Я приду за тобой! 3 - Антонио Морале

встряла девушка в разговор мужчин, — но мне нужно готовиться к выходу. Пожалуйста, покиньте мою гримёрку!

В комнате повисла короткая, напряжённая пауза, а барон Вайдхоллоу слегка побледнел.

— Простите, герцог… — растерянно пробормотал он, виновато прижав руку к груди. — Как видите… у неё свой характер.

— Характер — это неплохо, — заметил Квинси, улыбаясь краешком губ. — Особенно, если его умеют укрощать. Поужинаешь со мной, дитя?

— У меня есть жених! — фыркнула девушка.

— Я же тебя не замуж зову… Просто поужинаем… пару раз… Может тебе понравится.

— Прошу оставить меня, сир! Мне нужно готовиться к выходу на сцену! — повторила юная графиня.

— С гонором! — хмыкнул барон, поняв, что незамедлительная расправа за грубость со стороны герцога не последует и он просто потешается над фамильярностью девушки.

— С гонором… — подтвердил Квинси, любуюсь правильными чертами лица графини и её сердито сощуренными глазками.

— Ладно… — произнёс барон, осторожно потянув герцога за локоток в сторону выхода. — Пойдёмте, сир. У нас ещё много тайн за этими кулисами…

Вайдхоллоу распахнул перед гостем дверь, пропуская его вперёд, быстро оглянулся, продемонстрировав графине сжатый кулак и, не прощаясь, нырнул в узкий проём следом за герцогом…

— Девочка совсем не похожа на отца! — задумчиво покачал головой герцог, продолжая путь по узким, деревянным, скрипучим коридорам закулисья в сопровождении барона.

— Ни характером, ни внешностью, — подтвердил Вайдхоллоу. — Граф мне всегда казался слабохарактерным и каким-то, только это между нами, сир — мямлей!

— Это ещё мягко сказано… — усмехнулся Квинси.

— Вы знакомы с графом? — удивился хозяин города.

— Видел мельком. Был на его свадьбе… лет восемнадцать назад.

— Понятно. Ну вот, а их дочь — вылитая мать! И характером, и внешностью… Их даже путают иногда…

— Я заметил сходство…

— Хотя… — барон задумчиво почесал переносицу. — Обычно, она ведёт себя достаточно скромно… Это что-то сегодня разошлась. Может, к погоде, или растерялась вашего присутствия…

— Как она вообще оказалась в театре? — как бы невзначай поинтересовался Квинси.

— Ну… Девочка так захотела, а родители во всём ей потакают. Граф лично просил у меня за неё… Представляете, сир?

— Представляю, — усмехнулся герцог.

— Молодежь… — вздохнул Вайдхоллоу. — У меня самого дома такая — восемнадцать лет, а ума… Как у белочки… Замуж не хочет — ей, видите ли, и дома хорошо! Сидит на шее отца! Пристроить бы её куда…

— Сочувствую… Кого она играет?

— Моя дочь? Она не играет в театре!

— Дочь Воронцова, — уточнил герцог.

— А! Несчастную принцессу, которая прошла через невзгоды, несчастья и в конце концов обрела своё счастье… Сюжетец так себе… — поморщился барон. — Но дамочкам нравится. Они рыдают, как монашки на исповеди после очередного прелюбодеяния… Так что, приготовьте платочки, герцог… Если утешите чью-то жёнушку или вдовушку, вполне возможно вечер закончится в постели счастливицы…

— Учту, барон. А что юная графиня?

— А что с ней?

— Что у неё там за невзгоды по сюжету пьесы?

— Да… Как бы это сказать… Есть там у неё одна пикантная сцена… Ну, когда её супротив воли берёт силой главарь банды. Обесчестивает! Забавная сценка… На грани дозволенного… но ведь искусство требует жертвы, ха! И зрителям нравится… Особенно мужчинам. Я думаю, они только ради неё и ходят… Какого демона⁈ Что там за шум? — выругался барон, нахмурил лоб и недовольно поморщился. — Простите, сир… Я сейчас разберусь…

Барон резко рванулся в сторону нарастающего шума, словно охотничий пёс, почуявший дичь, бесцеремонно расталкивая в стороны встреченных по пути актёров и работников сцены, ворвался на подмостки и через мгновение вклинился в толпу людей, будто нож в мягкое масло.

В тесном кругу сгрудившихся людей творилось чёрт-те что! Кто-то громко ругался, кто-то эмоционально жестикулировал, кто-то спорил, а кто-то просто мешался под ногами. В центре творящегося хаоса стоял режиссёр — высокий, исхудавший мужчина в нелепом берете и расстёгнутом клетчатом жилете, с глазами безумного пророка и голосом, сорванным от крика.

— Да чтоб вы все сгорели! — вопил он. — Полгорода уже расселось в зале, а он, идиот, напился в дерьмо и кувыркнулся с лестницы! Кто его теперь заменит⁈

На полу, скрючившись, лежал мужчина с вывернутой вбок ногой и на удивление безмятежным выражением лица.

— Дьявол! — выкрикнул барон, моментально вникнув в суть проблемы и прикинув последствия. — Что делать?

— Да ничего, — пожал плечами режиссёр. — Просто исключим сцену с принцессой и главарём бандитов… Чуть растянем время в предыдущей сценке, отвлечём зрителей, и вернёмся в постановочный ритм…

— Как это — исключим⁈ В смысле⁈ — несколько раз хлопнул глазками хозяин города.

— Вот так! — пожал плечами режиссёр. — Обойдёмся без неё…

— Так не пойдёт! — упрямо помотал барон головой. — Пусть кто-то другой сыграет!

— Да кто⁈ — не сдержался и повысил на аристократа голос режиссёр. — У меня и так все по три-четыре роли тянут! Исключим! — категорично отрезал он.

— Это кто? — лениво поинтересовался Квинси, подошедший к барону со спины, и кивнул в сторону пострадавшего.

— Тот, кто должен был, хм… — барон понизил голос, — принцессу в пьесе «обесчестить». Главарь разбойников. Без него сцена не сыграна. А это ключевой момент! Вся женская часть публики на неё приходит! Ну и мужская тоже… Дьявол! А заменить его некем…

— Я могу попробовать, — хмыкнул герцог. — Думаю, это не так уж и сложно…

— Простите, что? — удивлённо вытаращился на своего гостя Вайдхоллоу.

— Я говорю — могу выйти за него, — повторил Квинси, снова кивнув в сторону мужчины на полу. — Если роль несложная, и зубрить ничего не надо…

— Да я вас умоляю! — воскликнул барон, оживляясь. — Там даже слов нет, только сымитировать насилие и дать девчонке по морде.

— По морде — это раз плюнуть, — усмехнулся Квинси. — Я готов.

— Ну… если вы настаиваете… — задумчиво почесал переносицу барон, оглядев притихшую толпу, прислушивающуюся к разговору двух аристократов. — Вы уверены, сир?

— Барон, если в вашей пьесе может играть дочь графа Воронцова, почему бы не появиться и герцогу? К тому же, мне действительно интересно взглянуть на всё это изнутри.

— Хм… Ну… Тогда давайте. — кивнул всё ещё растерянный и сбитый с толку