Опрометчивое решение - Джулия Уилмингтон

Артур Крейг сразу спустился вниз и встал возле Лиз, отчего она опять разволновалась, ей ужасно захотелось бросить все и убежать, но вместо этого она стала усердно снимать сцену прощания с новобрачными.

Посыпался настоящий дождь из конфетти. Гости выкрикивали поздравления и напутствия, смеялись, подходили поцеловать молодых. Наконец Макс усадил Маргарет в машину, а сам сел за руль. Лиз взяла лицо невесты крупным планом — ее глаза тоже словно искрились от счастья. Маргарет взмахнула рукой — жест прощания, вот уже и готов финальный кадр.

Вдруг Лиз почувствовала, как что-то мягкое стукнуло ее по голове. Она вздрогнула и, оторвавшись от объектива, удивленно оглянулась. Оказывается, невеста бросила свой букет, и он попал — надо же! — прямо в Лиз. Она подняла цветы, густо покраснев. Все вокруг смеялись и аплодировали. Спрятав на мгновение лицо в букете, Лиз вдохнула аромат ландышей, отчего голова у нее просто пошла кругом, и тут, как сквозь сон, она услышала голос Артура Крейга:

— Я заметил у вас на руке кольцо. Значит, теперь скоро и ваша свадьба.

Артур держал ее руку, на которой лишь по недоразумению осталось обручальное колечко от Генри, и Лиз стало немного не по себе от прикосновения теплой ладони и сильных чувственных пальцев. Она ничего не могла вымолвить в ответ, только взглянула на него и глупо улыбнулась, почти готовая заплакать. Лицо Артура оставалось хмурым, ни тени улыбки, но он смотрел на нее пристально, и в глазах сверкнули какие-то искорки.

Лимузин, осыпаемый конфетти, двинулся к воротам, все разом стали кричать, махать руками вслед, пока он не скрылся из виду. Лиз, совсем без сил, поспешила на лужайку и стала упаковывать аппаратуру в кофр. Гости вернулись к столам, праздник продолжился, а Лиз думала только об одном — скорее в машину и домой.

…И вот она медленно едет по шоссе. После шумной свадьбы, суеты, жары и волнений она чувствовала себя немного опустошенной. В голове одна за другой проносились картины сегодняшнего странного дня. Но мыслями она все время возвращалась к одному образу. Он словно заворожил ее чем-то. Только вот она больше с ним никогда не встретится, разве что увидит на фото, когда проявит и напечатает пленку. Но там он совсем не такой, каким его хочется запомнить.

Глава 2

Поужинав на скорую руку, Лиз распаковала кофр и обнаружила, что не хватает одной катушки, самой главной, номер два, на которой была запечатлена вся церемония в церкви. От ужаса Лиз похолодела. Она вытряхнула сумку, проверила в ней карманы, но ничего не нашла.

Не паникуй! — приказала она себе. Подумай хорошенько и все вспомни. Когда ты достала пленку и что с ней сделала? Лиз опустилась на стул и прижала ладони к вискам.

Пленку она перезаряжала после того, как новобрачные расписались в церковной книге, — это точно. Она спешила в тот момент к дверям, чтобы заснять, как молодые выходят из церкви. В углу, где она стояла, было темно, она плохо видела, так как была без очков, и могла вполне бросить пленку на пол рядом с сумкой, то есть, скорее всего, промахнулась. Позже она пришла, стала собираться и могла ногой случайно задвинуть пленку под помост или еще куда-нибудь. Должно быть, она там и валяется до сих пор. Надо срочно ехать в церковь и попытаться найти пропажу.

Час туда и час обратно! Два часа в дороге… Но это просто необходимо сделать, если есть хоть какая-то надежда заполучить драгоценную пленку номер два. Иначе вся ее работа насмарку — денег без этих снимков она не получит.

Лиз поспешила наверх и переоделась в джинсы и свитер, умылась холодной водой, чтобы остудить разгоряченное лицо. Она все время уговаривала себя не нервничать, но это удавалось только отчасти — слишком много поставлено на карту.

Когда Лиз приехала в Лэнгридж, часы на церковной башне пробили десять. Улочка, ведущая к собору, была плохо освещена, кругом ни души. Припарковавшись у ворот и выключив фары, Лиз подождала немного, чтобы глаза привыкли к темноте, и вышла из машины. Честно говоря, вечером здесь было страшновато, собор выглядел массивной жуткой глыбой. Лиз повторяла про себя: «Господи, хоть бы его еще не заперли!»

Только она взялась за массивное кольцо огромной двери, как за спиной раздались шаги и луч фонарика лег на ее руку.

— Простите, мисс, — раздался позади чей-то хрипловатый голос, — что вам здесь нужно?

Голос был совсем незнакомый. Лиз, вконец расстроенная, принялась объяснять, что была здесь сегодня на венчании, снимала церемонию с разрешения викария и потеряла в церкви пленку. Пожилой мужчина, осветивший ее фонариком, оказался церковным сторожем, он собирался запереть собор, но, вняв отчаянию бедной девушки, разрешил ей войти и зажег свет.

Она чуть ли не бегом направилась по лестнице к хорам, туда, где обосновалась для съемок днем. Сторож последовал за ней.

Вместе они осмотрели каждый угол, заглянули везде, куда только могла завалиться маленькая кассета с пленкой, но ничего не нашли. Лиз уже не сдерживала слезы.

— Ничего нет, — сказала она обреченно. — Что делать?

Сторож сокрушенно покачал головой.

— А вдруг викарий забрал ее, мисс? — неожиданно предположил он. — У нас тут днем убирали, если что нашли, наверное, отдали ему.

Лиз ухватилась за эту мысль как за последнюю надежду. Она хотела немедленно ехать к викарию, но сторож предупредил, что одна поздним вечером Лиз вряд ли найдет дорогу: викарий жил в другой деревне, не менее чем в получасе езды от Лэнгриджа.

Выехав из деревни, Лиз остановилась, чтобы обдумать ситуацию. Полчаса езды, конечно, не так уж далеко. Но стучаться в полночь в дом викария и будить его — нет, никакие треволнения не заставят Лиз повести себя столь бесцеремонно. Наберись терпения и подожди до завтра, приказала она себе и поехала домой.

Лиз ехала по пустынной дороге, и мрачные мысли мучили ее. Что будет, если она не сможет найти пленку? Страшно подумать. В ее деле это недопустимо: уже давно она получает заказы именно благодаря рекомендациям клиентов, довольных ее работой. Получив заказ от такой влиятельной и известной семьи, как Уинслоу, Лиз очень этим гордилась и рассчитывала на паблисити. Наверняка крут ее клиентов очень расширился бы после этого: леди Уинслоу или сам сэр Реймонд и уж точно Макс и Маргарет показывали бы свой свадебный альбом, отснятый и красиво оформленный Лиз, своим друзьям. А теперь? Провал, полный провал. «Мы не советуем вам иметь дело с мисс Ламберт. Она крайне ненадежна» — так они скорее всего будут говорить о ней. Лиз несколько раз повторила про себя эти жестокие слова и едва не расплакалась.

Дома легче не стало. Она слонялась из угла в угол, уговаривая себя не поддаваться панике. Попробовала заняться проявкой, подготовить все необходимое для альбома — все сыпалось из рук. Уборщик мог просто взять и выбросить пленку в мусорный пакет. А если это мальчики из хора прихватили ее? Тогда они уж точно выбросили пленку. В любом случае ей вряд ли удастся вернуть эти кадры. Лиз пробирала нервная дрожь. Она покрутилась на кухне, поставила чайник. Потом сидела за столом, пила крепкий чай, слизывая то одну слезинку, то другую, набежавшую со щек на губы.