Аквамариновая звезда. Ночные Птицы Рогонды (сборник) - Татьяна Леванова

– А макияж слезами не смоется?

– У морских дев несмываемый макияж, им при полном параде в воде часто бывать приходится.

– Ну, так что стоим? Делайте маникюр! – удивилась Маша. Мастерицы переглянулись.

– Не подходите ко мне! – воскликнула Морена, и ее чудесные глаза снова наполнились слезами. – Вы все тупицы, ничего не понимаете! Зациклились на перламутровых ногтях! А мне нужно что-то совсем необычное! Что-то, что меня выделит, на что обратят внимание все пришельцы, когда я рукой укажу на наш город на карте! Иначе меня забудут после первого же эфира…

Маше было ужасно интересно, какой маникюр делают на других планетах. И она не преминула об этом спросить. Морена выхватила из рук мастера огромный альбом с фотографиями… Чего там только не было! Ногти с микроскопическими медузами, шевелящими щупальцами, ногти, заканчивающиеся на острых концах завитками, как раковины, ногти с рисунками рыб, ногти – половинки жемчужин, ногти с приклеенными стеклянными дельфинами в прыжке, синие ногти с голубыми лунками, накладные ногти в виде крабов и многое, многое другое.

– Обалдеть… – прошептала девочка.

– Вот именно! – завопила красавица и треснула альбомом по дивану. – Они не видят, что тут сплошное старье! Все это уже было! А мне нужно нечто принципиально новое, чего нет и не может быть в этом альбоме.

Маша была не только сквозняком, но и современной симпатичной девочкой, которая старалась следить за модой. Поэтому, недолго думая, она достала из школьной сумки пенал, полный ручек с гелиевой пастой.

– Я знаю, чего нет и не может быть в вашем морском альбоме! – усмехнулась девочка. – Моды из нашего, самого далекого мира! У вас в салоне найдется прозрачный лак для ногтей?

– Что ты собираешься делать? – Морена несмело протянула к девочке тонкую руку с нервно подрагивающими изящными пальчиками. Мастерицы пододвинули к Маше столик, хотя их нахмуренные брови красноречиво свидетельствовали о том, что уж они-то не так доверяют ей, как сумасбродка Морена. Девочка же оглядела батарею лаков и коробки с наклейками на ногти и ответила:

– Дай мне на пробу всего один пальчик, если не понравится, стереть недолго.

Жители другого мира не могли знать, что девочки в нашем мире придумали свой нейл-арт, из гелиевых паст и клея с блестками. И Маша была признанным специалистом в своем классе по рисованию цветов, которые получились на ногтях Морены куда удачнее, чем если бы были нарисованы на бумаге. Особенно ей удавались цветы фантастической вишни – изящные закругленные белые лепестки казались объемными, а в серединку с серебряными тычинками девочка кончиком иголки поместила крохотные сверкающие стразы, найденные ею на столике. Маша была уверена в успехе – если в морском мире и существуют цветы, где-нибудь на коралловых атоллах или на дне морском, то это никак не могут быть цветы вишни. Следом за первым пальцем Морена более уверенно протянула второй, затем третий, благо, ее ногти уже были обработаны настоящей мастерицей. Маше оставалось только их украсить.

– Но, Морена, мы никогда не рисовали на ногтях – использовали только аппликацию. Тем более цветы – у нас же морская тематика. В нашем мире не растут обычные растения – кроме кокосовых пальм и каменного плюща. Не слишком ли смело? – нагнувшись к плечу звезды, прошептала одна из мастериц.

– Значит, я с нарисованными цветами буду единственной и неповторимой, – парировала красавица.

– Времени мало, скоро эфир! – взволнованным голосом произнесла Морена, как только Маша нанесла последний слой моментально сохнущего прозрачного лака для ногтей. Лепестки вишни, как живые, затрепетали, стоило морской деве взмахнуть рукой. – Быстро, поправьте волосы. Кто-нибудь вызвал мою раковину? Посмотрите, платформа космодрома уже над городом? И принесите мне кто-нибудь русалочьей воды, прохладной, но не холодной…

Мастерицы захлопотали вокруг знаменитости, казалось, все позабыли про Машу. Морена даже не сказала ей спасибо. Девочка постояла в нерешительности рядом с диваном, потом собрала в свою сумку гелиевые ручки и отправилась потихоньку в отель. Отчего-то у нее испортилось настроение, да и на улице начало темнеть. Искать другой салон красоты не хотелось. Следовало подумать об ужине и отдыхе…

Глава 5

Человек-рыба

Небо действительно потемнело, а вот улицы неожиданно посветлели. В гладких серо-коричневых плитках проступили тонкие зеленые прожилки, похожие на линии руки, и по мере того как с золотых и розовых закатных облаков пропадали краски, тротуар становился светлее. В самых темных углах тротуар отливал салатовым цветом, и люди, скользившие по нему черными тенями, напоминали фигуристов на белом льду. Маша пыталась рассмотреть между домами море, или горизонт, или, может быть, солнечную дорожку, но всем, что удавалось ей увидеть, была уходящая вдаль аркада мостов и черная вода под ними. Когда погас последний луч заката, оказалось, что светящийся тротуар сделался прозрачным, как стекло. Внизу лениво колыхалось море, изредка, словно подводные призраки, проплывали рыбы.

Улицы пустели, зато веселым гомоном и звоном посуды заполнялись балконы и террасы открытых кафе. Они были ярко освещены, и Маша сколько угодно могла бы наблюдать за нарядными ужинающими людьми, оставаясь при этом невидимкой, черной тенью на тускло светящемся тротуаре. Одной на темной улице было неуютно, но не страшно, ведь вокруг на всех балконах находились люди. Они общались и смеялись, а у Маши в этом мире знакомых еще не было, только компьютерная проводница в «Ночлеге для пришельцев», да еще Морена, которая, наверное, уже забыла про нее, как звезде и полагается. А может, по телевизору в апартаментах посмотреть Морену, сообщающую прогноз погоды? Можно, конечно, но, честно говоря, не очень хочется, интересно только, будет ли и в самом деле видно ногти, которые разрисовала Маша, или Морена напрасно беспокоилась о своем маникюре?

Размышляя об этом, Маша не обратила внимания на то, что по темной улице, чуть поодаль от нее, одиноко бредущей к своему «Ночлегу», движется еще какая-то фигура. Ее не было видно из освещенных окон и с шумных террас. Однако, если бы в городе вдруг погас свет и люди выглянули на улицы, их бы очень заинтересовал молчаливый Машин попутчик. Потому что и силуэт, и походка его лишь отдаленно напоминали человеческие. Звук его шагов, почти не слышный из-за веселого гомона и смеха, казался каким-то странным. Когда он донесся до ушей Маши, она была уже недалеко от «Ночлега». Гулкое смачное «шлеп-шлеп» приблизилось к девочке.

Обернувшись, она громко ахнула. Перед ней стояла жуткая сгорбленная фигура, ее широкие ступни, выделяющиеся на светлом тротуаре, походили на ласты.

– Что вам нужно? – пробормотала Маша, пятясь к спасительным дверям отеля.

– От тебя – ничего, – моментально отозвался незнакомец хрипловатым мальчишеским голосом. – Ты ничего собой не представляешь. Мне просто любопытно.

– Любопытно – что?

– Почему ты идешь одна по улице. – Незнакомец поднял руку с пальцами, которые были на фалангу длиннее Машиных. – Я видел тебя в магазине и в салоне. Ты тратишь много денег. Твои родители сняли апартаменты в этом «Ночлеге»?

– Почему я должна вам отвечать?

– Наш мир не так безопасен, как говорится в рекламных проспектах. Так ты живешь здесь, а? Твои родители достаточно богаты для этих апартаментов? Может быть, их интересуют услуги по омоложению? Я мог бы прислать завтра курьера.

– Я сама сняла апартаменты, – с достоинством ответила девочка. – И мне не требуется омоложение!

– Сняла сама, а? – Маша напрасно щурилась, стараясь разглядеть выражение лица незнакомца. – Принцесса, что ль? Или в кредит, поди?

– Конечно, в кредит!

В ответ незнакомец захихикал. Потом сказал:

– Ну, мне здесь делать нечего!

– Почему? – не поняла Маша. – Что у вас за фирма?

– Забудь, – ответил ей незнакомец весьма ехидно. – Ты мне не нужна. Во-первых, ты точно не клиент, а во-вторых, не заинтересуешь Морскую ведьму даже в качестве материала. У нее самые богатые клиенты и клиентки, им нужно только высококачественное сырье.

– Что? Это я – сырье?

– Ты дура. Улетай домой или позвони родителям, чтобы забрали тебя, пока не поздно.

Гулко всплеснула вода. Незнакомец прыгнул в воду и очень быстро поплыл прочь. Через несколько минут Маша не могла даже самой себе поклясться, что странная встреча произошла на самом деле. Кем мог быть этот незнакомец? Местным жителем? Или пришельцем? Он просто хотел нагрубить или пытался предупредить о чем-то? Кто бы он ни был, он уплыл, а Машу ждали телевидение другого мира и морской ужин.

Маша приготовила себе ванну, бросив в воду рыжий, туго скрученный шарик из стеклянной чашки на полке возле зеркала. Шарик мог быть чем угодно – мылом, конфетой, местным тараканом. Но разноцветные шарики в чашке напомнили Маше точно такие же, которые были у мамы дома и предназначались для ванны. И девочка не прогадала – в воде шарик расправился, наполнив ванну кипой рыже-бурых водорослей, гладких и мягких. Девочка нежилась в них, как на меховом одеяле, потом, поискав и не найдя мочалку, взяла пригоршню водорослей и принялась тереть ими руки и ноги, щедро поливая себя тонко пахнущим жидким мылом. Хорошо хоть мыло и шампунь тут были подписаны, в отличие от напитков.