Княгиня Ольга - В. Духопельников

Вот и все, что мы знаем о внутренней политике Игоря. Но существуют косвенные доказательства, которые дают нам основание считать, что за время княжения Игоря произошли изменения в структуре власти на Руси, а также укрепилась власть великого князя Киевского. Обратимся к договору Игоря с греками 945 г. и сравним его с договором Олега с греками.

Напомним, договор 912 г. заключали послы от имени великого князя Киевского и других «светлых и великих князей». Договор 945 г. заключается посланными «от Игоря, великого князя русского, и от всякого княжья, и от всех людей русских». Итак, в договоре Игоря упоминается только один великий князь. Остальные – «всякие» князья, т. е. подвластные, не самостоятельные. Это возвышало не только киевского князя, но и его семью и киевских бояр над всем остальным населением Руси.

После гибели Игоря в 945 г. для Киева наступили трудные времена: отложилась Древлянская земля; наследник, как отмечает летопись, был «детеск», т. е. дитя, и во главе государства встала великая княгиня. Летописец пишет: «Ольга же была в Киеве с сыном своим, ребенком Святославом, и кормилец его был Асмуд, а воевода Свенельд – отец Мстиши».

Итак, летопись снова (впервые с 903 г.) упоминает Ольгу: она заняла Киевский стол. И здесь летописец задает нам очередную загадку. Как мы, ссылаясь на летописи, говорили выше, Игорь и Ольга были язычниками. Согласно же языческой религии, когда умирал муж, то вместе с ним хоронили и его жену. А Ольге сохранили жизнь, и она даже стала великой княгиней. Нарушение традиции? Или, возможно, Ольгу не лишили жизни потому, что муж был убит и похоронен «за границей» и убивать княгиню в Киеве было нецелесообразно. А возможно, была другая причина происшедшего, о которой умолчал летописец. Как бы там ни было, нам следует возвратиться к летописям, описывающим дальнейшие события.

Первые годы правления Ольги, естественно, ушли на решение внутриполитических проблем. Главной такой проблемой были непокорные древляне. Дело в том, что, убив Игоря, древляне стали думать: «Вот убили князя мы русского; возьмем жену его Ольгу за нашего князя Мала, а со Святославом сделаем, что хотим», – и послали в ладье двадцать выборных мужей сватать Ольгу. Когда ладья с послами пристала в Киеве под Боричевым спуском, об этом сообщили княгине. Ольга позвала послов к себе и спросила, с какой целью они пришли в Киев. Послы отвечали: «Послала нас Древлянская земля с такими словами: «Мужа твоего мы убили, так как муж твой, как волк, расхищал и грабил нас, а наши князья хорошие, потому что ввели порядок в Деревской земле – пойди замуж за нашего князя Мала». Ольга им отвечала: «Люба мне ваша речь; мужа мне ведь не воскресить. Хочу почтить вас перед всеми людьми: ступайте в свою ладью, разлягтесь, величаясь, а как пришлю завтра утром за вами, то говорите: «Не едем на конях, ни пеши не пойдем, но несите нас в ладье», и отпустила их к ладье. Древляне ушли, а Ольга велела у терема своего, за городом, вырыть большую и глубокую яму. Утром пришли за древлянами посланные от Ольги и сказали: «Зовет вас Ольга для чести великой». На что древляне им ответили: «Ни пешком не пойдем, ни на конях и на возах не поедем, несите нас в ладье». В ответ на это заявление киевляне ответили: «Нам неволя; князь наш убит, а княгиня наша хочет за вашего князя», – подняли лодку и понесли. Так их принесли к яме, бросили туда вместе с лодкой. Ольга подошла к яме и спросила: «Хороша ли вам честь?» Те ответили, что пуще смерти Игоря. Но Ольгу не разжалобил печальный вид послов. Она приказала их живыми засыпать землей.

После этого Ольга послала в Древлянскую землю послов и велела сказать древлянам: «Если вправду просите меня к себе, то пришлите самых лучших людей, чтобы с великой честью пойти за вашего князя, иначе не пустят меня киевские люди». А что сталось с первыми посланными, про то говорить не велела. Услышав об этом, древляне выбрали лучших людей, которые держали их землю, и послали их в Киев. Когда же новые послы пришли в Киев, Ольга велела вытопить для послов баню, говоря: «Вымывшись, придите ко мне». Когда древляне вошли в баню мыться, то их по приказу Ольги заперли, а баню подожгли. Все послы сгорели заживо.

Хитроумная княгиня опять послала в Древлянскую землю и приказала сказать: «Я уж иду к вам; наварите много меду у того города, где убили мужа моего. Я поплачу над могилой моего мужа и справлю по нем тризну». Древляне и тут не поняли замысла Ольги, наварили меду и стали ее ждать. Ольга пришла налегке, с малой дружиной, поплакала над Игоревой могилой. Затем она велела своей дружине насыпать над могилой мужа высокий курган и творить по муже тризну. После того сели древляне пить, и Ольга приказала отрокам своим прислуживать им. Во время тризны древляне спросили у Ольги: «А где наши послы, которых мы к тебе послали?» Ольга отвечала: «Идут позади, с дружиной моего мужа». Древляне поверили ее словам и продолжали пить. И когда они охмелели, Ольга отошла прочь и велела своей дружине избивать опьяневших древлян. Так избито было до 5000 древлян. Ольга, закончив расправу, воротилась в Киев.

Ольга трижды расправилась с древлянами, но, как говорит молва, это ее не удовлетворило. На другой год (946 г.) княгиня Ольга, собрав большую рать, взяв с собой сына Святослава, пошла войной на Древлянскую землю. Древляне решили защищаться и выставили свои полки против киевлян. В одной из битв, когда войска сошлись для схватки, юный Святослав бросил копьем в древлян. Копье пролетело между ушей коня и ударило коня в ногу, ибо, отмечает летописец, был Святослав еще ребенок. И хотя копье не коснулось врага, поступок Святослава окрылил воевод. Свенельд и Асмуд сказали: «Князь уже начал; последуем, дружина, за князем». Древляне были разбиты. Кто остался в живых, побежали и затворились по своим городам. Ольгина рать обступила Искоростень, где был убит Игорь, но взять его не могла. Древляне поняли, что им милости и пощады ждать нечего, а потому «сидели твердо и бились крепко». Так прошло целое лето. Ольга пошла на хитрость: послала послов в Искоростень и велела сказать: «Чего вы сидите? Все ваши города отдались мне, обещали давать дань и теперь мирно пашут землю. Неужели вы хотите лучше голодной смертью сгинуть, чем дань платить?» Древляне отвечали: «Рады бы давать тебе дань, да ты станешь мстить за мужа». На это Ольга велела им сказать: «Я уж три раза мстила за мужа, больше не хочу; помирюсь с вами, возьму дань и пойду домой». Древляне отвечали, что готовы давать медом и мехами; но Ольга сказала, что от нужды и осады нет у них ни меду, ни мехов, что довольно будет, если они пришлют с каждого двора по три голубя и по три воробья. Древляне обрадовались и послали к Ольге то, что она просила. Ольга, получая голубей и воробьев, сказала древлянам: «Вот вы и покорились уже мне и моему дитяти, идите в город, а я завтра отступлю от него и пойду в свой город». Древляне возвратились в город и с радостью сообщили горожанам, что Ольга уходит. Но радость горожан оказалась преждевременной. Ольга раздала своим ратным людям воробьев и голубей, велела привязать к ним тряпки с серой, в сумерки зажечь тряпки и пустить птиц на волю. Полетели голуби по голубятням, воробьи по стрехам, и все дворы искоростенские загорелись разом, так что потушить было нельзя. Настало в городе великое смятение; чтобы не сгореть самим, горожане пустились бежать в разные стороны, а Ольгины ратники их перехватывали. Старшин княгиня взяла себе, некоторых убили, многих иных раздала своей дружине, на остальных наложила тяжкую дань; две части дани шли в Киев, а третья – в Вышгород Ольге, потому что, – отмечает летописец, – «был Вышгород городом Ольги». После того Ольга с сыном и дружиной прошла по Древлянской земле, устанавливая дани и налоги; «и, – как отмечает летопись, – сохранились места ее стоянок и охот до сих пор».