Аргумент весомей пули - Павел Николаевич Корнев

— Как пожелаешь! — отмахнулся комендант гарнизона, только вот сейчас мои желания не стоили и ломаного гроша.

Развернулся и лицом к лицу столкнулся с мордатым младшим урядником.

— Куда это ты намылился? — нахмурился широкоплечий молодчик и потряс стопкой бумажных листов. — Ты теперь наш!

— Вещи собрать надо! — заявил я в ответ.

Сбоку придвинулся ещё один мордоворот в форме, положил мне на плечо свою мозолистую лапищу.

— Там всё выдадут!

Я скинул его руку, но в бутылку не полез. И не из-за пристального внимания окружающих, просто едва ли сейчас моя настойчивость могла хоть на что-то повлиять. У людей приказ, по-хорошему с ними не столковаться, а если случится по-плохому, то меня самое меньшее в сослуживцы Новика определят.

— Не будешь дурить? — осклабился младший урядник. — Вот и ладушки! Жди, сейчас отправляться будем.

Вьюн и Ёрш к этому времени уже отчалили, так что я присоединился к Огничу и Дарьяну.

— Это как так? — удивился фургонщик. — Ты же лекарь?

Я указал на столь же озадаченного моим назначением книжника.

— А он — духолов. И что с того?

— Но тебя же обещали в больнице оставить! — напомнил Дарьян.

— Обещать — не значит жениться, — буркнул я, хоть и не сомневался, что в стрельцы меня спровадили за спиной магистра Первоцвета.

Отлучиться бы и с ним на сей счёт потолковать, да только младшего урядника показной покладистостью в заблуждение ввести не удалось — с меня не спускала глаз сразу парочка его подчинённых, и как бы ещё причиной столь неуместной бдительности не стало личное распоряжение коменданта.

Обложили, черти драные!

Мелькнула мысль, что оно и к лучшему, ведь в джунглях меня посланнику рода Огненной длани точно не сыскать, но соображение это нисколько не успокоило и в итоге лишь ещё больше раздосадовало.

Ну да — в джунглях меня так просто не отыскать, да только там ничего не стоит и без помощи родичей Лучезара головы лишиться. А не хотелось бы!

Впрочем, я тут же взял себя в руки и даже ухмыльнулся.

Ничего-ничего! Как увезут, так и обратно привезут.

Я наполнил лёгкие воздухом, вколотил себя в состояние внутреннего равновесия и принялся вбирать небесную силу. До двенадцатой ступени возвышения хрен да маленько осталось, надо из кожи вон вывернуться, но на пик адепта выйти. Желательно — прямо сейчас.

И вот с этим возникли серьёзные сложности. Требовалось разделить верхнее полукружие оправы узлом ровно надвое, а я мало того, что не имел ни малейшего понятия, каким образом скрутить узловую точку строго в предназначенном для неё месте, так ещё и лишь в самых общих чертах представлял, как скрутить её вовсе, хоть где-нибудь.

Ну да ничего! Разберусь!

Сжал и завертел энергию по оправе, но сразу сообразил, что точно в нужный момент застопорить её не сумею и этот подход годится лишь для прожига меридианов. Тогда попытался стиснуть небесную силу непосредственно в верхней точке оправы, только и в этом не преуспел. Просто не получалось собрать нужное количество энергии разом.

— Идём, Лучезар! — выдернул из транса окрик Дарьяна, а потом он меня ещё и за руку потормошил.

Я потряс головой.

— Иду, ага…

И я двинулся вслед за приятелями к ближайшей телеге, благо на ту грузились ученики школы Расколотой тверди, а с ними конфликтов покуда ещё не случалось. Вообще не пересекался почти до сегодняшнего дня.

Троица хмурых парней не обратила на меня, Дарьяна и Огнича никакого внимания, они шушукались промеж собой, почём зря перемывая косточки водоворотам, которых всех до одного услали работать в порт Тегоса. Да и двух своих товарищей, отправленных на строительство железной дороги, они поминали безо всякой приязни. От своего распределения парни ничего хорошего не ждали, и я их досаду целиком и полностью разделял. Лично у меня сложилось впечатление, что самых перспективных раскидали по наиболее престижным местам, а всех прочих сплавили стрельцам.

Только я-то не такой! Я — перспективный!

Меня магистр Первоцвет при себе оставить собирался, и если б не этот сучонок Желан…

Тут-то я и осёкся. Поручик черноводской морской пехоты — невелика птица. Конечно, и он мог найти подход к коменданту гарнизона, да только тому с магистром Первоцветом из-за пришлого хлыща отношения портить не с руки. Но вот если в основе всего лежит требование ревизора пресечь блуд — это уже совсем другой расклад. Не слишком-то осмотрительно игнорировать настоятельную просьбу младшего партнёра черноводской торговой компании, пусть даже ты и майор на службе у южноморских негоциантов.

Телеги начали трогаться с места и выезжать со двора, на улице к нам присоединились верховые стрельцы — поскакали во главе процессии и позади неё. Я завалился спиной на дощатое днище и закрыл глаза.

— Лучезар! — позвал меня Дарьян.

— Не сейчас! — отмахнулся я и втянул в себя небесную силу, стиснул её приказом в плотный сгусток, а после разделил надвое и толкнул по оправе один направо, другой налево. Подгадал так, чтобы они столкнулись в высшей точке, попутно вколотил туда ощущение, с которым завязывались узлы при использовании магических сосредоточий.

Почудился намёк на искажение, и я повторил попытку, затем сразу предпринял новую. И ещё одну, и следующую! Подобно кузнецу я несколько часов кряду бил, бил и бил по одной точке, только стремился придать должную форму не раскалённому металлу, а собственному духу. Тоже — раскалённому.

Чуть выше солнечного сплетения будто уголёк затеплился, меня пробрал пот — и не из-за палящих лучей солнца, а по причине разгоравшегося внутри пожара. Стало не хватать воздуха, но своих потуг скрутить узел я не оставил. Увы и ах, успеха так и не достиг, разве что стал предельно чётко ощущать точку приложения сил. Это самым существенным образом снижало опасность промахнуться, и я решил рискнуть: раскрутил один из энергетических сгустков по оправе и принялся подгадывать момент, чтобы перехватить его точно в нужном месте встречным.

Рано. Поздно. Страшно.

Пропустил один оборот, промешкал на второй, не стал ничего предпринимать на третий.

К чёрту! Меня будто под руку толкнули: я задействовал приказ ускорения, и раскрученный по оправе силовой сгусток столкнулся со вторым, выброшенным ему навстречу. Всего так и перетряхнуло, аж зубы клацнули, а потроха словно узлом стянули, но не потроха — конечно же, нет.

Узлом скрутился мой дух. Точнее — оправа.

Я ухватился за это ощущение и попытался до предела его усилить, надавил собственной волей и тотчас