Музыка Макса (трилогия) (СИ) - Дюран Хельга

Мы дошли очень быстро, я разочарованно вздохнула, желая, чтобы эта прогулка длилась вечно. Мы постояли ещё немного у ворот моего дома, Макс курил, похоже, он тоже не спешил прощаться. Через два дня был день моего рождения, и мне очень хотелось пригласить на него Макса, но тот сбил меня с мысли.

— У нас концерт 27-го в «Рыцаре», — сообщил он. — Придёшь?

Я кивнула в знак согласия. Макс протянул ко мне руки, и взялся за ворот своей косухи. Он стоял так близко, что я чувствовала запах его тела. Я посмотрела в его глаза, проваливаясь в синеву. Лицо Макса было так близко, мне показалось, что он сейчас меня поцелует. Макс провел тыльной стороной руки по моей щеке, и я закрыла глаза. Мое сердце готово было выскочить наружу, но Макс просто снял с меня куртку и оделся.

— Пока, малышка! — он махнул мне рукой и ушёл. Некоторое время я еще стояла в оцепенении, провожая взглядом удаляющийся силуэт Макса. Тряхнув головой, я сбросила с себя наваждение и достала из сумочки ключи.

Глупо было надеяться, что отец не заметит моего отсутствия. Я встретила его на крыльце. Как назло я споткнулась на «проблемной» ступеньке, выглядело это так, как будто я пьяная в дугу. Отец курил и выглядел абсолютно спокойным. Я поцеловала его в щеку. Мы не виделись почти два месяца, я соскучилась. Мне в любом случае был конец, поэтому меня не заботило то, что от меня несло алкоголем. Отец обнял меня в ответ. Я была готова к скандалу, но он молчал. Я пошла в дом, понимая, что это не к добру. Лучше бы отец наорал на меня, как обычно. Мое счастливое настроение сменилось тревогой.

Через пару дней совершеннолетие свалилось мне на плечи. Что я имела на данный момент: депрессию от неразделенной любви; подругу, которую ненавидела; бухающего, как сапожник, друга музыканта; ноль наличности и всё ещё продолжавшийся домашний арест. О том, чтобы отпраздновать этот день как следует, или дождаться помилования от отца, речи и быть не могло. Я никому не сказала об этом событии, а в соцсетях я скрыла дату, так что это радостное событие мы отметили вдвоём с бабушкой.

Так себе вечеринка, скажу я вам. Зато, бабуля знала толк в подарках, и я получила конверт с крупной суммой денег. Это было весьма кстати, учитывая, что денег, выделяемых мне отцом, едва хватало на проезд. Я даже не могла себе позволить сходить в «Макдак».

Окончательно меня добила решётка, появившаяся на окне моей спальни ещё через пару дней. Я обнаружила её, вернувшись из магазина. Бросив пакеты с продуктами прямо в коридоре, я отправилась на поиски отца. Он сидел в библиотеке, служившей ему кабинетом, за компьютером. Я открыла дверь, не утруждая себя тем, чтобы постучаться и пулей влетела в библиотеку. Отец посмотрел на меня поверх очков. Он ничуть не удивился моему вторжению, как будто ждал этого.

— Папа, я, что теперь живу в тюрьме? — сразу перешла я к делу. Я стояла перед его столом, скрестив руки на груди и гордо подняв подбородок.

— Да, — совершенно спокойно ответил он.

— Тебе не кажется, что это уже чересчур? — я никогда не разговаривала с отцом в таком тоне, но сейчас меня понесло.

Отец поднялся из кресла и снял очки, положив их на стол. Он обошёл стол и встал напротив меня.

— А что я должен был сделать? Спокойно смотреть, как ты пьешь и гуляешь по ночам? — тон отца стал жёстким. Начинался скандал.

— Папа, ты преувеличиваешь! Ты не можешь запереть меня в четырёх стенах от всего мира.

— Я делаю то, что должен. Я — твой отец, — напомнил папа, как будто об этом можно было забыть.

— Папа, я уже взрослая, — я отстаивала свою позицию, как могла. — Я выросла, если ты не заметил. Я хочу сама решать, как мне жить.

— Выросла она, — усмехнулся отец. — Когда будешь жить самостоятельной жизнью, тогда и будешь гнуть пальцы. А пока что ты живешь в моём доме и на мои деньги, — отец рьяно бил себя кулаком в грудь. — Так что умерь свой пыл и перестань сворачивать мне кровь! — Он сел обратно за стол. — Я все сказал! Не мешай мне работать.

— Если дело только в этом, то я ухожу из дома! — гордо вскинув голову, заявила я. Я прекрасно знала, что поскольку мне уже стукнуло 18, то отец ничего не сможет сделать.

— Ты серьёзно? — отец снова подскочил на ноги. Его аж трясло от злости. — А чем ты себе на жизнь собралась зарабатывать? Своими дурацкими стишками?

Последние слова отца очень меня обидели. Меня ранило то, что он так отзывается о моем творчестве, даже не имея представления, что оно из себя представляет. Слезы брызнули у меня из глаз, и чтобы отец их не увидел, я бросилась прочь из библиотеки.

— Обратно можешь не возвращаться! — крикнул мне в спину отец.

Наревевшись в своей комнате, я достала свою дорожную сумку. Вещи я собрала быстро, благо было ещё не слишком холодно, так что в сумке поместился весь мой скудный гардероб, а зимние вещи я могла забрать позже. Я сложила ноутбук, документы и все свои деньги в рюкзак и села на кровать, не зная, что делать дальше. Я позвонила Аньке, понимая, что податься мне было больше некуда.

Мне пришлось набрать её номер несколько раз, прежде чем Анька взяла трубку. Голос у нее был сонный, это было неудивительно, ведь она вела преимущественно ночной образ жизни. Отсыпаясь днём, она тусила до самого утра. Я вкратце обрисовала ситуацию, объяснив, что она моя последняя надежда на то, что сегодняшнюю ночь я не проведу на вокзале. Анька туго соображала, но всё же велела мне немедленно ехать к ней домой.

Её домом был роскошный особняк отчима на другом конце города. Я уже бывала у них каждый раз, охуевая от роскоши и великолепия, царивших повсюду. Конечно же, владение таким домом, подразумевало наличие прислуги и охраны. У Волковых был повар, садовник и горничная, заправляла которыми экономка. Неудивительно, что Анька не знала, что такое уборка, стирка и готовка, соответственно и делать ничего по хозяйству она не умела. Да и зачем ей чему-то учиться, если и так жила она, как принцесса.

Меня встретили, как почетную гостью, выделив мне отдельную комнату. Анька обрадовалась, как ребёнок, тому, что я поживу у них некоторое время.

— Хоть какое-то разнообразие. А то заебали эти постные рожи, — капризно протянула она, показывая взглядом на горничную. — Можешь оставаться, сколько хочешь.

Несмотря на радушие и гостеприимство подруги, чувствовала я себя, мягко говоря, неуютно. Мало того, что меня постоянно клеил её младший семнадцатилетний брат — совместный ребёнок отчима и Анькиной матери, так ещё и сам Виктор бросал на меня похотливые взгляды. И буквально через пару дней мне представилась возможность воочию убедиться в его намерениях.

В тот вечер Анька была с Максом, а я смотрела на ноутбуке сериал в своей комнате. Было уже за полночь, когда я спустилась на кухню, чтобы чего-нибудь попить. В поисках минералки или сока я открыла огромный холодильник. Недра его казались мне необъятными, поэтому найти то, что нужно мне удалось не сразу. Достав оттуда бутылку, я закрыла дверцу и чуть не завизжала от неожиданности, обнаружив стоящего за ней Виктора. Он подкрался очень тихо и напугал меня до чёртиков.

Виктор, видимо только что вернулся домой. На нем была красивая темно-синяя шёлковая рубашка, белые брюки и пиджак. Он стоял, засунув руки в карманы брюк, вальяжно облокотившись о кухонный стол. Ему было немного за сорок, и он был довольно красивым мужчиной в самом расцвете сил. Я, одетая в пижаму, чувствовала себя неуютно рядом с нарядным Виктором.

— Прости, я не хотел тебя напугать, — виновато улыбаясь, произнёс он. — Как тебе у нас? Нравится?

— Да, спасибо, всё хорошо, — ответила я. — Но не переживайте, я уже подыскиваю себе квартиру.

— Девочка моя, тебя же никто не прогоняет. Дом такой огромный. Мы всегда рады гостям, — заверил меня Виктор. Я ничего не ответила. Мне очень хотелось уйти, но я понимала, что это было бы невежливо с моей стороны. Поэтому я стояла, прижимая холодную бутылку с водой к груди, и продолжала слушать мужчину. — Анюта рассказала мне про твою историю с отцом. Да, родители, порой, бывают безрассудны в своем стремлении защитить своих детей от всего мира. Не нужно их винить за это. — Я молчала, не зная, что ответить. — Я тоже воспитываю свою дочь в строгости. Но я хотел поговорить не об этом. У тебя есть молодой человек? — Я отрицательно покачала головой, не понимая, к чему он клонит. — А что бы ты сказала, если бы успешный и очень щедрый мужчина помог тебе решить твои проблемы с жильём? Например, купил бы тебе квартиру в центре? — Он увидел мои глаза, полезшие на лоб от изумления, когда я поняла, что Виктор сейчас говорил о самом себе. — Да-да, не стоит размениваться по мелочам, храня свой цветочек нетронутым. «Господи, — пронеслось у меня в голове. — Откуда он знает, что я девственница?» — Грамотно сделав выбор, ты получишь всё, что только твоей душе угодно. Хочешь, поедем в отпуск? Ты была в Париже? — Я отрицательно покачала головой.