Лето, пляж, зомби 9 - Наиль Эдуардович Выборнов

пули тупо и бесполезно рикошетили от этого костяного шлема, который надёжно защищал его голову. Остальные присоединились. Тварь на секунду остановилась, снова принялась оглядываться, как будто не понимала, откуда в неё стреляют. А может быть, раздумывала на кого из нас напасть первым? Кого подмять, растоптать?

В чём-в чём, а в том, что у крушилы при желании это получится — я не сомневался.

Снова грохнул БТР, и тварь свалилась на землю. Мы продолжили палить по зомби, которых становилось всё больше и больше. Через несколько минут перед воротами военной базы оказалась навалена целая куча трупов. Много. Очень много.

Но новые выходить перестали. Я посмотрел на Жижку. Он кивнул:

— Выдвигаемся.

Мы двинулись вперёд снова, но уже всей группой. Нам пришлось перешагивать через трупы, следить за тем, чтобы не споткнуться, и не свалиться.

И тут один из них резким движением схватил меня за ногу. Не выдержав, я заорал от страха, отшатнулся назад и вытащил из кучи мёртвых одного зомби — мелкого совсем. Может быть, лет десяти ему, мальчика. Вряд ли старше.

Он потянулся и попытался вцепиться зубами в мою голень. Но я снова рванул назад, тварь, захватившая тела пацана, потеряла равновесие и снова разлеглась на земле.

Меня вдруг захлестнула ярость, об автомате я вообще забыл. А там уже мне не оставалось ничего другого, кроме как обрушить ему на голову подошву своего штурмового ботинка. Один удар. Второй. Третий.

Я закричал и продолжил бить — до тех пор, пока не превратил его голову в кровавую кашу. Я отыгрывался на нём за свой страх.

Отпустило так же мгновенно, как и накатило. Снова ледяное спокойствие. Вот она — психологическая разрядка. Она хотела меня сожрать, а я оставил ее без головы. Хорошо.

— Ну ты и псих, блядь, — проговорил один из бойцов Жижки.

— Я на тебя посмотрю, если такая тварь тебя за ногу схватит, — ответил я. Только это и оставалось. Потом добавил. — Смотрите внимательно, они похоже прятаться среди своих научились. Умнеют, суки.

Ну а дальше всё прошло без эксцессов. Вошли на базу, зачистили плац, на котором тварей оставалось уже совсем немного. Отстреляли всего нескольких, похоже, самых тупых и медленных. А потом за нами подъехал БТР. Он, на своих больших колёсах, даже не заметил эту кучу трупов. Не завяз, ничего, встал в воротах. Наступила тишина.

— Не расслабляемся, — приказал я. — Идём. Тихо. Мало ли, что тут может случиться.

Мы двинулись внутрь.

Несколько зомби вышли из-за ближайших строений, но хватило по паре выстрелов на брата, чтобы избавиться от них. Я в очередной раз перезарядил магазин. Привычка считать патроны в уме сыграла свою роль — я всегда знал примерно, сколько у меня осталось.

Ну, ничего. Нормально. Еще шесть магазинов.

Прошли дальше. Двинулись через перекрёсток. Нас интересовал парк техники в первую очередь, а не что-то другое. Он должен был находиться в дальней части военной базы, поодаль от всего остального.

Возле одного из штабных зданий обнаружили следы боя. С учётом того, что здесь были натовские военные, мне стало более-менее ясно, что тут произошло. Они проникли, попытались добраться до системы автоматизированной защиты… Но спалились, начался бой. А скорее всего, потом — на звуки этого боя — уже подошли и морфы. И перекусали всех.

Их должно быть немало для такого.

Значит, я был прав. Значит, логово, которое мы зачистили вчера, выросло ещё в самые первые дни.

Именно поэтому у тех, кто остался в городе, не было никаких шансов. От обычных тупоголовых зомби при необходимости можно отбиться хоть топором, хоть молотком. Особенно если их немного. А вот против этих — вершин некроэволюции — холодным оружием ничего не сделаешь. Тут нужен огнестрел, быстрая реакция и большая доля смелости. Потому что слишком уж они противоестественные. Слишком… Страшные. Сукины дети, на самом деле — что тут ещё скажешь?

— Слышь, — обратился ко мне Жижка. — Как считаешь, что тут случилось?

Я коротко пояснил ему свои мысли, не став вдаваться в подробности. Он кивнул:

— Да, скорее всего, так и есть. Только вот… Странно это всё. Людей слишком мало. Сам видишь — зомби большей частью гражданские. И если бы им вдруг не удалось уйти, то вояк тут было куда больше. Тут же их до роты сидело, никак не меньше.

— Посмотрим ещё, — ответил я.

А за следующим зданием обнаружилась куча обожранных трупов. Пованивало здесь опять, но маски более-менее спасали. Да их никто и не снимал. Вот здесь и произошел основной бой. Кого-то убили выстрелом в голову, они не обратились, а потом их съели.

Что-то мне подсказывает, что маска на лице скоро станет привычным атрибутом грабителей мёртвых городов, мародёров. Что уж поделать. Надо будет набрать их побольше и загнать по сходной цене. Хотя такой ресурс проще отдать своим. Я вот поделился — и заработал ещё немного авторитета среди своих.

Посмотрел дальше, туда откуда мы приехали, в сторону Степного. Там небо было уже полностью затянуто дымом. Горели трупы.

— Что там, кстати? — спросил я у Жижки. — Тебе доложиться не надо?

— Да, ты прав. Надо. Я и забыл, привык один действовать, — ответил он, взялся за рацию, пробормотал в неё. — Это Жижка. Вошли на территорию части. Были зомби. Отработали. Ищем технику.

Рация что-то прошипела в ответ. Я не расслышал, но одноглазый довольно усмехнулся:

— Всё. Нефтебаза тоже за нами. Считай, всю работу выполнили.

— Ну, это хорошо, — только и смог ответить я.

Хотя сам ничего хорошего в этом не видел.

Я же своими руками усиливал организацию, против которой собирался бороться. Добыл для них горюче-смазочные, и вот-вот должен добыть военную технику.

Ладно. Ничего. Я уже стал для них своим. Водку пил с их командирами. Так что ничего они не заподозрят.

Но наступит момент, когда я нанесу удар.

И тогда всё для них закончится. Быстро.

Или для меня?

Хотя такой исход меня категорически не устраивал.

А потом мы добрались до пакгаузов, в которых стояла техника. Уже отсюда я разглядел сразу четыре БТРа — тех самых, что нам были нужны. Потом две БМП, а в самом дальнем конце стоял танк, Т-90. И все выглядело относительно нетронутым.

— Вот это, мать твою, джекпот, — проговорил Жижка.

Он ухмылялся, явно радовался. Понимал, что дело почти сделано, что нас теперь приподнимут, повысят и выплатят нам крупную сумму.