Музыка Макса (трилогия) (СИ) - Дюран Хельга

Рабочий день был в самом разгаре, но шёл дождь, поэтому клиентов на мойке было немного. Я вышла в бокс, после небольшого чаепития и остолбенела, увидев «Фольксваген» отца, заезжающий внутрь. Он вышел из машины, сказав мастеру, какие услуги хочет получить и подошёл ко мне.

― Ну, привет! — поздоровался он со мной, приобняв за плечи.

— Как ты меня нашёл? — удивилась я. Бабушке адрес мойки не говорила.

— Ты забыла, где я работаю? — ответил отец. — Мы можем где-нибудь поговорить?

Я набросила теплую рабочую куртку, и мы вышли на улицу. Отец поинтересовался, как у меня дела. Больше всего его волновали две вещи: мои успехи в учебе и есть ли у меня парень. Мы спокойно беседовали ровно до того момента, пока разговор не зашёл о моем возвращении домой.

— Ну, повыделывалась и будет, — уговаривал меня отец. — Да, ты доказала, что можешь жить самостоятельной жизнью. Я признаю, что немного погорячился. Давай всё забудем.

— Папа, мне нравится жить так, как я сейчас живу. У меня, правда, всё хорошо.

— Да мне мать всю плешь проела после твоего ухода! — признался отец. Он опять начал на меня орать, размахивая руками. — Я для этого тебя растил, чтобы ты машины мыла? Это занятие не для тебя.

— Все студенты где-нибудь подрабатывают, — возразила я.

В ярости отец схватил меня за плечи и начал трясти.

— Ты что, совсем не слышишь, что я говорю? — кричал он. — Ты же…

Он не успел договорить, возникший из ниоткуда Макс очень грубо оттолкнул его от меня с такой силой, что отец едва не упал. Одним движением руки, он задвинул меня за свою спину. От возмущения отец выпучил глаза и судорожно ловил ртом воздух. Слова застряли у него на языке.

— Ах ты, щенок! — воскликнул отец, когда к нему снова вернулась способность говорить. Он сжал кулаки и двинулся в сторону Макса.

— Нет, папа! — закричала я, и встала между мужчинами, растопырив руки в стороны.

— Это твой отец? — недоверчиво произнес Макс, не сводя глаз с противника.

— Да! Прошу вас прекратите немедленно! — умоляла я.

Мужчины стояли, испепеляя друг друга взглядом. Постепенно их пыл поутих.

— А ну, пойдём-ка, поговорим! — предложил отец.

Он махнул Максу рукой, отзывая в сторону. Тот медленно последовал за ним.

— Макс, нет! — попыталась остановить я его.

— Всё хорошо, — произнес он. Я испуганно вцепилась в его куртку руками. Мне не хотелось, чтобы произошла драка. — Иди в бокс! — резко сказал Макс. Это прозвучало, как приказ. Я медлила. — Я сказал, иди! — Теперь Макс на меня орал. — Живо!

Оглядываясь, я поплелась к входу, оставив Макса с отцом на стоянке. Заскочив внутрь, я прильнула к окну, наблюдая за каждым их движением. Драться, похоже, никто не собирался. Мужчины разговаривали, затем выкурили по сигаретке. Они вернулись, только когда мастер позвал отца, чтобы он забрал свою чистую машину.

— …Значит, я позвоню тебе, и мы назначим время, — мне удалось услышать лишь обрывок фразы, адресованной Максу отцом.

Макс кивнул, и они обменялись телефонами. Я подошла к машине, чтобы проводить отца.

— Может, хоть на ужин к нам придёшь? — с надеждой спросил отец.

Я поцеловала в щёку отца и молча кивнула. Он пожал руку Максу и сел в машину. Макс привлёк меня к себе, положив руку на плечо. Так мы стояли, пока следом за отцовской машиной не закрылись ворота.

— О чём вы разговаривали? — набросилась я с расспросами на Макса. От нетерпения я даже вцепилась руками в лямки его рабочего комбинезона.

— Сиденья он хочет почистить, — сухо сообщил Макс.

— И всё? — удивилась я.

— Ещё я пообещал о тебе заботиться. — Он гордо вскинул голову, убрал мои руки от себя и поправил комбинезон. — Ты не хочешь поработать? Твои коллеги на тебя уже косо смотрят.

Я приступила к работе, понимая, что узнать от Макса большего мне не удастся. Остаток дня я ломала голову, прокручивая в голове раз за разом детали ситуации. Я поразилась, с какой легкостью и рвением Макс бросился на мою защиту. Как было возможно, что его встреча с отцом, начавшаяся чуть ли не с мордобоя, закончилась рукопожатием? И как так вышло, что Максу пришлось дать такое странное обещание отцу? Всё это не укладывалось в голове. Это всё было странно, но это были реалии моей жизни.

Приближался Новый Год. Весь город и наша автомойка были украшены празднично. Я попросила Макса купить ёлку и нам домой тоже. Макс поморщился, но обещал вечером добыть ёлку. Он так и сказал «добыть», как будто я отправила его за ней в тайгу.

Я уже приготовила всем подарки, поэтому мне хотелось праздника. Бабушке я купила для неё и её подруги билеты в театр, отцу — кожаный портфель. Аньке я написала курсовую — это было идеальным подарком человеку, у которого всё есть. Артёму я купила струны на электрогитару, которые светились в полумраке. Их мы выбирали вместе с Максом, который любезно согласился мне помочь, чтобы я не ошиблась с выбором. Самому же Максу я купила брендовую рубашку. Чтобы не ошибиться с размером, я стащила у него одну из его рубашек и с ней отправилась в магазин. Рубашка из чистого шелка была ослепительного сине-голубого цвета, как глаза Макса. На подарки пришлось раскошелиться, но делать покупки для любимых людей, было невероятно приятно.

Макс приехал домой часов в шесть вечера, действительно с ёлкой. Я прыгала вокруг него от радости, как ребёнок, пока Макс раздевался и устанавливал её в гостиной. Он тихонько посмеивался надо мной.

— Гирлянда шла в подарок, а игрушки уж будь добра, купи сама. Уволь меня от этой процедуры, — почти взмолился он, когда выключил свет, чтобы полюбоваться результатом проделанной работы. Ёлка была прелестна. Я смотрела на мигающие огоньки счастливая и довольная. — Я пойду к себе, — нарушил мою идиллию Макс. — Что-то башка разболелась.

Макс ушел к себе, а я — готовить ужин. Примерно через час, я постучала к Максу.

— Заходи! — крикнул он. Я открыла дверь и заглянула в спальню.

— Макс, пойдем, поедим, — позвала я его.

Макс лежал в постели с телефоном в руках. Выглядел он неважно.

— Спасибо, Олечка, что-то не хочу, — вялым, безжизненным голосом ответил он.

— Ты что, заболел? — обеспокоенно спросила я.

Подойдя к кровати, я потрогала лоб Макса. У него был сильный жар. Макс молча откинул одеяло, показывая мне свою грудь. Божественное тело Макса, по крайней мере, та часть, которую мне было видно, оказалась покрыта сыпью.

— Ну, не знаю, может я подхватил от твоей подруги «гонконгский сифилис», — пошутил он. — По крайней мере, выглядит это именно так.

Я стояла рядом в полной растерянности. Что-то нужно было делать. Только вот что?

— Я сейчас, — сказала я и пошла в свою комнату.

Я позвонила Юленьке, по моему мнению, человек, с её опытом, должен знать, что делать. Она посоветовала вызвать незамедлительно скорую, а там врач разберется, что к чему. Так я и сделала. Я не знала, что мне скажет Макс, по поводу этого, но я не могла рисковать. Мне было очень страшно, что с Максом что-то может случиться. Потом я набрала Аньку. Она, напротив, ничуть не испугалась за своего парня, сообщив, что ничего не смыслит в лечении. Анька посоветовала мне вызвать врача. И вообще, по её мнению, Макс был уже взрослым мужиком, который может сам о себе позаботиться. На заднем фоне у Аньки отчетливо слышалась музыка, поэтому мне стало ясно, что она сама вполне здорова и ей явно было не до Макса. Я отключилась. По крайней мере, это не «гонконгский сифилис», хоть что-то хорошее. В дверь позвонили. Приехала скорая.

— Господи Боже! — простонал Макс, когда врач и медсестра зашли в его спальню. Он поправил свою подушку, чтобы сесть повыше и бросил мне осуждающий взгляд.

— Вы поете в группе «Глина»? — спросила медсестра, ставя Максу градусник.

— Да. Это я! — Макс расплылся в улыбке.

Даже будучи в таком состоянии, он наслаждался своей популярностью. Я стояла в дверях, наблюдая за происходящим. Врач — пожилой мужчина, с седой бородкой, быстро осмотрел и опросил Макса.