Из плейбоев в идеальные мужья - Линн Грэхем

Пикси ополоснула голову Аполлону и вытерла ее полотенцем, пока он фантазировал о том, как она ласкает его тело. Он испытал облегчение, когда пересел в другое кресло.

– Какую стрижку ты хочешь? – спросила она, расчесав его волосы.

– Постриги меня как-нибудь, но не коротко, – предупредил он, задаваясь вопросом: в чем секрет ее обаяния?

Вероятно, ему захотелось новизны. Обычно он предпочитал высоких соблазнительных блондинок. Но, возможно, они ему просто наскучили. Если Пикси понравится ему в постели, он сделает для нее все, что она захочет. Если она быстро забеременеет, то он станет обращаться с ней как с принцессой. Родив ему ребенка, она будет жить как человек, выигравший в лотерею огромную сумму.

Конечно, Пикси может его подвести. Прежде он не просил ни одну женщину зачать от него ребенка. И если он обо всем расскажет Пикси, то окажется уязвимым: ведь она может поделиться своими секретами со средствами массовой информации за кругленькую сумму и сорвать его планы. Как бы она ни отреагировала, он будет платить ей за молчание.

Пикси шагнула вправо, чтобы поправить качающуюся вешалку, которую едва не сбила пожилая женщина.

Ее ножницы ритмично звякали, она уверенно и почти ласково касалась его волос. Он взглянул из-под ресниц на ее лицо, слегка опущенные веки и напряженно поджатые губы.

До прихода Аполлона Пикси и в голову не приходило, что работа парикмахера может показаться волнующей и интимной. Но она не могла оставаться бесстрастной, прикасаясь к его удивительно шелковистым волосам. От него так приятно пахло! Откинувшись в кресле, Аполлон расправил широкие плечи, и Пикси медленно вздохнула, чтобы успокоиться. Она еще никогда так не нервничала. Ее соски напряглись и уперлись в ткань бюстгальтера, а внизу живота разлилось приятное тепло.

Но Аполлон ей совсем не нравился, просто ее сильно волновало его присутствие. Этот парень – всемирно известный плейбой, которого обожают описывать в средствах массовой информации за его распутство. Любая нормальная женщина будет нервничать в его присутствии. Он входил в комнату, как лев. Невозможно было не восхищаться его первобытной красотой и великолепием. Однако он абсолютно непредсказуем.

Аполлон встал, и Пикси поспешила отдать ему куртку. У стойки регистрации он нахмурил черные брови и уставился на Пикси.

– У меня пропал кошелек, – сказал он.

– О боже, – безучастно пробормотала Пикси.

Он прищурил зеленые глаза:

– Это ты?

– По-твоему, я похожа на воровку? – Пикси была в шоке.

– Ты единственный человек, который трогал мою куртку, – достаточно громко произнес Аполлон, привлекая внимание тех, кто был в салоне. – Отдай его мне, и я не стану ничего предпринимать.

– Должно быть, ты выжил из ума, если думаешь, что я тебя обокрала! – воскликнула Пикси, и к ним подбежала ее босс, Салли.

– Я хочу, чтобы вызвали полицию, – угрюмо сообщил он пожилой женщине.

Пикси побледнела, у нее закружилась голова. Ей не верилось, что Аполлон обвинил ее в краже в общественном месте.

Ей стало нехорошо. Глухо простонав, она убежала в туалет, где ее стошнило. Аполлон обвинял ее в страшном преступлении. Пикси всегда испытывала нескрываемый ужас к воровству и нечестным поступкам. Ее отец был серийным грабителем и постоянно сидел в тюрьме. Ее мать была профессиональной воровкой, которая крала по заказу. Если бы Пикси увидела на земле кошелек, то прошла бы мимо него, боясь даже его поднять, чтобы никто не обвинил ее в попытке его украсть. Это был кошмар, который преследовал ее с детства, и она не сумела преодолеть свой самый сильный страх.

Глава 2

Полицейский оказался знакомым Пикси. Это был мужчина средних лет, который патрулировал улицы небольшого городка. Пикси видела его, но ни разу не разговаривала с ним, потому что держалась от полиции подальше. Но он знал многих местных предпринимателей и был в приятельских отношениях с ее боссом, Салли.

Когда Аполлона попросили назвать свое имя и рассказать подробности происшествия, он засомневался на секунду, правильно ли сделал, что вызвал полицию. Он не хотел, чтобы его узнали, и не желал рисковать и встречаться с журналистами. Если Пикси Робинсон все-таки взяла его кошелек, то в этом нет ничего удивительного. Она очень нуждалась в деньгах. Полицейский изумленно вытаращился на него, услышав, сколько наличности Аполлон держал в кошельке.

Пикси назвала свое имя и адрес проживания дрогнувшим голосом, несмотря на попытки сохранить хладнокровие. Нервничая, она переступала с ноги на ногу, не в силах спокойно стоять на месте и не желая ни с кем встречаться взглядом. Над ее верхней губой выступила испарина, когда полицейский спросил, что происходило с момента прихода Аполлона. Пикси заметила, что Аполлон сидит, развалившись в кресле и изредка поглядывая на свои золотые часы, словно куда-то торопясь.

Она никогда не была жестокой, но Аполлон пробуждал в ней неистовую агрессию. Она не понимала, как Вито дружит с таким отвратительным человеком. Аполлон дурно проявил себя в качестве шафера на свадьбе Холли, когда в своей речи заявил, что сын Холли и Вито родился после того, как они всего разок переспали. С тех пор Пикси много читала о нем в Интернете. Он был бабником, его романы длились максимум пару недель.

– Не надо забывать о вешалке, которую пришлось поправить, когда ее толкнула пожилая дама, – произнес Аполлон, томно растягивая слова.

– Считаешь, что в этот момент я взяла кошелек? – рявкнула Пикси, с омерзением разглядывая Аполлона.

– Может, кошелек выпал из куртки? – с надеждой спросил полицейский, отодвигая стулья от стены и заглядывая за них. – Вы смотрели под столом?

– Кошелька там нет, – спокойно ответил Аполлон. – Вы не будете обыскивать эту женщину? Или ее сумку?

– Давайте не будем спешить с выводами, мистер Метраксис, – сдержанно возразил полицейский, поднимая мусорную корзину.

Аполлон равнодушно выгнул бровь. Он был абсолютно уверен в том, что Пикси его обокрала.

Она скрестила на груди руки, от страха закружилась голова. Она не брала кошелек Аполлона, но ее репутация все равно пострадает. Через несколько часов все местные жители узнают, что блондинка-стилист из салона Салли обвинена в краже. Пикси может остаться без работы. Она не слишком опытна или талантлива, поэтому Салли не рискует потерять клиентов с ее уходом.

Полицейский поднял газету из мусорной корзины, а потом вынул оттуда коричневый кошелек.

– Это ваш?

Удивленный, Аполлон протянул руку:

– Да…

– Когда вешалка покачнулась, ваш кошелек, должно быть, упал в мусорную корзину, – облегченно произнесла Салли.

– Или Пикси спрятала его в мусорной корзине, чтобы взять его в более удобное время, – пробормотал Аполлон.

– Вам следовало самому поискать кошелек, прежде чем вызывать меня, – заметил полицейский. – Вы делаете слишком поспешные выводы, мистер Метраксис.

В ответ на упрек Аполлон слегка запрокинул темноволосую голову:

– Я по-прежнему не уверен, что мой кошелек оказался в мусорной корзине случайно, – признался он. – Пикси из семьи преступников.

Пикси замерла от шока и стыда. Она не понимала, откуда о ее родителях узнал Аполлон Метраксис.

– Но судимости у меня нет! – отрезала она, наблюдая, как Аполлон кладет банкноту на стол и Салли торопливо отдает ему сдачу.

– Мы не должны обсуждать личную жизнь сотрудников публично, – сухо сказал полицейский и откланялся.

– Ты можешь уйти до конца дня, – беспокойно предложила Салли. – Я сожалею, что сразу вызвала полицию, но…

– Все нормально, – ответила Пикси сдавленным голосом.

Все закончилось. По стройному телу Пикси пробежала легкая дрожь. Аполлон нашел свой кошелек, хотя он все еще верил, будто Пикси его украла и спрятала в мусорную корзину. Но все действительно позади, и полицейский ушел довольным. От облегчения на глазах Пикси выступили жгучие слезы.

– Простите, – пробормотала она и побежала к себе, чтобы успокоиться и собрать сумку.

Шмыгнув носом, она вытерла глаза, зная, что размазывает по лицу карандашную подводку. Но ей было наплевать. Она хотела вернуться домой и обнять Гектора. Натянув куртку, Пикси прошла через зал салона, стараясь не стесняться того, что клиенты стали свидетелями ее маленькой драмы. Она увидела, что Аполлон ждет ее на улице.

Пикси предположила, что он хочет извиниться перед ней. Иначе зачем ему ждать ее? Она вышла из салона.

– Пикси?

– Отвали, ублюдок! – прошипела она.

– Я приехал поговорить с тобой.

– Ну, ты поговорил со мной, а теперь иди ты… – Пикси выругалась и едва не отшатнулась назад, когда увидела, как яростно сверкнули его зеленые глаза.

– Забирайся в машину. Я отвезу тебя домой, – сухо сказал он.

Пикси снова закричала на него. Аполлон выругался по-гречески, а потом вдруг приподнял Пикси над землей и понес по улице.