Вознесение - Лорен Кейт

Люси почувствовала, что ее глаза снова защипало. Она обняла Кэлли в ответ и прошептала: - Спасибо.

Затем она спустилась с лестницы и упала в объятия Даниэля, независимо от того, что пришла вместе с ним.

- Вот вы где, голубки, занимаетесь тем, чем обычно занимаются голубки, - сказала Арриана, покачивая головой из-за длинного книжного шкафа. Она, скрестив ноги, сидела в деревянном библиотечном кресле, жонглируя какими-то затасканными мешками. На ней был комбинезон и военные сапоги, а ее темные волосы были заплетены в маленькие косички.

Люси не была довольна возвращением в библиотеку Меча и Креста. С тех пор, как пожар уничтожил ее, она была отремонтирована, но до сих пор пахла, будто там сгорело что-то большое и уродливое. Факультет объяснил пожар как необычное проишествие, но кое-кто был убит - Тод, тихий студент, которого Люси едва знала до той ночи, когда он умер - и Люси знала, что за этой историей скрывалось нечто более темное. Она винила сама себя. Это слишком сильно напомнило ей о Треворе - парне, в которого она когда-то была влюблена, и который умер в другом необъяснимом пожаре.

Теперь, как только она и Даниэль обошли угол книжного шкафа на пути к учебной зоне библиотеки, Люси увидела, что Арриана не была одна. Все они были там - Габби, Роланд, Кэм, Молли, Аннабель -

длинноногий ангел с ярко-розовыми волосами - даже Майлз и Шелби, которые взволнованно махнули ей, выглядели несомненно непохожими на других ангелов, но также непохожими и на смертных подростков.

Майлз и Шелби... держались за руки?

Но когда она взглянула снова, их руки исчезли под столом, за которым они все сидели. Майлз стянул свою бейсболку ниже.

Шелби кашлянула и спряталась за книгой.

- Твоя книга, - сказала Люси Даниэлю, как только определила толстый переплет с коричневым крошащимся клеем возле основания. Увядшее покрытие гласило "Наблюдатели: Мифы в Средневековой Европе от Даниэля Григори".

Ее рука автоматически достигла бледно-серой обложки. Она закрыла глаза, потому что это напомнило ей о Пенн, которая нашла эту книгу в последнюю ночь, будучи студенткой Меча и Креста, и то что на обложке была вставлена фотография, подтверждало то, что Даниэль рассказал о их истории, может быть возможным.

Это фотография была взята из другой жизни, в Хелстоне, в Англии. И даже при том, что это не могло быть возможным, в этом не было сомнения: молодая женщина на фотографии была ею.

- Где ты нашла это? - спросила Люси.

Ее голос, должно быть, выдавал что-то, потому что Шелби сказала: - Что такого важного может быть в этой старой пыльной вещи?

- Это важно. Наш единственный ключ сейчас, - сказала Габби. - София пыталась сжечь ее однажды.

- София? - сердце Люси встрепенулось. - Мисс София пыталась...

Пожар в библиотеке? Это она сделала? - Остальные кивнули. - Она убила Тода, - оцепенело сказала Люси.

Так что это не было ошибкой Люси. Другие жизни, чтобы лежать в ногах Софии. Но от этого Люси не становилось лучше.

- И она едва не померла от шока в ночь, когда ты показала это ей, - сказал Роланд. - Мы все были потрясены, особенно когда ты выжила и рассказала об этом.

- Мы говорили о том, как Даниэль поцеловал меня, - краснея вспомнила Люси. - И тот факт, что я пережила это. Это удивило мисс Софию?

- Частично, - сказал Роланд. - Но есть кое-что большее в книге, о чем София не хотела, чтобы ты знала.

- Не много у нее от педагога, не так ли? - сказал Кэм, ухмыльнувшись Люси, что долгое время считалось не приемлимым.

- Что она не хотела, чтобы я знала? - Все ангелы повернулись, чтобы взглянуть на Даниэля.

- Прошлой ночью мы говорили тебе, что никто из ангелов не помнит, где мы приземлились, когда пали, - сказал Даниэль.

- Да, об этом.. Как это возможно? - сказала Шелби. - Вам не кажется, что подобного рода вещи оставляют отпечаток на старой памяти.

Лицо Кэма покраснело. - Ты падаешь девять дней сквозь многочисленные измерения и триллионы миль, приземляясь на свое лицо, ломя крылья, неизвестно как долго катаясь как контуженный, десятилетиями путешествуя по пустыне, пытаясь найти хоть какие-нибудь подсказки о том, кто ты или что, или где ты находишься - и после этого рассказываешь мне о старой памяти.

- Хорошо, у тебя есть оправдание, - сказала Шелби, пытаясь усилить свой тихий голос. - Если бы я пыталась тебя диагностировать...

- Ну, по крайней мере, вы помните, что там была пустыня, - дипломатично заметил Майлз, вызывая у Шелби смех.

Даниэль повернулся к Люси. - Я написал эту книгу после того, как потерял тебя в Тибете

...но до того, как я встретил тебя в Пруссии. Я знаю, ты посетила ту жизнь в Тибете, потому что я преследовал тебя там, поэтому, возможно, ты могла видеть, как потеряв тебя способом, которым я потерял, мне пришлось обратиться к годам поисков и исследований, чтобы найти выход из этого проклятия. - Люси отвела взгляд. Ее смерть в Тибете заставила Даниэля спрыгнуть с утеса. Она боялась, что это повторится снова.

- Кэм прав, - сказал Даниэль. - Никто из нас не помнит, где мы приземлились.

Мы блуждали по пустыне, пока она не кончилась; мы блуждали по равнинам, холмам и морям, пока они не обернулись пустыней снова. Только когда мы стали медленно находить друг друга и соединять историю, мы вспомнили, что когда-то были ангелами.

- Но после нашего Падения были созданы реликвии, физические записи нашей истории, которые нашло человечество и сохранило как сокровища, подарки, как они думают, от Бога, которого не понимают. Очень долгое время три из реликвий были захоронены в храме в Иерусалиме, но во время Крестовых Походов они были разграблены и тайно похищены в разные места.

Ни один из нас не знает где.

- Когда сотни лет назад я проводил свои исследования, я сосредоточился на эпохе средневековья, возвращаясь к как можно большему количеству источников, в случае, если богословские сборщики будут охотиться за реликвиями, - продолжил Даниэль. - Суть всего этого в том, что если все три артифакта собрать вместе на горе Синай...

- Почему на горе Синай? - спросила Шелби.

- Каналы между Троном и Землей там являются самыми близкими, - объяснила Габби, встряхнув копной волос.