Никогда не заговаривайте с неизвестными - Анна Малышева

Глава 2

Когда он наконец смог подняться, было уже поздно. Пропала машина, а в ней исчезла Алия. Так глупо он никогда не выглядел. «Здорово она меня приложила!» — подумал парень, прислушиваясь к своим ощущениям. Ощущения были, прямо сказать, пакостные. Стоял с трудом, голова гудела, спина разламывалась. Вместе с девицей исчезла и ее сумка.

Иван поплелся к подъезду. В лифте передохнул, привалившись к стенке. Выйдя на третьем этаже, пару раз позвонил в свою дверь. Сергей открыл.

— Ты чего, Вань?! — испугался он, увидев друга в таком виде — в грязи, в снегу, глаза дикие.

— Запри дверь, — пробормотал Иван, переступая порог. Он нашел силы дотащиться до дивана в своей комнате и осторожно сел. Сергей уже был рядом, заглядывал ему в лицо:

— Что случилось?!

— Эта дрянь… Девка… Угнала мою тачку…

— Что?!

— То! — Иван прилег, и голова переполнилась мерзкой мутью. — У меня, кажется, сотрясение мозга. Дай полотенце мокрое…

Но и мокрое полотенце не помогло. Его сильно тошнило. Он предпочитал не открывать глаз. И странно, к злобе примешивалось какое-то странное чувство. Почти восхищение, как ни смешно.

Девчонка его обошла. Так просто! И поступила правильно. Он бы сам на ее месте… Сергей молчал. Он соображал.

— Она тебе по голове дала, что ли? — спросил он наконец.

— Ну.

— А чем?

— Откуда я знаю? У нее вроде ничего не было.

Она пару раз дала по почкам, потом вырубила меня. Уложила за минуту. И умотала на моей машине.

— Вот же поганка! — поразился Сергей. — Ну, только никому об этом не рассказывай — смеяться будут. Как она тебя?! В ней же росту — метр пятьдесят, не больше. И на дзюдоистку не тянет.

— Дзюдо ни при чем. Она меня просто избила!

Представляешь?! — ответил Иван. И его вдруг разобрал смех. Он хмыкал, пытаясь не шевелить головой — наплывала муть. Сергей сочувственно заметил:

— Пройдет, не переживай. Тачку жалко — она ее бросит где-нибудь.

— Надеюсь.

— Зато в ментовку не поедет. Гарантия.

— Откуда гарантия? Что ты болтаешь? — рассердился Иван. — Отсюда все равно надо сваливать.

— Подождем хотя бы дня два.

— За два дня многое может случиться.

Сергей не ответил. Он присел на диван и задумался. Потом спросил:

— А работать ты сможешь?

— Посмотрим завтра.

— Завтра будет поздно. Надо сделать одного мужика. Ранним утречком лучше всего. Я уже взял деньги.

— Кто такой? — спросил Иван.

— Коммерсант. Фотка, адрес, номер тачки — погляди!

Иван взял сперва фотографию, равнодушно на нее посмотрел, потом прочитал адрес, — Как же без машины? — спросил он.

— Машина не проблема. Может, и было лучше другую взять, чтобы не примелькаться. Найдем.

Сделай его, и передохнем. Прямо после дела катанем в Эмираты. Позагораем, на верблюдов посмотрим, шашлык покушаем в пустыне. Ну, как?

— Хорошо. — Иван закрыл глаза. — Шашлык из сайгачатины.

— Из чего?

— Задумался. А сюда уже не вернемся?

— Не стоит. Сниму другую хату. — Сергей вдруг рассмеялся. — Слышишь, нас, наверное, соседи везде за гомиков принимают. Два мужика живут вместе, и никого им не надо!

— Станешь гомиком после этой Алии, — пробормотал Иван. — Начнешь от девчонок шарахаться… Ну, уела она меня. Найти бы ее!

— Забудь об этой поганке! — посоветовал Сергей. — Она рано или поздно на нас нарвется!

Иван лежал неподвижно, и было неясно — слушает друга или уже спит. Вдруг он провел правой рукой по карману брюк. Еще раз, еще. Потом проверил левый карман.

— Ты что ищешь, Вань? — встревожился Сергей.

— Погоди! — Иван, не поднимаясь, прощупал карманы куртки и вздохнул:

— Ну, так я и знал.

Нету. Унесла.

— Что унесла? Она тебя еще и обокрала?!

— Книжку унесла. Я у нее записную книжку забрал, а она ее у меня вытащила, пока я на снегу корчился! Так она что — из-за книжки меня долбанула?!

— На черта тебе была ее книжка?

— Сам не знаю. Подразнить хотел. Узнать, кто у нее есть из друзей… А ей, видно, этого не хотелось. При тебе-то она побоялась напасть, выждала, когда мы наедине останемся. Да, не так она проста, как я думал!

* * *

Ранним утром следующего дня частный предприниматель Хлопушин П.В., 1956 года рождения, москвич, был расстрелян из двух автоматов израильского производства в тот момент, когда снимал замок со своего гаража. Несмотря на то что вокруг было довольно оживленное движение, убийцы беспрепятственно скрылись.

* * *

…В Дубаях Иван окончательно пришел в себя.

Голова не кружилась, и тошнота начисто прошла.

Да и мало ли было в его биографии таких ударов!

Алию он не забыл. Беспокоился, рвался обратно в Москву, пока Сергей не разозлился:

— Мы отдыхаем или нет?

— Отдыхаем, — отмахнулся Иван. — Только отдыхай не отдыхай, а машину я хочу найти.

— Приедем — поищем.

— Может, уже нашлась. Я позвоню матери.

Он позвонил ей с улицы, из автомата. Говорил минут десять и вернулся в тайский ресторанчик, где они с Сергеем обедали, с посеревшим лицом.

— Как дома? — приветствовал его Сергей, с трудом отрываясь от даров моря.

— Плохо. — Иван огляделся, но вокруг их столика русских туристов не наблюдалось. И все равно он понизил голос:

— Машина нашлась.

— Поздравить можно?

— Не стоит. Машина была возле метро «Автозаводская». Стекло разбито, магнитолу утащили, все поснимали, вплоть до ковриков. Ну, вообще все.

— Думаешь — она?

— Зачем ей коврики и «дворники»? Скорее, уличная шпана потрудилась. А она просто бросила там тачку и ушла.

— Ну, и фиг с ним, со стеклом, — утешал его Сергей. — Новое поставишь. Магнитолу жалко, но уж как-нибудь на новую разоришься. Долларов за шестьдесят купишь спокойно. Хотя бы и здесь!

Главное — машина цела.

— Лучше бы она сгорела, — убито ответил Иван. — С плеч долой!

— Что ты болтаешь?

— К матери милиция приходила. Участковый и с ним еще какой-то тип. Спрашивали, где я, как меня найти. Мать, ясно, не знала. Я же ей не сообщаю, где живу. Это ментам не понравилось. Велели сразу, как я появлюсь, сообщить. Взяли координаты всей родни.

— А что они заявились? — Сергей тоже огляделся по сторонам. — Против нас ничего нет.

— Есть. Машина.

— Твоя, что ли?

— Да. Менты ее и нашли. Держись за стол, не падай! История простая. Предположительно из моей машины стреляли в одного типа. Мужик этот на телевидении работал, мать мне сказала где, но я уже не слушал. Понял? Заказное убийство — явное! И его сделали из моей «девяточки».

Помолчав, он добавил:

— Я должен найти Алию. Мы летим домой. Я завтра же. Ты — через день. И там мы не встречаемся. Ты меня понял?

Сергей поник:

— Я говорил, что эта поганка устроит веселую жизнь… Пока дело не кончится, работать мы не будем. А дальше что? За тобой теперь будут присматривать…

— Там видно будет.

* * *

…А на другое утро Иван, впервые за последний год, явился домой. Ключей у него давно уже не было. Он нажал кнопку звонка и не отпускал ее, пока мать не открыла.

— Ванюша, ты?! — Она почему-то испугалась, увидев его.

— Привет, мам. — Он суеверно переступил порог с правой ноги и чмокнул мать в жирную от ночного крема щеку. — Ой! Чем это ты мажешься?

— Заходи, заходи… — Мать суетливо запирала дверь, прикладывала ладонь к губам, пугливо разглядывала сына. — Ты все-таки приехал… Есть будешь?

— Буду. — т Иван чувствовал себя неловко в тесной прихожей. Ему почему-то казалось, что квартира стала меньше, чем была. Мебель какая-то неузнаваемая, и неприветливо смотрит большое зеркало на стене… И мать другая. Морщинистая, сутулая… Старая.

— Яичницу? — спрашивала та, все еще не сводя с него испуганных глаз.

— С помидорами, мам?

— Сделаю. С помидорами, со свеженькими…

Как ты любил…

Глаза у нее налились влагой, а он сердито поправил:

— И до сих пор люблю. Не говори про меня, как про покойника.

— Это я так, прости… Давно тебя здесь не было.

Я уже забыла, когда…

— Вот пришел же!

Мать гремела посудой, открывала воду, хлопала дверцей холодильника. Суетилась без толку, нервничала, все у нее валилось из рук. Она делала завтрак, а он, стоя у окна в тесной кухне, рассматривал двор, откинув занавеску. Знакомый двор, большой. Раньше напротив не было ничего, кроме пустыря. На этом пустыре они пацанами жгли костры, гоняли мяч, курили, присев на корточки и озираясь, не идет ли кто из взрослых…

Хорошо тогда было, свободно. А теперь там стоят два новых высотных дома. Прежние дружки — где теперь они? Домовой, Ваньтяй, Косой? Теперь им всем за тридцать, здоровые мужики, женатые, наверное… И тополя во дворе подросли. А за углом его школа — желтая, облезшая. Вон виднеется ограда.

— Садись, кушай! — позвала его мать. — Только руки вымой.

Он усмехнулся:

— Ну, я же не маленький. Да, мам, я тебе привез кое-что, может, надо?