Освободительная кО/Ампания - Юлия Фирсанова

— Ильдавур просил меня кое-что тебе передать. "Южная Звезда" объявила на тебя охоту, — выпалила Элька. — Это…

— Я знаю, что такое "Южная Звезда", — спокойно прервал Елену воин и, сняв со стойки, протянул девушке ее шпагу, жестом показывая, что настало время тренировочного поединка.

Сообразив, что обсуждать принесенную ею информацию коллега не настроен, Элька приняла клинок и встала в позицию. По крайней мере, обещание, данное Ильдавуру, она выполнила. "А там уж, если что, пусть вампиры только попробуют сунуться, мы не дадим Гала в обиду! — решила девушка. — Любой вознамерившийся обидеть воина столкнется не только с его здоровенным мечом, но и с талантами других членов команды и тысячу раз пожалеет о том, что вообще родился на свет! Один Макс чего стоит. Этого можно забросить в тыл врага и подождать, пока технарь, пытаясь подняться на ноги, уложит половину противников своими уникально-неловкими действиями по абсолютно непредсказуемой траектории движения!"

Словом, Элька выбросила предупреждение Ильдавура из головы и целиком сосредоточилась на поединке, спасаясь от молниеносных хитроумных атак Гала. Воин учил девушку сражаться, используя не физическую силу, а быстроту реакции, развивая умение уходить от удара, а не принимать его клинком, или, тем более, собственным телом. Конечно, Елена даже не мечтала соревноваться с самим Эсгалом в умении владеть оружием, но сознавала, что за довольно короткое время успела достичь многого. Во всяком случае, клинок перестал быть в ее руке бесполезным железным прутом, да и тело слушалось гораздо лучше прежнего. Воин не только умел сражаться сам, Гал оказался внимательным и очень терпеливым учителем, готовым не раз, не два и даже не десять объяснять тот или иной прием. Элька чувствовала, что скоро будет способна постоять за себя. Учил Гал ее и бою без оружия, главным образом уделяя внимание основным болевым точкам, свойственным большинству рас. В такой драке сила тоже была не главным, точность и скорость могла стать куда лучшей защитой, чем гора мускулов.

Отработав основной комплекс из старых приемов, Гал показал Эльке пару новых и не успокоился до тех пор, пока она не воспроизвела их с достаточной, по его придирчивому мнению, точностью и не продемонстрировала в связке с несколькими старыми.

Только после этого воин подал знак рукой, показывая, что ученица может отложить оружие и снять защитную одежду. После давней жалобы Эльки на синяки, Гал внимательно, со свойственной ему временами странной заботой, наблюдал за этой процедурой, следя, не мелькнет ли на лице Елены выражение боли, не расплывется ли на нежной коже цветок синяка.

— Почему Господин Темной Крови сказал тебе о намерениях "Южной Звезды"? — спросил Эсгал, распуская ремешок, поддерживающий светлые волосы, словно разговор и не прерывался на полтора часа.

— Ему это выгодно, — тяжело дыша, пожала плечами Элька и вытерла рукой пот со лба, но обстоятельно о мотивах Ильдавура докладывать не стала. — И я поверила его словам.

— Ясно, — кивнул воин, принимая ответ и чуть помедлив, спросил, глядя куда-то вбок. — Ты так и не рассказала остальным про Рассветного Убийцу?

— Нет, — коротко откликнулась девушка, возвращая одежду на место.

— Почему? — удивился мужчина.

— Это только твоя тайна, Гал, не моя. Ты сам должен распорядиться ею, как считаешь нужным, — серьезно, без своих обычных приколов ответила Елена. — Но, как бы ты не поступил, кем бы ты ни был и уж тем более, кем бы ты себя не считал, не забывай одно!..

— Что? — обреченно вздохнул воин, запутавшийся в темных сетях прошлого.

— Мы любим тебя таким, какой ты есть! Честное пионерское! — Элька подошла с Галу вплотную, и лицо ее озарилось немного лукавой, но совершенно искренней улыбкой, от света которой в панике разбежались по углам мрачные тени воспоминаний. Подпрыгнув, девушка повисла у воина на шее, звонко расцеловала его в обе щеки и повторила: — Честное-пречестное слово! Не парься!

— Это значит — забей? — краешком рта улыбнулся в ответ воин, на секунду прижав Эльку к груди.

— Вот именно! — подтвердила энергичным кивком Елена и, свистнув Мышу, умчалась из зала.

1сноска — Любовь (франц)

2 сноска Любовник (франц.)

Глава 2. Чудеса, разборки и сборы

В ближайших планах девушки стоял душ и стремительное перемещение в рабочий зал, где очень скоро должны были собраться все члены команды для чтения очередной петиции из груды, возвышающейся в центре большого стола. Связист столь регулярно подтаскивал очередную кипу документов, что команда божественных помощников уже перестала надеяться на естественную убыль петиций. Им даже начало казаться, что документы тайком, по ночам, ведут свою собственную, противоестественную жизнь, плодом которой становится естественная прибыль корреспонденции. Рэнд высказал эту версию вслух и предложил оставить в качестве дежурного неспящий призрак сеора Рогиро, но тот весьма категорично отказался от столь щедрого предложения.

Каким образом Гал, никуда не спеша, везде оказывался вовремя, Элька понятия не имела, но ясно чувствовала, что дело не только в длине ног коллеги. Оставалось только предположить, что Эсгал был существом особой породы — оборотней пунктуальных, но поскольку сама девушка принадлежала к виду "человек легкомысленный", ей приходилось торопиться изо всех сил. Вихрик в ореоле чуть влажных светлых волос мчался по коридору, не замечая ничего на своем пути.

— Сеорита, видимо, очень спешит, — с чувством оскорбленного достоинства, констатировал Рогиро, когда Элька пролетела прямо сквозь призрачное обличье родовитого ильтирийца, ныне штатного библиотекаря команды.

Елена резко притормозила и развернулась. Просчитав траекторию своего движения, девушке не составило труда сообразить, чем уязвлен бесплотный дух. Стараясь немного загладить невольную вину, Элька лучезарно улыбнулась, как улыбалась всегда после очередной шкоды, и бодро поздоровалась:

— Привет, Рогиро, как жизнь?

— Вы хотите сказать, как смерть, сеорита? — съехидничал зловредный дух, не в добрый час для благостного настроения вздумавший покинуть пределы своей вотчины — библиотеки — и посетить нижний этаж.

— Не придирайся к словам, — скорчила уморительную мордашку девушка. — "Я мыслю, значит, существую", а уж каким образом, не так уж и важно. А?

— Нет, — процедил Рогиро и добавил своим изысканно-колким тоном: — Но если сеорите понравилось разрывать мою призрачную оболочку, она может делать это столь часто, сколь ей заблагорассудится. В конце концов, каждый сеор — слуга сеорите, в призрачном он обличье, или во плоти — не так уж и важно! А?