Глубоко под кожей - Нора Робертс

Во время шестого дубля Ротшильд дала наконец команду «включить» дождь. Из распылителей брызнули капли воды, которые обрушились на Шантел, стоявшую рядом с Брэдом. Ее голос дрожал, а глаза были полны слез, когда она умоляла Брэда не уезжать. Промокшие и замерзшие, до самого ланча они снова и снова отрабатывали сцену, которая должна была занять на экране всего лишь пять минут.

Когда режиссер объявила перерыв на ланч, Шантел ушла в свою гримерную, сняла с себя одежду Хейли и отдала костюмерше, чтобы та ее высушила. Волосы Шантел потом снова уложат и еще раз намочат, прежде чем съемки завершатся.

Роз уже не было, но ей казалось, что она все еще ощущает их запах. Когда в дверях появился Ларри и сообщил, что репортер прибыл, она попросила дать ей пять минут, после чего она его примет.

«Я слишком долго тянула», — убеждала себя Шантел, снимая телефонную трубку. Этот человек никогда не остановится, и она дошла до такого состояния, когда терпеть все его выходки не было уже никакой возможности.

— Агентство Бёрнса.

— Мне надо поговорить с Мэтом.

— Извините, но у мистера Бёрнса сейчас совещание. Я могу…

— Это — Шантел О’Харли. Мне надо поговорить с Мэтом сейчас же.

— Разумеется, мисс О’Харли.

Шантел не устояла перед желанием усмехнуться, заметив, как быстро секретарша изменила тон. Ожидая, когда Мэт подойдет к телефону, она порылась в ящике стола в поисках сигарет, хранившихся там на всякий случай.

— Что случилось, Шантел?

— Мне нужно увидеться с тобой. Сегодня.

— Знаешь, дорогая, сегодня я занят. Давай встретимся завтра, хорошо?

— Нет, сегодня. — В голосе Шантел прозвучали панические нотки. Она зажгла сигарету в глубоко затянулась. — Это очень важно. Мне нужна твоя помощь. — Шантел медленно выдохнула дым. — Мне действительно нужна твоя помощь, Мэт.

Мэт никогда еще не слышал страха в ее голосе, поэтому не стал задавать никаких вопросов.

— Я приду, скажем… в восемь, хорошо?

— Да, да, отлично. Ценю твою отзывчивость.

— Ты можешь сказать мне, что у тебя случилось?

— Не могу. Ты все узнаешь, только не по телефону и не сейчас. — От одной мысли, что Мэт поможет ей, она стала успокаиваться.

— Ну хорошо. Я приду в восемь.

— Спасибо. — Она повесила трубку, и тут же раздался стук в дверь. Шантел аккуратно загасила сигарету в пепельнице, откинула назад еще мокрые волосы и с любезной улыбкой впустила в трейлер репортера.

— Почему, черт возьми, ты не рассказала мне об этом раньше?

Мэт Бёрнс ходил по просторной гостиной Шантел, испытывая непривычное ему чувство беспомощности. За двенадцать лет он выбился из почтового служащего в помощника, а потом и в ведущего театрального агента. Он не стал бы им, если бы не знал, что делать в той или иной ситуации. Теперь у него в руках оказалось осиное гнездо, и он не был уверен, сумеет ли от него избавиться.

— Черт побери, Шантел, сколько все уже то продолжается?

— Он впервые позвонил около шести недель назад. — Шантел сидела на низкой софе цвета устрицы и грела в руках стакан минеральной воды. Как и Мэту, ей очень не нравилось ощущение беспомощности. Но еще больше ей не нравилось посвящать в свои проблемы других. — Послушай, Мэт, первые два звонка и перваяпара писем показались мне совершенно безобидными. — Она поставила стакан, и о его стенки звякнул лед. Потом снова взяла стакан в руки. — Когда твое лицо постоянно красуется во всех журналах и на экране, ты вызываешь всеобщий интерес. И он не всегда бывает здоровым. Я думала, что если не буду обращать внимания на звонки и письма, то он перестанет донимать меня.

— Но он не перестал.

— Да. — Она посмотрела на свой стакан и вспомнила слова, которые были напечатаны на карточке. «Я всегда слежу за тобой. Всегда». — А сейчас стало еще хуже. Она пожала печами, пытаясь убедить себя и Мэта, что все не так уж плохо, как могло бы показаться. — Я поменяла номер телефона, и на какое-то время он замолчал.

— Надо было рассказать мне.

— Ты мой агент, а не мать.

— Я твой друг, — напомнил он.

— Я знаю. — Она пожала ему руку. — В том мире, в котором она вращалась, настоящая дружба встречается крайне редко. — Поэтому я и позвонила тебе только тогда, когда поняла, что скоро дойду до ручки. Я ведь вовсе не истеричка.

Он рассмеялся и отпустил ее руку, чтобы налить себе выпивки.

— Когда розы… в общем, я поняла, что с этим надо что-то делать, но не знала что.

— Надо было позвонить в полицию.

— Ни в коем случае!

Мэт попытался было возразить, но она подняла палец.

— Мэт, я полагаю, ты легко можешь догадаться, что за этим последовало бы. Мы звоним в полицию, и пресса тут же вцепляется в наше дело. Представляю себе заголовки в зетах: «Шантел О’Харли, преследуемая чокнутым поклонником, «Шепоток в телефоне», «Любовные письма отчаявшегося поклонника». — Она взъерошила волосы. — Мы можем смеяться над этим, даже использовать для рекламы, но очень скоро и другие неуравновешенные личности начнут присылать мне снов признания. Или собираться у моих ворот. А я не думаю, что сумею справиться со всеми.

— А вдруг он способен на насилие?

— Неужели ты полагаешь, что я не думала об этом? — Она вытащила из его кармана французскую сигарету и стала ждать, когда он щелкнет зажигалкой.

— Тебе нужна охрана.

— Я уже думала об этом. Она с жадностью затянулась. — Я согласилась бы нанять охрану, если бы не было съемок. Как только на площадке появятся охранники, люди начнут распускать слухи.

— С каких это пор тебя стали беспокоить

— Они меня совсем не беспокоят. — Ей удалось изобразить беззаботную улыбку. — За исключением тех случаев, когда дело касается меня лично. Одно дело мои… э… странные любовные истории и мой роскошный стиль жизни, и совсем другое — моя настоящая жизнь. Так что не надо никакой полиции. Мэт, по крайней мере, сейчас. Мне нужно что-то другое.

Он забрал у нее сигарету и в раздумье затянулся. Это он нашел для нее первую роль. Через него она получала все свои роли — от рекламы шампуней до героинь в полнометражных много бюджетных фильмах, и она очень редко, крайне редко обращалась к нему за помощью в своих личных делах. За все те годы, что Мэт знал ее, ему почти никогда не приходилось видеть, как она выходит из образа, который они вместе сотворили для нее.

— Мне кажется, я придумал. Ты мне доверяешь?

— Разве я хоть раз заставила тебя усомниться в этом?

— Сиди здесь. Мне надо позвонить. Мэт вышел из комнаты, а Шантел откинулась на спинку софы и закрыла глаза. Может, она преувеличивает опасность. Может, она, как последняя дурочка, забивает себе голову‚ пустыми страхами, а на самом деле этот поклонник просто зашел слишком далеко в своем восхищении ею?