Что не так с солнцем (СИ) - Реми Полина

Ветер донес до Рико перезвон бубенцов. Неприятный холод застыл на внешней стороне бедер. Патрульный осторожно огляделся по сторонам, освещая пространство переулка фонариком, но никого не обнаружил. Перезвон повторился — на этот раз отчетливее. Звук доносился со стороны перекрестка. Рико направил туда свет фонаря, и через несколько секунд из-за правого поворота появилось несколько человеческих фигур. По мере их приближения перезвон становился ярче, а холод в ногах отступал, и вот уже Рико смог различить в рассеянном свете пять человек с длинными волосами, двое из которых точно были девушками. Все пятеро что-то бубнили в унисон, периодически делали хлопок, от чего серебряные бубенцы на их браслетах раздавались хрустальным звоном. В волосы нежданных спасителей были вплетены белые перья, на лицах красовались орнаменты из белых линий, точек и кружочков. Это были шаманы из Дома Белого ворона.

Они окружили Рико, взялись за руки и стали синхронно раскачиваться, продолжая гортанно напевать гипнотическую мелодию. В какой-то момент он поймал себя на том, что раскачивается им в такт. Тем временем холод и оцепенение совсем отпустили его, но от пения шаманов невыносимо клонило в сон. Рико понял, что вот-вот упадет без сознания, когда фонарик выскользнул из его руки. В этот момент шаманы, звеня браслетами, подняли руки ладонями к небу и, запрокинув головы, издали странный звук, отдаленно напоминающий птичий крик.

Неведомая сила вдруг подхватила Рико и словно встряхнула за плечи. Холод, который как ему казалось, отступил, бился теперь в животе, разливался по венам и сковывал изнутри.

Он резко открыл глаза. Вокруг мелькали расписанные белыми узорами лица, белые перья, белые браслеты. Звенели бубенцы, монотонное пение прерывалось выкриками. Воздух стал густым и тягучим. Дышать стало совсем тяжело. Приступ сонливости сменился приступом удушья. Рико чувствовал, как судорожно сокращается диафрагма, но сам не мог пошевелить даже пальцем. Все происходящее потеряло для него всякую связь с реальностью. Ему начало казаться, что он просто уснул и видит страшный сон. Сейчас он начет задыхаться по-настоящему и проснется…

Шаманы резко остановились и в ту же секунду принялись толкать его друг к дружке, выкрикивая при этом что-то отдаленно напомнившее не то имена, не то числа — Рико никак не мог вспомнить, где слышал эти странные слова. Тело его, словно потерявшее вес, безо всяких усилий бросало из стороны в сторону. Он не чувствовал ни заплетающихся ног, ни плетьми болтающихся рук, ни запрокинутую голову, ни вывалившийся язык. Он больше не видел лица, перья, браслеты, небо. Он почти уже не слышал пение, выкрики, перезвон бубенцов. Тело словно больше не принадлежало ему. Еще немного. Еще чуть-чуть, и…

"Но ведь я все еще жив!" — вспыхнуло в голове после очередного выкрика, прозвучавшего над самым ухом.

"Я — это я, и ни за что не отдам свое тело кому бы то ни было!"

Рико снова мог дышать, видеть, чувствовать. Поймав равновесие, он остановился в центре круга, широко расставив ноги и едва пригнувшись, готовый в любой момент броситься в драку. Но прежде чем он сделал это, шаманы, последний раз вскинув руки и головы к небу, остановились, одобрительно улыбаясь. Они разомкнули круг и встали вместе перед ним. Рико расслабился и выпрямился. Он хотел спросить, что это было, но словно дар речи потерял и не смог выдавить ни слова, кроме скомканного невнятного "спасибо".

— В последнее время духи все чаще ведут себя агрессивно, — высокая девушка подобрала все еще включенный фонарик и вложила ему в руку, обхватив ее ладонями, а потом вдруг зашептала не своим голосом:

— Потерялась птица, не помнит дорогу домой. А и в доме том никто не ждет, потому и не ищет птица дорогу. Но хуже того: не помнит птица, что за спиной — крылья.

Во мраке безлунной ночи бархатный, вкрадчивый голос шаманки звучал жутко. Девушка отпустила его руку и заговорила уже нормальной речью:

— Только ты не сдавайся ни за что. Хватит с тебя уже.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Прошу прощения, — не очень понимая, за что извиняется, сказал он. — Кажется, я теперь пред вами в долгу.

— Как и мы перед тобой, да? — ответил какой-то парень. — Ты ведь патрульный, значит, тоже следишь за порядком.

— Он прав, — улыбнулась высокая шаманка, — мы всего лишь делаем свою работу, как и ты — свою.

— Вы на кого-то работаете?

— Мы добровольцы.

— Вот как.

— Нам пора. Будь осторожнее впредь, — сказала шаманка напоследок, прежде чем вернуться к своим и раствориться в темноте переулка.

— Добровольцы? — прошептал Рико.

В его голове начал зреть план, который наверняка должен был понравиться Сану, грезившему войти в число самых влиятельных представителей ночной столицы.

***

Кира остановилась перед вывеской с красным неоновым словом "LOFT". Немного подумав, она все-таки решилась и потянула ручку черной деревянной двери. В нос тут же ударила палитра запахов: алкоголь, сигареты, кофе, парфюм, стейк, пицца. И только сказанное стоявшим при входе в зал администратором "Добрый вечер" привело ее в чувства.

— К сожалению, все столики заняты, — начал молодой человек и замолчал.

— Меня вполне устроит бар, — Кира улыбнулась ответ.

— Прошу, — он сделал жест рукой, пропуская ее вперед.

Кира окинула взглядом помещение: в целом, ничего, можно даже сказать, что место приличное. За стойкой, к ее удовольствию, почти никого не было. Разве что двое мужчин на дальнем конце потягивали пиво из высоких стаканов. Она даже подумала, что, если здесь хорошо готовят кофе, можно заходить сюда время от времени.

– Здравствуйте, — бармен отложил в сторону салфетку, которой только что протирал пивной стакан, и с вопросительной улыбкой посмотрел на нее. — Что будете пить?

Он не был красив, но на него хотелось смотреть. Во всем его облике угадывалось нечто аристократическое — в аккуратно уложенных темных волосах, в бледности лица, в ровной линии бровей, в лёгком прищуре карих глаз, в горбинке острого носа, в изгибе тонких губ, в длинных пальцах с блестящими гладкими ногтями. Этот малый явно хотел выдать себя за вампира, но таковым не являлся: вампиры пахли иначе.

— Кофе, пожалуйста. Черный, без сахара.

— Конечно, это не мое дело, но… черный кофе на ночь? — бармен все с той же легкой улыбкой изогнул бровь.

Кира усмехнулась: судя по тому, как он держался, парень знал, что привлекает внимание и явно этим наслаждался.

— В самый раз.

— Одну минуту.

Пока бармен готовил кофе, Кира еще раз окинула зал взглядом — на этот раз в поисках своего соседа, но никого похожего не обнаружила. Решив, что он наверняка в одной из кабинок, девушка хотела уже повернуться к бару, но справа кто-то возник.

— Кого-то ждете? — прозвучал бархатный мужской голос.

Кира даже посмотреть на него не успела, как слева донеслось: "Ага, меня". На соседний стул уселся высокий блондин. Присмотревшись, она заметила, что волосы его высветлены.

— Понял, не дурак, — прозвучало за спиной.

— Надо же, мужчина из рода сирен, такого нечасто встретишь. Но сегодня не его день, — блондин широко улыбнулся.

Кира только кивнула в ответ, однако подумала, что улыбка у этого типа беззаботная, и запах от него исходит до боли знакомый, да и лицо это она, кажется, где-то видела, но мысли оборвал бармен, принесший кофе. Она поблагодарила его и уставилась в свою чашку.

— Эмир, салют! Как оно? — блондин поднял правую пятерню, обращаясь к бармену.

Тот кивнул в ответ.

— Ты сегодня поздно, Рико.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Выходной.

— Тебе как обычно?

— Ага.

Боковым зрением Кира видела, что блондин то и дело косится на нее. В конце концов, она не выдержала и повернулась к нему лицом.

— Интересно, да?

— А?

— Ты раньше меня здесь не видел, и тебе, должно быть, интересно, кто я такая?

Кира, наконец, поняла: среди прочих он принес с собой запах оружия. Теперь ей самой было интересно познакомиться с ним.