Закон Зоны - Константин Горюнов

— Идет.

Ударили по рукам. Маклауд отсчитал мятые купюры, забрал автомат. Старый, привычный, он ушел в рюкзак как запасной. Новый повесил на грудь.

— Спасибо, Дрон. Выручил.

— Себя выручишь, — буркнул механик. — Ты куда вообще собрался? Если не секрет.

— Х-14.

Дрон поперхнулся воздухом. Закашлялся, вытер слезящиеся глаза.

— Туда? Ты сдурел, Коля? Там же...

— Знаю. Аномалии, мутанты, радиация. Слышал уже.

— И прешься?

— Надо.

— Кому надо?

Маклауд помолчал, глядя на огонь. Потом достал письмо, протянул механику.

— Читай.

Дрон взял конверт, вытащил листок, пробежал глазами. Чем дальше читал, тем шире становились его глаза.

— Змей, — выдохнул он. — Это ж тот Змей, который...

— Который погиб. Да. Но, видишь, не совсем.

— Подделка, — уверенно сказал Дрон. — Кто-то хочет тебя заманить.

— Может быть. Но почерк его. И эти слова... «Долг помнишь». Только он так говорил.

Дрон вернул письмо, покачал головой.

— Коля, я тебя знаю давно. Ты упертый, как баран. Если решил — переубедить невозможно. Но хоть подготовься нормально.

— Для того и пришел.

— Ладно. Давай нож.

Маклауд снял с пояса нож, протянул. Дрон покрутил в руках, оценивая.

— Хороший нож. Финка старая, еще советская. Такими наших дедов резали.

— Не наших. Врагов.

— Это с какой стороны посмотреть. Ладно, сделаю. Часа через два подходи.

— Добро.

Дрон ушел в свою мастерскую — старый вагончик, заваленный железками и промасленными тряпками. Маклауд остался у костра. Достал карту, разложил на коленях, всмотрелся.

Х-14 было отмечено красным крестом, поставленным от руки. Кто-то до него уже интересовался этим местом. Судя по пометкам — военные. Или те, кто выдает себя за военных.

Рядом с костром зашуршало. Маклауд поднял голову — подходил молодой сталкер, почти пацан. Рожей не вышел, экипировка дешевая, автомат древний, еще калашниковского образца.

— Дядя, — позвал он. — Не угостишь чаем?

— Я тебе не дядя, — буркнул Маклауд. — Садись, если не брезгуешь.

Пацан сел, протянул руки к огню. Был он худой, обветренный, с лихорадочным блеском в глазах. Такие долго в Зоне не живут. Слишком много надежд, слишком мало опыта.

— Как звать? — спросил Маклауд, протягивая кружку с чаем.

— Веном, — с вызовом сказал пацан.

Маклауд хмыкнул.

— Веном? Это ж яд такой. Смертельный.

— Ну да. Я быстрый и опасный.

— Быстрый и опасный, — повторил Маклауд. — Слышал я уже таких. Вон, за тем деревом двое лежат. Тоже быстрые были. Пока не встретили кровососа.

Пацан побледнел, но виду не подал.

— Я не боюсь.

— Бояться — нормально. Главное, чтобы страх работой не мешал. А ты куда собрался?

— На Свалку. Говорят, там артефакты есть. Можно поднять денег.

— Можно, — согласился Маклауд. — А можно и не поднять. Там сейчас бандиты лютуют. Срежут тебя за милую душу, даже не спросив имени.

— Я прорвусь.

— Прорвешься, — кивнул Маклауд. — Или нет. Статистика пятьдесят на пятьдесят. Но учти: трупов на Свалке больше, чем артефактов.

Пацан задумался. Пил чай мелкими глотками, грел озябшие пальцы.

— А ты куда? — спросил он.

— Далеко.

— Можно с тобой?

Маклауд посмотрел на него долгим взглядом. Пацан сжался, но глаз не отвел.

— Нельзя, — отрезал Маклауд. — Во-первых, ты мне в подметки не годишься. Во-вторых, туда, куда я иду, даже матерые сталкеры не суются. А в-третьих... жить хочешь?

— Хочу.

— Тогда слушай сюда, Веном. Сиди на Кордоне, пока не наберешься опыта. Ходи с бывалыми, учись. А как научишься — тогда и лезь в пекло. Понял?

— Понял, — уныло сказал пацан.

— Молодец. Допивай чай и дуй к Сидоровичу. Скажи, Маклауд прислал. Он тебя пристроит к кому-нибудь из нормальных. Если, конечно, денег не возьмет вперед.

— А он возьмет?

— Сидорович? — Маклауд усмехнулся. — Он у покойника последний патрон из обоймы вынет и продаст. Так что держи ухо востро.

Пацан допил чай, поднялся.

— Спасибо, дя... то есть сталкер.

— Маклауд меня звать. Запомни.

— Запомню, — кивнул Веном и растворился в тумане.

Маклауд проводил его взглядом. Хороший пацан. Может, выживет. Если повезет. А в Зоне без везения — никак.

Через два часа вернулся Дрон. Протянул нож.

— Готово. Точил на совесть. Бритва, а не нож.

Маклауд взял, провел пальцем по лезвию. Кровь выступила сразу.

— Хорош, — признал он. — Спасибо.

— На здоровье. Ты это... Коля...

— Что?

— Возвращайся. А то кому я потом буду оружие продавать? Сидоровичу, что ли? Он стрелять не умеет, только торговать.

— Вернусь, — пообещал Маклауд. — Куда я денусь.

Он поднялся, закинул рюкзак. Автомат на грудь, винтовка за спину, нож на пояс. Вес знакомый, привычный. Тело знало, что делать, даже когда голова отдыхала.

— Проверь детектор, — посоветовал Дрон. — Там, куда идешь, аномалии хитрые. Могут и не пискнуть, а ты уже в мясорубке.

— Есть у меня детектор. Новый, хороший.

— Покажи.

Маклауд достал прибор, протянул. Дрон покрутил, понажимал кнопки, приложил к уху.

— Работает, — кивнул он. — Но ты все равно болты не забывай. Техника техникой, а старый метод надежнее.

— Не забуду.

Они пожали руки. Дрон хлопнул Маклауда по плечу и ушел в свою мастерскую. А Маклауд пошел к выходу с Кордона.

У блокпоста его остановили военные.

— Стоять! Куда?

— Гулять, — ответил Маклауд. — Проблемы?

— Проблемы будут, если без документов. Пропуск есть?

— Есть. У Сидоровича купил. Вон, печать стоит.

Сержант посмотрел бумажку, скривился.

— Ладно, проходи. Но учти: через два часа проверка связи. Если не выйдешь на связь — считать трупом.

— Считайте, — согласился Маклауд. — Я не обижусь.

Он прошел блокпост и углубился в лес. Тропа была знакомая — хоженая-перехоженая. Но сегодня она казалась чужой. Потому что вела не туда, куда обычно. Ведет туда, откуда не возвращаются.

КПК пискнул.

Заряд:82Заряд:82Здоровье:100Здоровье:100Радиация:0.02мР/чРадиация:0.02мР/чПатроны:7.62—240шт.Патроны:7.62—240шт.

— Двести сорок, — повторил Маклауд. — Должно хватить. Если не ввязываться в драку.

Он усмехнулся. Кто в Зоне не ввязывается в драку? Только трупы. И то не все — некоторые и после смерти умудряются наступить на растяжку.

Лес кончился, началась Свалка. Знакомая картина: горы ржавого металла, покореженная техника, воронки от взрывов. Когда-то здесь был завод. Теперь — кладбище машин и надежд.

Маклауд шел осторожно, бросая болты