Бег зайца через поля - Себастьен Жапризо

Шустряк. — Чарли направляется к окну и смотрит на последние блики заката на реке. — Отсюда замечательный вид. А тебе какой здесь уголок больше нравится?

— Там, у воды, — удивленно отвечает Тони.

— Годится. Если завтра утром ты не вернешь мне мои бабки, там тебе и выроют могилку.

Труп Реннера в выставочном павильоне Соединенных Штатов.

Вокруг тела стоят полицейские, суетится фотограф, поминутно щелкая вспышкой.

Голос комментирует.

— Джулиус Реннер, сорок восемь лет, был смотрителем Театра на площади Искусств. Убит, конечно, грабителем.

Остается лишь в очередной раз с прискорбием констатировать рост преступности в нашем городе…

Это вечерние новости по цветному каналу канадского телевидения.

Шугар выключает телевизор и возвращается к остальным, которые, ужинают в большом зале.

— Отбой тревоги!

За овальным столом, где пустует всего одно место, только Тони смотрит передачу.

У Риццио и у Маттоне перед глазами по иллюстрированному журналу: у Риццио — комиксы, у Маттоне — раздетые красотки Чарли погружен в бюллетень скачек и, не переставая зевать, подчеркивает карандашом клички лошадей.

Тони по-прежнему в наручниках. Перед ним — ни тарелки, ни прибора. Есть ему не дают. Он вынужден довольствоваться зрелищем того, как едят другие.

— Реннер получил по заслугам. Никогда нельзя доверять фараону, — говорит, не поднимая глаз, Маттоне.

— Вместо того чтобы провернуть с нами дельце, вздумал смыться с денежками.

— Какое дельце? — спрашивает Тони.

Наступает молчание Шугар сидит на противоположном конце стола, и перед ней тоже журнал — кинематографический.

Все смотрят на Тони, потом Чарли переводит взгляд на Маттоне.

— Он задал тебе вопрос.

— Ему это знать не полагается.

— Тогда зачем говоришь?

Насупившись, как уличенный в недобросовестности ученик, Маттоне утыкается в журнал. Остальные тоже. Но спустя миг он не выдерживает, это сильнее его.

— Послушай, Чарли, я не виноват, что не нашел деньги! Я все перерыл!

Чарли холодно пододвигает к нему тарелку, как бы говоря:

«Ешь и молчи» Маттоне повинуется. Они едят тушеное мясо с фасолью.

— Ну как, вкусно? По-моему, вкусно. — Шугар поворачивается к Тони.

Тот зверски голоден, но улыбается ей, и она улыбается ему в ответ.

Совершенно неожиданно — до сих пор не было слышно ни звука — кто-то, вновь пришедший, швыряет на стол между Тони и Шугар фазана, Великолепного красно-золотого фазана.

Незнакомец направляется к пустующему месту и кладет свой винчестер на стол. Оказывается, это не мужчина, а девушка совсем юная, но с непроницаемым лицом и ледяным взглядом.

Когда она снимает шляпу, по плечам ее рассыпаются длинные черные волосы.

— Это сестра Пола Пеппер, а это Фрогги, — объясняет Чарли.

Девушка удостаивает Тони лишь беглым взглядом. Не садясь, она рукой накладывает в пустую тарелку куски мяса, отправляя некоторые из них в рот.

Наполнив тарелку, она забирает ее и винчестер и поднимается по лестнице на второй этаж. За все — это время она не проронила ни слова.

— Пеппер — это значит «перец». Не обращай внимания, Фрогги.

— Ему как раз не помешало бы обратить внимание. У нее-то ружье, — с завистью говорит Маттоне.

— У нее ружье, чтобы охотиться.

— Когда она узнает, кто приложил ее брата, тогда поглядим, на кого она будет охотиться. — Чарли продолжает есть, не поднимая глаз.

Маттоне хохочет. Риццио на мгновение отрывается от журнала и бросает взгляд на Тони. Шугар, чтобы разрядить атмосферу, встает, берет фазана за лапы и взвешивает в руке.

— Я приготовлю его завтра вечером. С грибами. И уходит на кухню.

Шугар толкает дверь в комнату Пола и входит с чашкой настоя.

Пол лежит в кровати с открытыми глазами, тяжело дыша.

Пеппер сидит подле него на стуле, с винчестером на коленях.

Тарелка, которую она наполняла внизу, так и стоит нетронутой на столике у изголовья.

— Скажи, он не умрет, а?

— Да нет же. — Шугар садится на край кровати и заставляет больного выпить. Тот неосознанно повинуется.

— Ему бы доктора, — говорит Пеппер.

— Ты же знаешь, что нам нельзя.

— Когда-то у нас был свой доктор!

— Те времена прошли, Пеппер.

Подоткнув Полу одеяло, Шугар собирается уходить. Но Пеппер выпрямляется и задерживает ее.

— Кто это с ним сделал?

Перед Шугар хищный зверек, раненый, опасный.

— Реннер. Он мертв.

Шугар выходит. На лестничной площадке она смотрит на чашку — в ней осталось немного настоя. Чтобы не пропадать добру, она допивает его сама.

Ручища Маттоне выдирает из горшка цветок вместе с землей и корнями.

Бывший боксер ставит цветок на голову статуэтке, а пустой горшок — на бильярдный стол. Потом он садится возле Риццио, который вырывает из журнала страницы и комкает их в шар.

На овальном столе, с которого еще не все убрано, Чарли раскладывает пасьянс. Тони со скованными руками сидит поодаль.

В зал входит Шугар и собирает со стола оставшуюся посуду.

Она смотрит на Чарли.

— Партию в gin-rummy? [2]

Чарли берет колоду.

— Десять центов очко.

Шугар усаживается напротив него. Тем временем Тони наблюдает за тем, как забавляются Маттоне и Риццио: они бросают скомканные журнальные страницы в пустой цветочный горшок.

— С кем сыграешь. Тони, с ними или с нами? — спрашивает Шугар.

Чарли, начавший сдавать карты, поворачивается к Тони, но ничего не говорит.

Тони нерешительно встает, подходит к Риццио и сует ему под нос свои наручные часы на запястье. Довольно симпатичные золотые часы — все, что у него осталось.

— Двадцать пять долларов — и часы твои, Риццио.

Риццио снимает часы с его руки, подносит к уху, слушает и достает деньги.

— Ведь у тебя уже есть часы! — возмущенно кричит Маттоне.

Действительно, у Риццио есть часы — на левой руке.

Купленные у Тони он надевает на правую.

— Двадцать долларов и три сигареты. Просто чтобы поторговаться, — говорит Тони.

Поначалу удивившись, Риццио достает пачку сигарет. Тони вытаскивает из нее три штуки и садится за овальный стол.

Кладет перед собой купюры и прихлопывает их сверху ладонью.

— Чарли, хочешь пари на двадцать долларов?

Уверенно, несмотря на наручники, Тони ставит одну из сигарет стоймя на стол. Потом — медленней, аккуратней ставит на нее другую, и они не падают.

Риццио и Маттоне, заинтересовавшись, подходят и смотрят из-за плеча Шугар.

Без колебаний, но с величайшими предосторожностями Тони ставит на две сигареты третью; И она стоит.

— Если сделаешь так, заберешь все, — обращается Тони к Чарли.

Все завороженно смотрят на хрупкую башенку.

Тони щелчком сбивает ее.

Чарли достает купюры, кладет их поверх денег Тони и берет со стола три сигареты.

Ему удается поставить первую, потом вторую сверху.

Третья падает, едва он отнимает пальцы:

Вздох. Какое-то время Чарли остается неподвижным, потом подбирает сигарету, подносит ее ко рту и закуривает.

Риццио и Маттоне, разочарованные, возвращаются к прерванной игре.

— А у Фрогги ловкие пальцы, раз ему удалось такое. Он мог бы нам пригодиться.

Шугар явно ждет ответа. Но Чарли ограничивается тем, что сгребает со стола сорок долларов. Тони делает движение, чтобы их удержать, но опаздывает.

— В погашение того, что ты мне должен, Фрогги.

Чарли возвращается к прерванной партии.

А за мостом, привалившись к дереву, цыган с кожаной полоской на лбу, усеянной золотыми кнопками, играет на свирели.

Остальные двое сидят на земле, подле угасающего костра Они находятся более чем в километре от дома. Тишину здесь нарушает только песнь свирели. Цыгане не собираются убивать Тони у посторонних людей. Они ждут, вот и все. Они будут ждать столько, сколько понадобится.

Стоит очень светлая ночь, ночь полнолуния, и мелодия, та же, что была утром, теперь звучит угрожающе.

В комнате Риццио, у окна. Тони свернулся в детской кроватке. В большой кровати крепко спит Риццио.

А Тони не спится.

В доме нельзя услышать свирель цыгана, караулящего там, за мостом. Но он, Тони, слышит. Она звучит у него в голове.

Надрывная и неотвязная, как воспоминания, которые мешают ему уснуть.

ПОЖАРНАЯ МАШИНА

Тысяча лесных звуков.

В окне коридора второго этажа из-за деревьев встает багровое солнце.

У самого окна чье-то затаенное дыхание Это Маттоне, прижавшись к стене, смотрит в щель чуть приоткрытой двери.

Он одет в старый, поношенный боксерский халат.

На спине еще можно прочесть вылинявшую надпись BOMBER MATTONE [3].

Подсматривает же он за Шугар в ванной комнате Она только что приняла душ и вытирается махровым полотенцем.