Моя до полуночи - Лиза Клейпас

– Мои поздравления, – пробормотал Кэм, оставив всякую надежду получить у этого человека серьезный совет. – Вернемся к нашим книгам. Нам надо обсудить более существенные проблемы, чем сексуальные привычки.

Сент-Винсент нацарапал какую-то цифру и положил перо.

– А я настаиваю на продолжении темы сексуальных привычек. Это гораздо интереснее, чем проверять книги. – Он лениво откинулся в кресле. – Хотя ты очень осторожен и сдержан, Роан, нельзя не отметить, что ты пользуешься большим успехом у женщин Лондона. И судя по всему, ты в полной мере пользуешься своим обаянием.

Лицо Роана осталось невозмутимым.

– Простите, милорд, но к чему вы ведете?

Виконт внимательно посмотрел на Роана:

– Поскольку у тебя раньше не было подобных проблем, я могу предположить, что у тебя просто пропал аппетит – как это случается с другими вещами, – потому что ты пресытился однообразием. Тебе хочется чего-то новенького.

Выслушав это разумное замечание, Кэм подумал, не было ли у бывшего повесы желания сходить на сторону?

Кэм знал жену виконта Эви с детства, с того времени, когда она иногда приходила в клуб вместе со своим овдовевшим отцом, и относился к ней как к младшей сестренке. Никто бы не подумал, что можно соединить чистую Эви с таким развратником. И возможно, никто не был удивлен больше, чем сам Сент-Винсент, когда их брак по расчету превратился в страстную любовь.

– А как насчет семейной жизни? – тихо спросил Кэм. – Не превращается ли она со временем в перенасыщенность однообразием?

Выражение лица виконта изменилось, а взгляд голубых глаз потеплел при мысли о жене.

– Мне стало ясно, что с правильной женщиной никогда не наступает перенасыщение. Наоборот, тебе все время мало. Я был бы рад перенасытиться таким восторгом, но я сомневаюсь, что простому смертному это доступно. – Он решительно захлопнул бухгалтерскую книгу и встал из-за письменного стола. – Извини меня, Роан, но я, пожалуй, пойду.

– А как же счета?

– Оставляю их в твоих умелых руках. – В ответ на недовольную мину на лице Кэма виконт с невинным видом пожал плечами. – Роан, один из нас – неженатый человек с выдающимися математическими способностями и отсутствием всяких планов на вечер. Другой – убежденный развратник, любовное настроение которого влечет его к молодой жене, поджидающей его дома. Угадай, кому легче заняться бухгалтерией? – Небрежно махнув рукой, виконт Сент-Винсент покинул офис.

Рекомендацией виконта была «новизна», и это определение как нельзя лучше подходило к мисс Хатауэй. Кэм раньше не встречал или просто не замечал таких женщин. Он всегда предпочитал опытных, которые относились к соблазну как к игре и никогда не смешивали удовольствие с чувствами. Кэм не представлял себя в качестве наставника невинности. Перспектива соблазнить девственницу показалась ему абсурдной. Все закончится лишь болью, слезами и жалобами. Он отверг эту идею с отвращением. Нет. Амелия Хатауэй ни за что не будет его «новенькой».

Ускорив шаги, Кэм Роан поднялся по лестнице в гостиную, где его ожидали женщина и ее смуглый спутник. Меррипен было обычным цыганским именем. Но сам парень был явно не в обычном положении. Он был вроде слуги у Амелии, но для свободолюбивого цыгана это неестественно, даже отвратительно.

Однако у Кэма и Меррипена было что-то общее. Оба они работали на гаджо, вместо того чтобы кочевать по земле независимыми, как того хотел Бог.

Цыган рожден не для того, чтобы жить в четырех стенах. Жить в коробках, не видеть неба, солнца и звезд, не чувствовать ветра. Дышать воздухом, отравленным запахами еды и политуры. Впервые за многие годы Кэм немного запаниковал: в Меррипене, как в зеркале, он разглядел себя. И ему не понравилось отражение. Кэм подавил в себе неприятное чувство и сосредоточился на том, чтобы поскорее избавиться от этой странной парочки.

Толкнув полуоткрытую дверь, он вошел в гостиную.

Мисс Хатауэй стояла посреди комнаты в напряженном ожидании, а Меррипен сидел в темном углу. Когда Кэм подошел к Амелии и посмотрел ей в глаза, он почувствовал странный прилив тепла. Ее голубые глаза смотрели на него вопросительно, губы были крепко стиснуты, темные блестящие волосы убраны в пучок.

Эти туго стянутые волосы, эта скромная одежда выдавали ее как женщину, подчинившуюся запретам. Настоящая старая дева. Но ничто не могло скрыть ее рвущейся наружу энергии. Амелия была… восхитительна. Кэму захотелось насладиться ею, как долгожданным подарком. Чтобы она лежала под ним обнаженная, чтобы ее мягкие губы припухли от его страстных поцелуев, а ее роскошное тело порозовело от желания. Он не ожидал от себя таких эмоций и постарался сделать каменное лицо, чтобы она ни о чем не догадалась.

– Ну? – потребовала Амелия. Если бы она могла сейчас прочесть мысли Кэма, то с криком бросилась бы вон из комнаты. – Вы узнали что-нибудь о том, где находится мой брат?

– Узнал.

– И?

– Лорд Рамзи был у нас в начале вечера, проиграл немного денег в казино…

– Слава Богу, он жив! – воскликнула Амелия.

– …И возможно, решил найти утешение от потери в соседнем борделе.

– В борделе? – Амелия бросила отчаянный взгляд на Меррипена. – Клянусь, Меррипен, сегодня он примет смерть из моих рук. – Посмотрев на Кэма, она спросила: – И много он проиграл?

– Примерно пятьсот фунтов.

Ее голубые глаза сверкнули гневом.

– Смерть его будет мучительной. В каком он борделе?

– Брэдшоу.

Амелия потянулась за шляпкой.

– Идем, Меррипен. Заберем его оттуда.

Меррипен и Кэм воскликнули одновременно:

– Нет!

– Я хочу убедиться, что он в порядке. Хотя очень в этом сомневаюсь. Я не вернусь домой без Лео, – добавила она, глядя на Меррипена.

Кэм устало взглянул на Меррипена:

– Как ты думаешь, мы имеем дело с упрямством, идиотизмом или комбинацией того и другого?

Амелия вмешалась прежде, чем Меррипен успел отреагировать на вопрос.

– С моей стороны – это упрямство. А идиотизм характеризует исключительно моего брата. – Она надела шляпку и завязала под подбородком ленты.

Ленты были ярко-красного цвета. Это яркое пятно в более чем скромной одежде казалось нелепым, даже неприличным, но оно заворожило Кэма.

– Вы не можете туда идти. Не говоря уж о приличиях и безопасности, вы ведь точно не знаете, там ли он, черт возьми!

Амелия не вздрогнула, услышав это ругательство.

– Полагаю, что у вашего заведения и борделя много общего. Вы сказали, что бордель расположен по соседству. Стало быть, невелик труд добраться туда, и все, что мне надо сделать, так это последовать за вышедшими от вас посетителями. Прощайте, мистер Роан. Благодарю вас за помощь.