Из плейбоев в идеальные мужья - Линн Грэхем

– Что это? – Она широко раскрыла глаза.

– Обед, – объяснил Аполлон и поднял с блюд крышки. – Я голоден. Угощайся!

Он снял крышку с еще одной тарелки:

– Это для собаки.

– Для… кого? – ахнула Пикси.

– Животных я люблю больше людей, – честно признался Аполлон.

Пикси взяла тарелку с мясом и печеньем и понюхала ее. От нее пахло гораздо лучше, чем от обычного корма Гектора. Она поставила тарелку у края кровати: пес почти мгновенно приступил к еде.

– Откуда все это? – спросила она.

– Я думаю, из соседнего отеля.

Пикси медленно кивнула и потянулась к тарелке. Аполлон проголодался, поэтому позвонил своим телохранителям, и те заказали очень дорогую еду. Она выбрала рыбное блюдо.

– Ты скажешь мне, что поставило тебя в затруднительное положение? – с сожалением спросила она.

– Чтобы унаследовать имущество отца, я должен жениться, – выдохнул Аполлон. – Он знал, как я отношусь к браку. В конце концов, женитьба не принесла ему счастья. Он был женат шесть раз. Моя мать умерла при родах, а потом у него было еще пять жен.

Пикси слушала Аполлона, не скрывая удивления.

– Почти как Генрих VIII с шестью женами, – еле слышно пробормотала она.

– Детей, кроме меня, у отца не было. Он не хотел, чтобы наш род вымер.

– Но ты можешь обзавестись наследником. – Пикси нахмурилась.

– Да. Он связал меня по рукам и ногам. Мои юристы говорят, что завещание действительно, потому что он писал его в здравом уме. Я должен жениться и родить наследника в ближайшие пять лет, – процедил он сквозь зубы. – Это безумие какое-то!

– Ну, условия завещания… необычные, – неуверенно произнесла Пикси. – Но я полагаю, богатый и влиятельный человек вроде твоего отца думал, что имеет право поступать со своим имуществом так, как ему хочется.

– Да, – проворчал Аполлон. – Но я много лет управлял отцовской бизнес-империей, поэтому его завещание кажется мне предательством.

– Я тебя понимаю, – задумчиво сказала Пикси. – Ты доверял ему. Я верила своему отцу, когда он говорил, что никогда снова не сядет в тюрьму, но он даже не пытался сдержать обещание. Моя мать была такой же. Она сказала, что перестанет воровать, но продолжала это делать. В конце концов ее остановили только проблемы со здоровьем.

Аполлон удивленно разглядывал Пикси, не зная, стоит ли обижаться из-за сравнения его очень уважаемого и законопослушного отца с парочкой преступников.

Наслаждаясь вкусной рыбой, Пикси погрузилась в размышления и не заметила, как расслабилась в обществе Аполлона.

– Я поняла, в чем у тебя проблемы, – произнесла она. – Но условия завещания должны быть известны всем, и они не являются конфиденциальными, поэтому…

– Я решил выполнить эти условия, – угрюмо отрезал Аполлон. – Я не готов потерять дом и бизнес-империю, которую с нуля создавали три поколения моей семьи.

– Практичное решение, – сострила Пикси. – Я все равно не понимаю, как это связано со мной.

Аполлон отставил тарелку и поднял бокал:

– Я выполню требования завещания на своих собственных условиях. – Его замечательные зеленые глаза сверкнули под черными ресницами. – Мне нужна жена. Я найду женщину, которая выйдет за меня замуж и родит мне ребенка. Затем мы с ней разведемся, и моя жизнь вернется в нормальное русло.

– А ребенок? – Пикси нахмурилась. – Что будет с ним?

– Ребенок останется с матерью, а я буду время от времени с ним видеться. Я хочу цивилизованно договориться с женщиной, которую выберу.

– Ну, желаю удачи, – пробормотала Пикси, с аппетитом уплетая ужин. Она сидела на полу со скрещенными ногами, у журнального столика, потому что Аполлон не удосужился предложить ей единственное кресло в комнате. – Какая женщина захочет выйти замуж, родить ребенка, а потом развестись?

– Забыл сказать: я хорошо заплачу, – суховато ответил Аполлон. – Мне не надо, чтобы она ко мне привязывалась.

Пикси закатила глаза и рассмеялась:

– Женщина не привяжется к мужчине, который ее не хочет.

– Ты удивишься, когда узнаешь, как мне тяжело расставаться с любовницами даже после короткого романа. Женщины привыкают к моему образу жизни и не хотят от него отказываться.

Пикси поставила тарелку на стол и подняла бокал:

– Я до сих пор не поняла, зачем ты мне все это рассказал!

– Ты всегда такая недогадливая?

Пикси потягивала вино и вопросительно смотрела на Аполлона снизу вверх из-под опущенных ресниц:

– Что ты имеешь в виду?

Аполлон признал, что у нее красивые глаза. Почти прозрачного, светящегося серого оттенка, который при определенном освещении сверкал, как полированное серебро.

– По-твоему, зачем я у тебя? – хрипло спросил он.

Зеленые глаза Аполлона встретились с ошеломленными серыми глазами Пикси, и у нее замерло сердце.

– Я считаю, что за определенную сумму ты согласишься стать моей женой, а потом развестись со мной, – спокойно сказал Аполлон. – Долги твоего брата будут уплачены, и его жизни ничего не будет угрожать.

У Пикси сдавило горло. Она поставила бокал на столик и закашлялась. Он предлагает ей – женщине, которую он обвинил в воровстве, – стать его женой? Либо Аполлон сошел с ума, либо он крайне эксцентричный человек.

Глава 3

Пикси махнула рукой и выбежала в ванную комнату. Откашлявшись, она прополоскала рот водой. В зеркале над раковиной она увидела свое печальное лицо с размазанным вокруг глаз карандашом и громко простонала. Она выглядела ужасно и тут же постаралась привести себя в порядок.

Аполлон Метраксис предлагает ей спасти Патрика от долгов в обмен на фиктивный брак и рождение ребенка. Пикси вцепилась в раковину, чтобы не упасть. Она была вне себя от сумасшедшей перспективы родить ребенка от Аполлона. Сглотнув, она сделала глубокий вдох. Это было самое безумное предложение, которое она когда-либо получала.

Пикси подумала, не сошел ли с ума Аполлон после смерти своего отца. Собравшись с силами, она вернулась в комнату и посмотрела на него.

– Такого нелепого предложения я еще не получала, – сказала она. – И мне не верится, что ты говоришь серьезно. Я имею в виду… Ты меня совсем не знаешь.

– Я не предлагаю тебе обычный брак. Я знаю все, что мне надо о тебе знать.

– Чуть больше часа назад ты обвинил меня в краже кошелька! – парировала Пикси.

– Я знаю, как тебе нужны деньги. Если твой брат не выплатит долг, то поплатится жизнью. Он должен деньги головорезу, который его запугивает, – спокойно возразил Аполлон. – Он может на примере твоего брата доказать остальным, что с ним не следует шутить.

Аполлон действительно знал, что у ее брата шаткое положение. У Пикси скрутило живот, когда он заявил, что кредитор Патрика жестокий человек. Хотя его избили, она по-прежнему надеялась, что ничего более ужасного с братом уже не произойдет.

– Но я все равно не понимаю, почему ты выбрал меня! – ахнула она.

– Я говорил, что предпочитаю выбрать женщину, которой заплачу за брак со мной. Я также хочу полностью контролировать ситуацию, а это означает, что ты будешь следовать установленным мною правилам. Так безопаснее для меня. Не в твоих интересах сердить меня и признаваться кому бы то ни было, что наш брак фальшивый, – с уверенностью произнес он. – Если ты кому-нибудь проболтаешься, мое наследство оспорят в суде, и я лишусь всего, что завещал мне отец. Предав меня, ты нарушишь условия нашего соглашения, и тогда ты и твой брат снова окажетесь в беде.

После такой отрезвляющей и пугающей речи Пикси не хотелось знать, как именно работает ум Аполлона. Ему необходима женщина, которую он будет полностью контролировать. Если она не станет выполнять его условия, то лишится выгоды, которую дает ей их соглашение.

– Я поняла, – натянуто ответила Пикси. – Но я считаю, что это чересчур. Тебе нужна безвольная женщина, которую ты будешь шантажировать в своих интересах. Я не гожусь тебе в жены.

– О, не надо себя недооценивать. По-моему, в тебе достаточно дерзости, чтобы вывести меня из себя, – сказал Аполлон, в его глазах мелькнуло веселье. – Разве ты не понимаешь, что я предлагаю спасти тебя и твоего брата от последствий его глупости?

Пикси покраснела. Наступила тишина. Аполлон позвонил по мобильному и заговорил по-гречески.

– Ты серьезно?.. – почти прошептала она в явной растерянности.

– Если ты не забеременеешь, то мы разведемся через восемнадцать месяцев. Я не могу позволить себе тратить больше времени, – без колебаний произнес Аполлон. – Но ты в любом случае финансово выиграешь. Поэтому, даже если у нас не будет ребенка, ты все равно избавишься от долгов.

В дверь снова постучали. На этот раз ее торопливо открыла Пикси, отчаянно нуждавшаяся в передышке. Ей требовалось собраться с мыслями. Двое мужчин вошли в комнату и ловко убрали посуду, оставив только вино и бокалы.

– Я ни за что в жизни не лягу с тобой в постель! – затараторила Пикси, как только за мужчинами захлопнулась дверь.