По лезвию жизни - Кристина Высоцкая

Сладкая судорога скрутила их одновременно, посылая волны тепла по сплетенным в агонии телам. Тяжело дыша, Андрей всем весом упал на девушку, сбивая и без того рваное дыхание. Протестующе пискнув, она выбралась из-под него и умиротворенно устроилась рядом, ласково поглаживая влажную спину. Успокоившись, мужчина повернулся на бок и, крепко обняв Юльку, моментально уснул. Немного повозившись в его объятиях, девушка закрыла глаза и, убаюканная мерным потрескиванием дров в камине, задремала.

Глава 3

Следующие три дня они гуляли по берегу, наслаждаясь чудесными видами едва проснувшейся природы, катались на моторной лодке, рыбачили и занимались любовью везде, где заставало их вспыхнувшее желание. Юле казалось, что это счастье продлится вечно, и она старательно гнала от себя мысли о возвращении в одинокую квартиру к украденным часам любви.

Утро среды встретило девушку неприветливо. Постель рядом с ней была пуста. Затянуто мрачными тучами небо бросало в открытое окно холодные брызги дождя, заливая подоконник крохотными прозрачными лужами. Ветер, врываясь в комнату, безжалостно трепал шторы. Зябко ежась от сквозняка, Юля вскочила с постели и бросилась закрывать распахнутые настежь створки. Справившись с непослушным шпингалетом, девушка закуталась в одеяло и выглянула из комнаты:

– Андрей? – тишина.

– Андрюш, ты на кухне? – в сердце закралась неясная тревога. Покрепче обернув плед вокруг тела, Юлька спустилась по лестнице и заглянула на кухню. Пусто. Лишь слабо пахнет кофе. В гостиной мужчины тоже не оказалось, и девушка, тщетно дернув запертую дверь третьей комнаты, в которой, по словам Андрея, находился кабинет хозяина дома, выскочила на улицу. Босые ноги обожгло холодом, но Юля не обратила внимания.

– Андрей!! – ее голос потонул в шуме дождя, растворившись в косых струнах. Вернувшись в спальню, Юлька натянула белье, джинсы, теплые носки и толстый свитер, предусмотрительно сунутый в сумку. Внезапная догадка озарила девушку, и она, подскочив к шкафу, распахнула дверцу в отделение, где были разложены вещи Андрюши. Полки сияли девственной чистотой.

Со стоном опустившись прямо на пол, Юля закрыла лицо руками и замерла. Слез почему-то не было. Была глухая пустота там, где раньше билось сердце.

«Может быть, больно будет потом?» – мысли вяло текли, словно сквозь туман проникая в сознание откуда-то извне. – «Как он мог? Ни слова, ни записки… Записка!» – стремительно вскочив на ноги, Юлька заметалась по комнате, переворачивая немногие вещи в поисках клочка бумаги. Не найдя, она все в том же порыве слетела вниз и обыскала гостиную, а потом и кухню. Ни-че-го. Схватив телефон, девушка тщетно набирала знакомый номер, раз за разом слыша безразличное: «Абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети».

– Так, Юля, успокойся, – сделав глубокий вдох, чтобы успокоить нервную дрожь, она крепко стиснула кулаки, зажав в руке злосчастную трубку. – Ну, и что мне теперь делать? До дороги километров десять, не меньше, – с сомнением покосившись на легкие мокасины, она посмотрела на улицу. Грязные потеки воды струились между камнями и заливали дорогу.

«Без паники, у меня отпуск, так что опоздать – никуда не опоздаю. Продуктов мне хватит до конца недели, если погода испортилась надолго. Пережду дождь и выберусь на трассу. Там-то точно найду, как добраться домой. А, может, Андрей вернется? А если что-то случилось, и ему пришлось уехать? Мог бы и предупредить. Юль, хоть раз в жизни будь реалисткой! Он тебя БРОСИЛ! Вот так подло, в глуши, ничего не объяснив и не попрощавшись. В его духе. Сколько можно себя обманывать??? Дура, дура, дура!» – не думая о том, что делает, Юля заварила чай и села за стол.

Первый же обжигающий глоток привел ее в чувство. Зашипев от боли, девушка оттолкнула кружку и, не справившись с захлестнувшей обидой, горько разрыдалась. Но и это состояние не могло продолжаться вечно. В конце концов, истерика утихла.

Умывшись холодной водой, чтобы остудить воспаленные глаза, Юля решительно направилась наверх.

Разлюбила? Нет. Любовь – не сломанная кукла, не выбросишь в помойку за ненадобностью. Но впервые за долгое время Юля протрезвевшими глазами оглянулась на прошедшие семь с половиной месяцев и ясно увидела все те мелочи, из которых складывались их с Андреем отношения. Именно она ждала его каждую минуту, удовлетворяла желание (что сказать, обоюдное) тогда, когда ОН этого хотел, именно она позволяла вытирать о себя ноги, деля его с другой, довольствуясь ролью второго (или даже третьего?) плана. Хватит? Хватит!

Механически переставляя ноги, Юля поднялась наверх и собрала вещи, внимательно оглядывая комнату, чтобы ничего не забыть. В приметы Юлька верила. Иногда. По крайней мере, в ту, что нельзя оставлять свои вещи там, куда не хочешь возвращаться. Сюда она не хотела.

Сняв постельное белье, хранившее их запах, девушка навела порядок в комнате и спустилась вниз, прихватив собранную сумку. Забросив простыни в стиральную машинку и включив ее на быструю стирку, Юля обошла дом, уничтожая следы их присутствия. Убедившись, что все так, как было по их приезду, она вернулась на кухню и допила давно остывший чай, старательно отгоняя от себя любую мысль о предавшем ее любовнике.

Тихий сигнал оповестил об окончании цикла, выводя девушку из оцепенения.

«Ну вот. Больше нет причин оставаться здесь. Дождь утих. Какой смысл тянуть время и ждать… неизвестно чего?»

Развесив белье сушиться, Юля еще раз огляделась вокруг, натянула мокасины и подхватила сумку.

В это же мгновение за окном раздался шум подъезжающей машины.

«Вернулся?» – мелькнула удивленно-радостная мысль, но, выглянув в окно, она увидела незнакомый серебристый внедорожник, из которого вылез… Олег.

Щеки вспыхнули, едва она подумала о том, что ему-то точно известно о ее статусе отставной любовницы. Замерев от стыда и унижения, Юля смотрела, как открывается дверь.

– Юлия? – вошедший удивленно замер, оглядев неподвижную девушку с головы до ног и остановив взгляд на спортивной сумке. – Вы что, пешком собрались идти? Разве Андрей не предупредил, что я вас заберу?

– Я не видела его со вчерашнего вечера, и тогда он ни словом не обмолвился о своем отъезде, – не понимая, как оставаться наедине с другом бывшего любовника, Юля направилась к двери. – Пропустите.

– Не дурите! Здесь же двенадцать километров. По дороге даже ехать, не то, что идти, трудно. Немного просохнет, и мы спокойно выберемся.

– Я не хочу здесь оставаться.

– Когда вы сюда ехали, вас это мало беспокоило, – не удержался от шпильки Олег.

– Вас, – выделив слово, одновременно смутившись и разозлившись на собственную глупость, прошипела Юля, – это не касается! Дайте мне пройти.