Соловьёв, я тебя ненавижу! - Алла Биглова

этих странных мыслях и поскорее отогнал их. Я же просто поразвлечься с новенькой хотел?

У меня никогда не было нормальных отношений. Девчонки видели во мне не личность, а спортсмена, танцора, популярного мальчика, мажора или даже сына шишки школы. Столько ярлыков навесили, а мне приходилось соответствовать. В общем, все видели во мне человека, к которому нужно подмазаться. Толком я ни с кем не целовался: мне было тошно понимать, что девушка видит во мне кошелёк отчима.

На свидания я ходил, только чтобы развеять скуку. Да и чикам нравилось составлять мне компанию: я всегда дарил украшение, а они ещё получали пару очков популярности среди других ребят.

Чувствовал себя товаром на рынке.

И тут впервые встретил девушку, которая плевать на меня хотела. Это было удивительно и одновременно не очень приятно.

От мыслей оторвал отчим, который ворвался в мою комнату.

– Ну, что, Ярик, как твои успехи? Что нового? – улыбнулся он, глядя на меня.

Отец никогда не стучался, но проверял меня каждый вечер, доставая однотипными вопросами на одну и ту же тему.

– Всё отлично, па, – пожал плечами и развёл руки в стороны. – Новых отметок сегодня не получил. Пришла новенькая, а так новостей нет.

И вообще, чего он от меня ждал? Он – важная шишка в школе. Учителя мне попусту боялись ставить оценку ниже четвёрки. Как-то раз я получил контрольную с десятью ошибками, но и там стояло «четыре». Хотя, по-хорошему, должно было быть стойкое «два». Или «на пересдачу, Соловьёв!».

– Новенькая? В конце одиннадцатого класса? Интересно, – отчим отреагировал так же, как и мама.

Иногда мне казалось, что они оба – близнецы. И, если это так, то им же нельзя строить отношения?

Эпизод 8: Достал!

Иванова

После прогулки с подругой засела готовиться к русскому языку. Завтра меня ждал репетитор, и прийти неподготовленной я просто не могла.

Удобно устраиваюсь в своей комнате, отдалённой, но очень уютной.

Родители купили квартиру летом, и только к ноябрю доделали ремонт. Переезд на осенних каникулах дался мне нелегко. Пришлось совмещать дополнительные занятия и сбор вещей. Прощаться со старой квартирой было вдвойне тяжело. А вот новость о переводе в другую школу и вовсе стала для меня ударом.

Глупо, не вовремя, неправильно.

– Это всего лишь о правильном распределении времени, доченька. Да и небольшая подготовка в виде нового коллектива тебе тоже не помешает. Тратить несколько часов на дорогу в старую школу бессмысленно: измотаешь себя.

Прекрасно понимаю мамину позицию, но чисто эмоционально всё равно испытываю дикий стресс. И, вроде бы, ребята неплохие (кроме Соловьёва), но свои старые школьные друзья куда ближе и дороже. Я с ними больше десяти лет провела! И родители предлагают так просто взять и забыть?!

Переписываюсь с Ленкой, она скидывает мне несколько фоточек, которые успела сделать за сегодня в старой школе, как вдруг мне пишет чёртов Соловей.

– Опять свистеть в уши решил? – морщусь я, но на пару сообщений всё же отвечаю.

Выдерживаю недолго, и вскоре начинаю грубить. Ненавижу этих бабников и мачо, которые больше напоминают чамо без «а». Психую и выхожу из интернета. Мне вдруг хочется тишины, поэтому берусь за бумажную книгу.

Так и проходит остаток вечера.

… С утра меня ждут отличные новости: я не просыпаю, встаю по будильнику, быстро расчёсываю русые волосы, в который раз думаю перекраситься и мысленно подбираю цвета, надеваю джинсы и свитер, умываюсь и завтракаю. Прощаюсь с родителями, которые ещё чаёвничают (у них утренний ритуал) и спешу в школу.

В этот раз не опаздываю: смогла разобраться в дороге и без навигатора.

Проскакиваю мимо охранника, здороваюсь, поднимаюсь на второй этаж, быстро переодеваюсь и переобуваюсь возле шкафчика, хватаю нужные вещи и спешу на третий этаж, где у нас должен быть следующий урок.

Класс ещё полупустой. Передние, любимые парты не рискую занять: там, всё-таки в основном сидят отличники и подлизы учителей. Мне хочется занять одно из этих мест, но не хочу в первые же дни нажить себе врагов и среди умных ребят.

На задние парты тоже не рискую сесть: там обычно сидят те, кому на учёбу плевать, или те, кто хочет затеряться в толпе, и с ними мне бы тоже не хотелось бы конфликтовать. Ну, и, как минимум, я просто не хочу сегодня прятаться.

Сажусь на средний ряд, на четвёртую парту, ожидая своих одноклассников. Интересно, кто-нибудь сегодня рискнёт сесть рядом? Всё-таки, вчера я сидела весь день одна, кроме Истории, когда пришлось подсесть к Соловьёву.

Интересно, почему он, весь такой из себя чамо, сидел абсолютно один?

И тут же вздрагиваю, потому что Соловей-Разбойник тут как тут: плюхается рядом.

– Занято, – моментально реагирую я.

– Ничего, тот, кто хотел сюда сесть – подвинется, или займёт другое место. Не расстроится, – нахально заявляет Соловьёв.

– Вообще-то, это я жирная – мне надо два места, – пытаюсь спихнуть его с парты, но тот крепко сидит.

Куда мне до спортсмена-то!

– Не льсти себе! Мы вчера нормально уселись вместе, – хмыкает в ответ парень. – А за ночь ты не успела бы растолстеть.

– И почему тогда вчера у короля школы не было соседа по парте? – фыркаю я. – Так всех достал?

Потому что меня уж точно достал! Всего за сутки, чёрт возьми! Но следующего я никак не ожидаю: Соловьёв неожиданно меняется в лице и замолкает.

Задела за живое?

Эпизод 9: Сосед по парте

Соловьёв

Кто же знал, что под маской обычной фамилии «Иванова» и не менее тёплом имени «Лиза» пряталась настоящая акула? Да, мне хотелось разгадать её загадку, но я ведь совершенно не ожидал, что она будет так яростно кусаться и буквально бить по моим болевым точкам.

Историю, Обществознание, которые вела Вера Дмитриевна, мы всегда сидели вместе со Славиком. Коротали скучные предметы вместе, дорисовывали в учебниках разнообразные (но не пошлые) картинки, задирали девчонок. С его уходом в колледж, я почувствовал себя одиноко и запретил кому-либо подсаживаться ко мне на время этих двух предметов.

Иванова об этом запрете не знала.

– Господи, какая ты занудная, Иванова! – постарался я вновь улыбнуться, но, похоже, у меня это крайне плохо вышло.

– С такими, как ты, иначе никак! – буркнула она, достав учебник и уткнувшись в него. Ну, да. Физика же гораздо интереснее, чем разговор со мной.

Как же она бесит!

– Какими «такими»? – не унимался