Из плейбоев в идеальные мужья - Линн Грэхем

– Доброе утро, Гектор, – пробормотала Пикси, проснувшись и почесав за ушком терьера Гектора.

Сдерживая зевок, она заставила себя встать и пойти в ванную комнату, которую делила с остальными арендаторами на том же этаже. Умывшись и одевшись, она надела на Гектора потрепанный красный ошейник и повела своего любимца гулять.

Гектор бежал рысью по дороге, его маленькие круглые глаза были встревоженными. Он вздрогнул, заметив собаку на другой стороне улицы. Гектор вообще боялся всего на свете. При виде людей, других животных, от резких движений и громких звуков его глаза едва не вылезали из орбит от страха. В остальное время он был спокойным и безмятежным и почти не лаял.

– Его запугали, когда он был еще щенком, – сказал Пикси ветеринар из клиники рядом с парикмахерской. – Он боится привлекать к себе внимание. Но, несмотря на травмы, он силен и здоров, и впереди у него долгая жизнь.

Пикси до сих пор удивлялась, почему вдруг отважилась взять собаку из приюта. Да, она часто помогала тем, кто оказался в беде, а Гектор тысячекратно отплатил ей за великодушие. Он утешал и согревал ее сердце своими чудачествами. Он заполнил пустоту, которая возникла в жизни Пикси после отъезда Холли и Анджело в Италию.

Она потеряла лучшую подругу, но сильнее всего ее удручали тайны, которые она хранила от Холли. Пикси не могла сказать Холли о карточных долгах своего брата, Патрика, потому что подруга тут же предложила бы их оплатить. Холли очень щедра, но после смерти матери Пикси полностью взяла на себя ответственность за брата.

– Обещай заботиться о младшем брате, – просила Марджери Робинсон. – Всегда делай все возможное для Патрика, Пикси. Он ранимый человек, и он твой единственный родственник.

Но заботиться о Патрике было почти невозможно, потому брата и сестру разделили. Когда Патрик был подростком, Пикси встречалась с ним всего несколько раз. И пока она не закончила обучение и не стала работать, ее связь с младшим братом была ограничена временем, расстоянием и нехваткой денег. Потом она стала регулярно приезжать к нему в Лондон.

Поначалу дела у Патрика ладились. Он работал электриком в крупной строительной фирме; нашел подругу и создал с ней семью. Но потом он стал играть в карты и проиграл много денег человеку, связанному с криминалом. Пикси пришлось сократить собственные расходы и переехать из комфортабельного таунхауса, в котором она когда-то жила с Холли, в дешевую комнату. Каждую неделю она посылала Патрику деньги, помогая ему погасить долги, однако из-за процентов его долг становился все больше. Пикси боялась, что брата просто убьют.

Пикси бросало в холодный пот, когда она вспоминала визит коллекторов к Патрику. Двое свирепых громил стали требовать у него деньги. Угрожая прикончить, они избили его, когда выяснилось, что платить он не в состоянии. Пикси вмешалась и в результате драки упала с лестницы и сломала обе ноги. Последствия этого происшествия были ужасающими, потому что Пикси не смогла работать и жила на пособие. Теперь, спустя шесть месяцев после выздоровления, она начала возвращаться к нормальной жизни, но, похоже, света в конце тоннеля не будет, потому что долг Патрика выплатить невозможно, а его жизнь по-прежнему под угрозой. Тот, кому он должен, больше не хочет ждать.

Усадив Гектора в корзину, Пикси пошла в парикмахерскую. Ей не хватало ее автомобиля, который она продала, потому что личный транспорт в небольшом городке в Девоне ей не требовался. Она вернется домой, чтобы выгулять Гектора во время перерыва на обед, и приготовит себе сэндвич.

Войдя в салон, она поздоровалась с коллегами и боссом, Салли. Быстро положив сумку в шкафчик для персонала, Пикси мельком взглянула на себя в зеркало и поморщилась: выглядела она неважно. Когда она успела так опуститься? Ей всего двадцать три года. К сожалению, сократив расходы, она вынуждена дольше носить одежду. Ее джинсы и черный топ знали лучшие времена. Пикси не знала проблем с кожей, поэтому почти не пользовалась косметикой. Прическа у нее тоже была самая обычная: длинные распущенные волосы, которые она давно уже перестала красить.

Пикси обслужила третьего клиента и прибрала рабочее место. Жаль, что уволили еще одного помощника, и теперь сам стилист должен был отвечать на телефонные звонки, мыть клиенту голову и убирать остриженные волосы. Она посмотрела в книге записей фамилию следующего клиента, который был ей незнаком. А потом, совершенно неожиданно, в салон вошел Аполлон Метраксис. У всех женщин от изумления открылись рты, когда он подошел к Пикси и объявил:

– Мне назначено на полдень.

Пикси уставилась на него, не веря своим глазам.

– Какого черта ты здесь делаешь? Что-то случилось с Холли или Вито? – опасливо спросила она.

– Мне надо постричься, – спокойно объявил Аполлон, нисколько не смущаясь того, что привлекает такое внимание. В черной байкерской куртке, узких джинсах и сапогах, он казался невероятно высоким и возвышался над Пикси. Его ярко-зеленые глаза резко выделялись на худом загорелом лице.

– Холли? Вито? Анджело? – настаивала Пикси, пристально глядя на его широкую грудь.

– Насколько я знаю, у них все хорошо, – нетерпеливо ответил Аполлон.

Пикси не понимала, что этот странный тип мог здесь забыть: они едва были знакомы. Попытавшись испортить свадьбу Холли неуклюжей речью шафера, Аполлон по-королевски игнорировал Пикси, словно она была ничтожеством.

– У меня записан другой клиент, – сказала она.

– Это я. Джон Смит. Неужели ты заподозрила неладное? – с издевкой спросил он.

– Давай свою куртку, – отрезала она, стараясь успокоиться.

Аполлон быстро снял куртку, демонстрируя мощные мышцы и голую руку с замысловатой татуировкой дракона, на которую Пикси обратила внимание еще на свадьбе своей лучшей подруги. Она поспешно отвернулась и повесила его куртку у стойки регистрации.

– Проходи к раковине, – произнесла Пикси, чувствуя небывалое волнение.

Аполлон смотрел на Пикси сверху вниз. Она была меньше ростом, чем он предполагал. Ее макушка едва достигала его груди, у нее была весьма изящная фигура. Но глаза Пикси завораживали: светло-серого цвета, они сверкали, как звезды, на ее выразительном лице. У нее был небольшой нос, полные губы, похожие на бутон розы, и безупречная полупрозрачная кожа, светящаяся как тончайший фарфор. Она выглядела намного естественнее тех женщин, к которым он привык. У нее натуральная грудь и губы и нет искусственного загара.

Пикси накрыла Аполлона накидкой и полотенцем, запрещая себе волноваться от его присутствия.

– Итак, что ты здесь делаешь?

– Ты ни за что не догадаешься, – пропел Аполлон, запрокидывая голову.

Пикси включила воду, отмечая про себя, что у него великолепные волосы. Густые, иссиня-черного цвета. Услышав его насмешливый ответ, она разочарованно поджала губы.

– Когда ты последний раз видел наших общих друзей и знакомых? – спросила она.

– На похоронах отца на прошлой неделе, – ответил Аполлон.

Пикси напряглась и тут же ответила:

– Я сожалею о твоей потере.

– С какой стати тебе сожалеть? – Аполлон усмехнулся. – Ты не знала его, и ты плохо знаешь меня.

Она стиснула зубы в ответ на его презрение, промывая ему волосы:

– Просто так принято говорить, чтобы выразить сочувствие.

– А ты такая отзывчивая?

Пикси захотелось облить его водой с головы до ног, но она лишь сильнее стиснула зубы.

– Я с пониманием отношусь к любому, кто потерял члена семьи.

– Он долго болел, – категорично произнес Аполлон, – поэтому его смерть не стала неожиданностью.

Он опустил длинные черные ресницы, закрывая необыкновенно красивые глаза. Пикси работала на автопилоте, а в ее мозгу кружились вопросы. Зачем он приехал? Неужели он захотел встретиться именно с ней?

– Расскажи мне о себе, – попросил Аполлон, отвлекая ее от размышлений.

– Зачем?

– Я заговорил с тобой, и ты должна мне ответить. Иначе будет невежливо.

– Давай лучше поговорим о тебе, – предложила она. – Что ты делаешь в Англии?

– Занимаюсь бизнесом, общаюсь, навещаю друзей, – небрежно ответил он.

Пикси нанесла на его волосы кондиционер и стала массировать голову напряженными пальцами. Аполлон расслабился, лениво задаваясь вопросом: часто ли Пикси делает кому-нибудь массаж? Он не знал о ее сексуальной жизни и пристрастиях, но помнил, что из-за травм она просидела дома несколько месяцев. Пока ее тонкие пальцы ритмично касались его головы, Аполлон представил ее обнаженной и внезапно возбудился.

Рассердившись на то, что Пикси оказывает на него такое влияние, Аполлон решил, что ему надо заняться сексом, чтобы успокоиться. Он расстался с последней любовницей еще до похорон отца, и с тех пор у него никого не было. В отличие от Вито Аполлон никогда не пренебрегал сексом. Пара недель воздержания была для него максимальным сроком. Если бы он считал Пикси непривлекательной, то сразу отказался бы от нее, однако это было не так. Она была маленькой и изящной, как кукла, а он здоровяк во всех отношениях.