Моя до полуночи - Лиза Клейпас

Но она все же попытается.

Она стала кружить по комнате – слишком много эмоций, чтобы сидеть и спокойно ждать. Лео надо спасать. Но сколько времени займут его поиски? И когда наконец вернется Роан?

– Я выйду, чтобы оглядеться. – Амелия направилась к двери. – Я не пойду далеко. А ты оставайся здесь, Меррипен, на случай если вернется мистер Роан.

Меррипен что-то буркнул себе под нос и, не обращая внимания на ее протест, пошел за ней.

– Это неприлично, – услышала она его голос за спиной.

Амелия возмутилась. Какое ей дело до приличий?

– Это мой единственный шанс увидеть игорный клуб изнутри, и я его не упущу.

Она решительно пошла на шум голосов и отважилась выйти на галерею, окаймлявшую по третьему этажу огромный зал внизу.

Три игровых стола окружали толпы элегантно одетых мужчин, наблюдавших за игрой, в то время как крупье, орудуя специальной лопаточкой, собирали фишки и деньги. Было шумно, атмосфера в зале была наэлектризована от всеобщего возбуждения. По залу сновали служащие – одни с подносами с закусками и напитками, другие – с фишками и свежими колодами карт.

Спрятавшись за колонной, Амелия стала сверху разглядывать толпу. Ее взгляд остановился на мистере Роане. Он уже облачился в черный камзол и галстук, и хотя он был одет так же, как остальные члены клуба, все равно на их фоне выделялся, как лиса среди голубей.

Роан сидел за большим письменным столом управляющего в углу зала, откуда ему был виден весь зал, и давал какие-то распоряжения служащему. Его жесты были сдержанными, голос тихим, но почему-то создавалось впечатление представления, рассчитанного на публику.

И вдруг… напряженный интерес к нему Амелии каким-то образом дошел до него. Роан поднял голову и посмотрел прямо на нее. Точно так же, как на улице. Сердце Амелии забилось сильнее, и она ощутила это биение во всех частях своего тела – в руках, и ногах, и даже в коленях. Краска залила ее лицо. Она застыла, как виноватый ребенок, застигнутый врасплох. Потом очнулась и быстро спряталась за колонну.

– В чем дело? – спросил Меррипен.

– Мне кажется, мистер Роан увидел меня. О Боже, надеюсь, что он не рассердился. Давай поскорее вернемся в нашу комнату.

Рискнув выглянуть из своего убежища за колонной, она увидела, что мистер Роан исчез.

Глава 2

Кэм Роан встал из-за письменного стола и покинул игровой зал. Правда, он не мог уйти без того, чтобы его раз-другой не остановили: сначала привратник шепнул ему на ухо, что лорд такой-то желает, чтобы ему увеличили первоначальный кредит, потом буфетчик спросил, надо ли пополнить запас закусок и напитков для играющих в карты. Он рассеянно отвечал на их вопросы, занятый мыслями о женщине, которая ждала его наверху.

Обычный вечер обещал стать особенным.

Уже давно ни одна женщина не вызывала у него такого любопытства, как Амелия Хатауэй. Как только он заметил ее в переулке – румяную, пышущую здоровьем, в скромном платье, облегавшем ее роскошную фигуру, он сразу почувствовал вожделение. Он даже не понял почему – ведь она была воплощением всего того, что раздражало его в англичанках.

Было очевидно, что мисс Хатауэй нисколько не сомневалась в своей способности управлять всем, что ее окружает. Обычно реакция Кэма на подобных женщин была всегда одной – бежать в противоположном направлении. Но как только он заглянул в прелестные голубые глаза Амелии и увидел крошечную морщинку на переносице, когда она нахмурилась, то вдруг почувствовал нездоровое желание схватить ее, куда-нибудь утащить и овладеть, не церемонясь, полностью отдавшись первобытному инстинкту.

По правде говоря, нецивилизованные желания обуревали его как-то уж слишком часто. И в последнее время Кэм обнаружил, что ему все труднее с ними справляться. Он стал вспыльчив, нетерпелив и легко поддавался на провокации. То, что некогда доставляло ему удовольствие, перестало его удовлетворять. Хуже того, он заметил, что относится к своим сексуальным забавам почти с тем же равнодушием, как ко всему, что он делал в последнее время.

Найти себе женщину никогда не составляло для него труда. Кэм находил утешение в объятиях многих женщин и доводил их до нужного состояния. Однако настоящего восторга он уже давно не испытывал. Ни возбуждения, ни огня, одно лишь ощущение того, что это только отправление физиологической функции, такой же, как сон или прием пищи. Кэм был так всем этим расстроен, что даже решил обсудить проблему со своим работодателем лордом Сент-Винсентом.

Некогда ловелас, не пропускавший ни одной юбки, а теперь примерный семьянин, лорд Сент-Винсент понимал в этих делах больше многих прочих. Когда Кэм Роан мрачно поинтересовался, не является ли уменьшение сексуальной активности признаком старения – ведь его возраст приближается к тридцати годам, – лорд Сент-Винсент даже поперхнулся бренди.

– Да нет, Бог с тобой, – ответил виконт, откашлявшись. Время уже было под вечер, и они сидели в офисе управляющего, проверяя бухгалтерские книги.

Сент-Винсент был красавцем со светлыми волосами и голубыми глазами. Некоторые утверждали, что у него самые совершенные черты лица и фигура. Но это был человек с лицом ангела и душой негодяя.

– Позволь узнать, с какого рода женщинами ты спал?

– Что значит «какого рода»?

– С красивыми или простушками?

– Думаю, что с красивыми.

– В этом-то и заключается твоя беда, – деловым тоном заявил виконт. – Простые женщины доставляют гораздо больше удовольствия. Потому что нет более возбуждающего средства, чем благодарность.

– Но ты все же женат на красавице.

Губы Сент-Винсента растянулись в улыбке:

– Жены – это совершенно другое дело. С ними приходится прилагать больше усилий, но и вознаграждение, которое получаешь, того стоит. Я рекомендую жен. Особенно своих собственных.

Кэм Роан смотрел на виконта с некоторым раздражением. Серьезный разговор с ним часто не получался из-за того, что Сент-Винсент обожал поупражняться в остроумии.

– Если я правильно вас понял, милорд, – спросил Кэм, – вы рекомендуете начать соблазнять некрасивых женщин?

– Роан, я пытаюсь понять твою проблему. – Сент-Винсент обмакнул кончик серебряного пера в пузырек с чернилами. – Хотя я никогда не испытывал недостатка в желании. Полагаю, что оно исчезнет, только когда я буду на смертном одре. Впрочем, что я? В недалеком прошлом я уже побывал на смертном одре, но даже тогда хотел оказаться в постели со своей женой.

– Мои поздравления, – пробормотал Кэм, оставив всякую надежду получить у этого человека серьезный совет. – Вернемся к нашим книгам. Нам надо обсудить более существенные проблемы, чем сексуальные привычки.