Аквамариновая звезда. Ночные Птицы Рогонды (сборник) - Татьяна Леванова

– Морена! Морена, проснись скорее! Кары нет в комнате! Кара пропала!

Глава 17

Таинственные похищения продолжаются

– Как, Кара тоже пропала?! – Морена выглянула из спальни, изо всех сил растирая глаза кулаками.

– Да, Кара пропала, – Лилия плакала. – Спустись скорее в кафе, мы все так боимся. Там ее полотенце осталось на легкоступе.

– Минуту, я не могу идти в таком виде, – Морена бросилась в ванную.

Лилия побежала было за ней, но Маша ее задержала, бесцеремонно схватив за руку.

– Нет в комнате – ну и что? Может, вышла куда-то. С чего такая паника? Вы о Дельфе около суток не беспокоились.

– Кара с этим полотенцем на голове вышла из моей комнаты вчера. Пошла спать. Ее кровать не разобрана. И Венесса клянется, что слышала вчера крик и решила, что Кара запнулась в темноте.

– Запнулась… Полотенце на голове… – пробормотала Маша, запоминая. Из ванной вылетела Морена, свежая и решительная.

– Пойдем, покажешь мне, где полотенце и что произошло.

Полотенце слегка шевелил утренний ветер, оно было немного влажным, не то от росы, не то от брызг волн. Маша спросила у фонарика колокольцев, где путь к Каре, и синий луч ушел под воду.

– Запнулась в темноте, – в пятый раз повторила Венесса. – А если она утонула?

– Еще вчера вечером… – подсказала Лилия и залилась слезами. Подружки держались за руки и заметно дрожали от утренней прохлады. Маша внимательно смотрела на них – уж не они ли были теми заговорщицами, которых она видела в ночь перед исчезновением Дельфы? Не эти ли два голоса шептались? Маленькая и высокая, Лилия и Венесса – это в их разговоре прозвучало: «Я сказала, если с новенькой еще что-нибудь случится, хоть ядовитая рыба под одеялом, хоть толченое стекло в креме для лица, с виновной произойдет то же самое! А если виновную я не найду, то пострадаете вы все! Я сказала это каждой из вас, имейте это в виду». Кто это сказал? Маленькая – Лилия!

Маша пристально посмотрела на девушку с красивым, нежным, белым лицом, любимицу малышей-туристов. Неужели она выполнила свои угрозы? Не потому ли она так много плачет, что ее мучает совесть?

– Это ты их утопила, – твердо сказала Маша. – Столкнула в темноте.

Вокруг стало очень тихо, только гул просыпающегося города заглушал шум прибоя.

– Конечно. Ты говорила с Венессой в ту ночь, когда я ушла ночевать к Морене. Ты сказала, что покрываешь девчонок, которые травят меня, чтобы Морена не усомнилась в твоих педагогических способностях.

– Да, я говорила, – Лилия вздернула подбородок. – Я не смогла мирно разрешить конфликт, и ты ушла в апартаменты Морены.

– Ты сказала, – настаивала Маша, – что, если меня будут продолжать травить, ты накажешь виновную. Ты отправила Венессу спать, не позволив ей столкнуть меня в воду. Зато Дельфа, видимо, успела положить мне на кровать медузу, и ты расправилась с девочкой-ноги. Затем Кара…

– Маша, остановись, – приказала Морена. – Боюсь, у меня для тебя сегодня слишком мало терпения.

– Я никого не толкала! – возмутилась Лилия. – И уж тем более не топила. Что тебе пришло в голову, а, знаю, это стресс после вчерашнего!

– Как сказала позавчера наша гостья, Маша легко верит в сказки, – усмехнулась Венесса.

– Смейся, смейся, ты следующая! – вспылила девочка. – Завтра твой халатик окажется на этой же ступеньке!

– Хватит! – Морена хлопнула в ладоши. – Замедузили уже. Я сообщу о пропаже Кары Совету морских дев. А вы – на завтрак, а потом на работу.

– Морена, послушай, – обратилась к ней Маша.

– Я сказала – замедузили! Дело серьезное, а вы отношения выясняете!

– Почему ты мне не веришь?

– Потому что у тебя нет доказательств, а у Лилии – мотива! Ты сама только что сказала – Лилия угрожала девочкам, преследующим тебя, боясь, что я прерву ее карьеру. Но какой смысл ей топить Кару и Дельфу, если ты живешь у меня, спишь на моем диване, пользуешься моей ванной. Тебя никто не травит. Так что возьмись лучше за работу, меньше глупостей нафантазируешь, сквозняк.

Морена, не позавтракав, отправилась по своим делам. Девочки, не разговаривая, торопливо жевали соленые ломтики красной рыбы, давились сухим печеньем из рыбной муки, глотали теплую воду. Несмотря на то что Машу поставила на место сама Морена, с ходу отвергнув все предположения насчет Лилии, девочка заметила, что Венесса настороженно посматривает на свою соседку. Слова Маши посеяли в ней тревогу.

«Ну и хорошо, если она будет настороже, с ней ничего не случится страшного, даже если всему виной и не Лилия», – успокоила девочка свою проснувшуюся совесть. Лилия закончила завтрак и, ни на кого не глядя, отправилась на работу. Маша чувствовала, что обидела ее. Против воли ей вспомнилось, как Лилия принесла растворитель для клея, как останавливала подруг, зло подшучивающих над новенькой при первой же возможности. Но изменить ничего уже было нельзя.

После завтрака Маша занялась делами, которые ей поручила Морена. Напоминая себе, что она сквозняк и на первом месте у нее стоит выживание и обустройство в другом мире, поэтому никакая работа не может быть для нее неприятной и нежелательной, она перестелила постели, выстирала полотенца и вымыла ванную. В принципе то же самое она делала и дома, так почему бы и не прибраться в своем новом жилище? Разошедшись, она решила протереть пыль во всех комнатах. На подоконнике, том самом, где было всю ночь открыто окно, девочка нашла несколько длинных водорослей – тех самых, что похожи на хвощ, только очень нежных на ощупь. Эти водоросли обычно мотаются с планктоном по поверхности воды у самого берега и застревают в волосах купальщиц. Но, насколько Маша знала, Морена не купалась в открытом море, и если посещала городские пляжи, то только в качестве актрисы. Неужели она права, и в окно забирался человек-рыба? А иначе как могли водоросли попасть именно на этот подоконник? Тогда почему он ничего не сделал?

Конец ознакомительного фрагмента.

Примечания

1

Кабошон – округлая форма, придаваемая при шлифовке камням, или камень такой формы. (Прим. ред.)