. – Удачи!

В завершение короткого, но весьма тяжёлого разговора на душе остаётся небольшой осадок. Чувствую себя редкостной сукой, что отшила Алекса, не позволив приехать.

Получается, я так и не смогла до конца впустить его в свою душу, раз не доверилась и не рассказала истинные причины секретной «командировки»? Но ведь в самом начале отношений я предупреждала его, что просто не будет. Сейчас это нашло своё подтверждение.

Алекс раз за разом доказывает, что он достойный мужчина. Помимо того, что он лучший хирург в округе, он ещё и человек замечательный – чуткий и безумно отзывчивый, переживающий за каждого пациента, словно за близкого родственника.

Как показала практика, я так не умею. Стараюсь, но не могу отбросить злость на криминальный мир, в котором была рождена и оказалась снова втянута из-за Джона.

И в то же время я не могу ненавидеть человека, чьё состояние зависит от меня. Его пытались убить, чёрт возьми! Кто-то хотел смерти Джона Грея! Желали стереть его с лица земли и заставить людей забыть это имя.

Никто не заслуживает, чтобы на него покушались, вонзали кучу пуль в спину, а затем сбегали. Отнимали месяцы жизни и ломали судьбу! Кем они себя возомнили? Вершителями судеб? С какой стати один человек решает, будет ли жить другой?

В комнату я возвращаюсь с лютой злостью на обидчиков Грея. Поставив ему капельницу, дотошно проверяю, как идёт жидкость.

Кап… кап… кап…

Маленькие стекающие капли успокаивают расшатанные нервы. Есть ощущение, что мне нужны успокоительные, ей-Богу. Завожусь с пол-оборота. Почему-то именно сегодня вечером я ощущаю особенное напряжение. Как будто что-то должно произойти.

Смотря на расслабленное лицо Джона, не верится, что этот человек – преступник. Вообще, помимо своей криминальной деятельности, для отвода глаз он имел довольно-таки крупный бизнес в виде баров и ресторанов. А ещё говорят, Джон много помогал нуждающимся людям. Поэтому его «смерть» вызвала огромный общественный резонанс. Об этом кричали из каждого утюга, во всех новостях, в видеороликах в социальных сетях рассказывалось о зверском убийстве Джона Грея.

Признаться честно, и я, увидев в одном из пабликов его фотографию и статью с кричащим заголовком: «Молодой бизнесмен расстрелян в центре Чикаго», зависла на пару секунд перед экраном, затаив дыхание.

В прошлом году, устав от чуткого контроля, я захотела немного передохнуть, разработала, как мне казалось, идеальный план для побега. Я всего лишь хотела слетать в отпуск к родственникам в Россию, но любимый старший братец и его дружок Джон помешали планам. Именно Джон насильно вернул меня в Штаты из Канады, где я старалась затеряться на время и замести следы.

С тех пор моё мнение о Грее и всех дружках Артёма слегка предвзято.

Нужно ли объяснять, что я испытала несколько месяцев назад, когда меня похитили посреди бела дня, привезли в Нью-Йорк и показали Джона живым? Ну, живым – громко сказано, находящимся в коме.

Опешила ли я? Ещё как! Такой трюк даже для психопата Артёма – перебор, честное слово.

И вот мы здесь. Так сказать, мотаем свой срок на Аляске.

За окном постепенно темнеет. Вечернее время суток берёт бразды правления в свои руки. Отплясывающие язычки пламени из разожжённого камина отражаются на противоположной стене, создавая загадочную и уютную атмосферу.

Постепенно я уже начинаю переживать, что Ной мог застрять на трассе из-за плохих погодных условий, но звук подъезжающей к дому машины заставляет встрепенуться и спешно выйти навстречу.

– Ты поела? – спрашивает с порога вернувшийся помощник. Ной держит в руках несколько бумажных пакетов с продуктами, лучезарно улыбаясь. – Я привёз свежеиспечённый багет. Проезжал мимо пекарни и не смог устоять.

– Пахнет волшебно, – до рецепторов тут же доносится тёплый аромат свежего хлеба, словно его секунду назад достали из печи. – Поужинаем вместе? – забирая покупки, в очередной раз подмечаю, какой Ной хороший и заботливый парень.

Первое время мне было трудно находиться с мужчиной в одном доме, но со временем пришлось привыкнуть. Каким бы придурком ни был Артём, он не отправил бы со мной ненадёжного человека.

– По правде говоря, я на это и рассчитывал, – лукаво заявляет, просияв белоснежной улыбкой. – Только остальное с багажника занесу.

Для начала мы разбираем занесённые Ноем кульки и раскладываем по местам. Я щепетильно сверяю, всё ли куплено по списку, чтобы потом не столкнуться с неприятным сюрпризом в виде нехватки определённых медикаментов. А вот уже после мы готовим быстрый ужин из коробки «Мак-н-чиз», или, на русском, – макароны с сыром.

– Наш пациент когда-нибудь очнётся? – Ной не из тех, кто ходит вокруг да около. Этот парень любит вываливать всю правду и задавать вопросы в лоб, без боязни обидеть собеседника.

– Он обязан это сделать, – не отрывая взгляда от хлеба в руках, отщипываю от мякиша небольшой кусочек и макаю в оставшийся сырный соус на тарелке.

– Ты же понимаешь, что, по-хорошему, он уже давно должен был это сделать? – произносит спокойно, отпивая сок из кружки.

– Значит, ещё не время, – с грохотом отодвинув стул, встаю с места. Вытерев ладошки о кухонную салфетку, отношу свою посуду в раковину. – Отдохни немного. Сегодня ночью дежуришь ты, иначе, если я не высплюсь, то отправлюсь следом за нашим другом.

Мне не нравятся такие разговоры, как и мысль о