В горячих сердцах сохраняя (сборник. Рассказы и стихотворения) - Фидель Кастро

Ведь мы боремся против тирании, а не против армии. Поэтому мы предлагаем армии порвать с позорным и ненавистным режимом, когда—либо угнетавшим нашу родину. Дилемма, стоящая сейчас перед армией, ясна: либо сделать шаг вперед, отбросив полностью разложившийся режим Батисты, и соединиться с народом, либо обречь себя на самоубийство. Сегодня армия еще может спасти себя, а через несколько месяцев сделать это будет трудно или вообще невозможно.

Если война продлится еще полгода, армия разложится до конца. Ее могло бы спасти одно — поддержка со стороны населения, но последнее едино в своей поддержке революции. Армия сама прекрасно знает, что произошло недавно в Сьерра—Маэстре. Более 200 офицеров, участвовавших в последнем сражении, не могут отрицать того факта, что они были наголову разгромлены повстанцами. Если армия не смогла подавить один очаг восстания, даже бросив против него все свои силы, то что же она сможет сделать, борясь против революции на двадцати фронтах? Массовое дезертирство солдат уже невозможно скрыть, 24 июля из роты в составе 80 человек в горы Сьерра—Маэстры дезертировал 31 солдат. Этого примера достаточно для характеристики положения, создавшегося в частях батистовской армии. Когда армия оказывается в подобном положении, необходимо срочно выявить причины, которые завели ее в тупик, и сделать соответствующие выводы, и чем скорее, тем лучше.

Я настроен весьма благожелательно к тем солдатам и офицерам, которые хотели бы с нами сотрудничать. Соглашения между революционерами и патриотами из среды военных могут не желать только те, кто заинтересован в сохранении создавшегося в стране ненормального положения.

Подобный выход из сложившейся ситуации является единственным спасением для тех военных, которые серьезно озабочены участью армии и родины. Молодые офицеры должны воспрепятствовать тому, чтобы готовящийся военный переворот превратился в маневр, специально спровоцированный тиранией для спасения прогнившей правящей верхушки. Мы не отступим ни на йоту от того, в чем заинтересован народ.

Мирное решение вопроса между революцией и армией может быть достигнуто на следующих условиях:

1) арест и предание диктатора трибуналу;

2) арест и предание трибуналу всех политических лидеров, несущих вместе с тиранией ответственность за то, что они развязали гражданскую войну и обогащались за счет Республики;

3) арест и предание военному трибуналу независимо от ранга всех военных, которые опозорили свое звание зверствами и преступлениями против мирного населения городов и деревень или контрабандой, темными махинациями и вымогательствами;

4) назначение на пост временного президента Республики человека, уполномоченного всеми участниками борьбы против диктатуры, для того чтобы он в максимально сжатые сроки организовал проведение всеобщих выборов;

5) реорганизация армии на такой основе, которая не позволила бы ей в дальнейшем стать орудием в руках какого—нибудь нового каудильо[7] или антинародной политической партии.

Миссия армии должна ограничиваться защитой суверенитета страны, ее конституции, законов и прав ее граждан, чтобы между гражданскими и военными господствовало полное согласие и взаимное уважение, исключающее недоверие одних к другим, ибо взаимное согласие и уважение граждан соответствует истинному социальному идеалу мира и справедливости.

Завтра Республике потребуются способные политические деятели, талантливые и честные военные. И мы призываем армию подумать над нашими предложениями. Никаких компромиссов в этом деле не может быть, ибо мы скорее умрем, чем откажемся от той цели, за которую в течение шести лет боролся наш народ и к которой он стремился в течение полувека. Никто, кроме нас, не имеет права решать судьбу Родины, ибо никто, кроме нас, не сумел в свое время отказаться от личных интересов и встать на ее защиту. Мы будем ждать ответа, не останавливая своего продвижения.

Колонны Повстанческой армии продолжают наступать, освобождая все новые районы нашей страны от тирании. Никто и ничто не может остановить наше движение вперед. На смену одному погибшему бойцу или командиру становятся другие. Кубинский народ должен быть готов оказать помощь нашим бойцам.

В ближайшие недели и месяцы каждый населенный пункт или район на нашем острове может превратиться в поле сражения. Городское и сельское население должно быть готово к лишениям, связанным с войной. Твердость, проявленная населением Сьерра—Маэстры, где все, вплоть до детей, героически помогали нашим войскам выдержать двадцатимесячный натиск врага, должна стать примером, достойным подражания.

Мы пойдем на любые жертвы, чтобы Родина стала действительно свободной.

Пусть исполнится пророчество нашего титана,[8] сказавшего, что революция будет идти вперед до тех пор, пока не исчезнут все формы несправедливости!

Революция возникла потому, что существует тирания и связанная с нею несправедливость. Она будет продолжаться до тех пор, пока не будет уничтожена последняя тень угрозы нашим правам и свободе!

Рауль Кастро

«Противосамолетная операция»

Первого марта 1958 года в лагере колонны Че Гевары Фидель провел совещание. В этом совещании, происходившем в центральной части Сьерра—Маэстры, приняли участие Хуан Альмейда, я и несколько других офицеров.

Из основного ядра Повстанческой армии, сложившегося и закалившегося в ходе ожесточенных боев с врагом, выделялись две новые колонны: третья, получившая наименование колонны имени Сантьяго—де—Куба, во главе с Хуаном Альмейдой и шестая колонна имени Франка Пайса.

Эти две колонны должны были форсированным маршем отправиться на восток. К 10 марта нам предстояло добраться до Сан—Лоренсо, где когда—то погиб Карлос Мануэль де Сеспедес,[9] а затем разделиться. Хуан Альмейда должен был выйти на позиции к западу от Сантьяго—де—Куба, чтобы открыть там новый фронт, а мне следовало проникнуть на северо—восток провинции.

Планируя рейд, мы решили использовать ночь на 10 марта для того, чтобы пересечь Центральное шоссе и таким образом скрытно выйти на исходный рубеж нашей колонны. В этот вечер армия Батисты отмечала шестую годовщину его прихода к власти, и все удалось как нельзя лучше.

Всю ночь на 11 марта мы ехали на машинах, а когда наступил день, мы спешились и примерно десять часов шли форсированным маршем. К четырем часам дня почти без происшествий, если не считать воздушного налета в отрогах гор неподалеку от Миранды, прибыли в район Пилото—дель—Медио, к северу от города Сан—Луис. Таким образом, ближайшая задача, поставленная Фиделем одиннадцать дней назад в Сьерра—Маэстре, была выполнена. Второй фронт начал существовать.

Мы приступили к освобождению от противника городов и селений провинции Орьенте — будущей базы Второго фронта. По пути продвижения мы создавали первые крестьянские революционные комитеты, а также уничтожали банды, которые, прикрываясь именем Повстанческой армии, грабили и убивали мирных жителей.

Сначала мы шли на северо—восток, в направлении Сьерра—Кристаль (Сьерра—дель—Кристаль), а затем, убедившись, что этот горный район не подходит для ведения операций, повернули на юг и, пройдя между населенными пунктами Майари—Арриба и Калабасас—де—Сагуа, подошли к деревушке Баяте, расположенной в двух часах езды на машине от Гуантанамо.

20 марта наша колонна соединилась с отрядами, которыми командовали капитан Деметрио Монтсена (по кличке Вилья) и лейтенант Рауль Менендес Томассевич.

Из отряда Томассевича мы создали роту «А», которая должна была действовать к северу от Альта—Сонго. Группу под командованием Эфихенио Амейхейраса слили с отрядом Вилья в роту «Б», поручив ей действовать в районе севернее Гуантанамо.

С остатками шестой колонны мы проехали на восток еще километров 25–30 и здесь, в треугольнике между небольшими селениями Хуба, Эскодида и Агуакате, создали базовый лагерь и командный пункт роты Эфихепио. Местность эта очень удобна для обороны и ведения партизанских действий. Здесь проходит дорога из Гуантанамо в Сагуа—де—Танамо.

С оставшимися тремя взводами я отправился в район Гуаябаль, Паленке, Фелисидад—де—Ятерас. По пути мы приняли в свои ряды много добровольцев. Были сформированы рота «Д» во главе с капитаном Мануэлем Фахардо, которой предстояло действовать в районе Ятерас, и рота «Е» под командованием капитана Сиро Фриаса. Ее зоной действий намечался район между Баракоа и Гуантанамо. Заместителем Сиро Фриаса был назначен старший лейтенант Карлос Лайте.

Взяв часть людей, Эфихенио направился в район Моа, где после небольшой стычки занял населенный пункт и близлежащий частный аэродром, куда 31 марта по распоряжению национального руководства специальный самолет должен был доставить оружие и боеприпасы. Незадолго до этого дата была изменена, но Эфихенио об этом не знал и напрасно просидел со своими бойцами на аэродроме, всю ночь ожидая самолет.