Коварство и любовь - Линда Уиздом

Джинни покачала головой, по-прежнему не выражая никакого сочувствия по поводу раздраженной тирады своего шефа. Эта пожилая женщина работала у Джоша с самого начала, и они хорошо ладили, хотя она сразу же объявила, что доставка кофе и булочек не входит в круг ее обязанностей, а если Джош посмеет попросить ее задержаться на работе, то пусть пеняет на себя. Не говоря уже о том, что она не собиралась работать на дурака, поэтому Джошу не следовало делать ошибок, которые ей потом пришлось бы исправлять. При этом она была лояльна к тем, кто этого заслуживал, непримирима к тем, кто заслуживал этого, у нее была прекрасная информационная сеть на случай, если Джош не мог узнать чего-то обычными методами, и она следила за тем, чтобы он не нажил на работе язвы. Кроме того, она управляла его делами железной рукой, что значительно облегчало ему жизнь. Не один прокурор трепетал от обрушивавшегося на него секретарского гнева и позорно уползал зализывать раны.

– Смотрите на это как на случай, открывший наконец ее подлинное лицо. Лично я совсем не удивляюсь, что она оказалась такой бессердечной стервой. У нее улыбались только губы, а глаза – нет. Может быть, вы и прекрасно проводили время в постели, но все равно она просто ледышка. Итого счет шесть ноль в их пользу. Это если не считать таинственную незнакомку, которая каждый четверг присылает вам цветы. Мы ведем у себя список, сегодня очередь Сюзанны.

Джош поднял голову.

– Все женщины – чокнутые. Вести список, кому достанется очередной букет! – Он не поделился с Джинни своей неприятной догадкой, что именно незнакомка, присылающая ему цветы, устроила погром в его доме в день его рождения. Но, зная его секретаршу, можно было не сомневаться, что она уже и сама пришла к такому же выводу и только ждала, что он выскажет эту версию вслух.

– Хоть какое-то развлечение!

Джинни подошла к звонившему телефону.

– Контора мистера Брендона. – По выражению ее лица невозможно было сделать никаких выводов о личности звонившего. – Минуточку, пожалуйста. – Она нажала кнопку отключения звука. – Для ведьмы с Восточного побережья вы есть или нет?

Джош возвел глаза к небу.

– В гороскопе, что ли, написано, что сегодняшний день должен быть для моего знака зодиака черным днем?

– Мужайтесь, – приказала ему Джинни без малейшего сочувствия. – От своей судьбы не убежишь. – Она протянула ему трубку.

Чертыхнувшись, Джош выхватил трубку из рук секретарши и послал ей вслед нелестные слова.

– Что тебе нужно, Стефания?

– Как всегда, без лишних слов, Джошуа! От тебя не убудет, если ты хотя бы поздороваешься и спросишь, как я поживаю. – Звучный голос, который мог быть жарким как огонь и холодным как лед, прозвучал в его ушах. В настоящий момент, прикинул он, Северный полюс показался бы тропиками по сравнению с ней.

– Поскольку единственная цель твоих звонков – упреки, я не вижу причины быть вежливым.

Молчание Стефании Карвер было столь же красноречивым, как и ее слова.

– Твой чек снова опоздал.

Джош мысленно сосчитал до десяти.

– Советую тебе сходить за ним на почту: я послал его вовремя. Мне пора в суд. Еще что-нибудь?

– Ничего доступного твоему пониманию, а тем более представляющего для тебя интерес. – Она резко бросила трубку.

– Ну что, она выдала свою порцию желчи на этот месяц? – Джинни вернулась в кабинет с папкой в руках.

– У нее есть трастовый фонд, которого достаточно для уплаты национального долга. Не говоря уж о папаше, который купается в деньгах! – рявкнул он. – Но если ее проклятые алименты задержатся хотя бы на день, она грозится прислать судебного исполнителя.

На другого человека его крик мог произвести устрашающее впечатление, но Джинни хорошо разбиралась в настроениях шефа.

– Вам следовало жениться в штате, где имущество супругов считается по закону общим. Тогда бы вы сами могли получать с нее алименты! – Она положила папку ему на стол. – Это сможет поднять вам настроение. Я прочла первые две страницы, но у меня создалось впечатление, что это очень занимательный отчет о вскрытии. Как раз в вашем вкусе.

Он усмехнулся фальши, сквозившей в ее словах.

– Джинни, иной раз вы бываете настоящей язвой. – Он взял папку и открыл ее.

Выходя из комнаты, она фыркнула.

– Вы напрасно мне льстите. По-моему, вам и так хватает хлопот с женщинами, не стоит прибавлять к этому списку меня.

Пролистав отчет, Джош взглянул на подпись на последней странице и усмехнулся.

– А она говорит, у меня неразборчивый почерк!

Он вернулся к первой странице и принялся читать внимательно.

Продравшись сквозь несколько страниц медицинской терминологии, он начал кое-что подозревать. Добравшись до последней страницы и прочтя заключение, он был вне себя. Джош потянулся было к телефону, но передумал.

– Если меня будут спрашивать, я в морге, – бросил он, уходя.

Джинни оторвалась от печатания.

– Самое подходящее место, я считаю, для выбора женщины. Такая не сможет орать на вас или угрожать оторвать яйца, когда вы опоздаете с присылкой чека. – Она изобразила смущение. – Ох, я совсем забыла о своем хорошем воспитании. Хотя ведь это она говорила. Что-то об игре ими в теннис…

Джош выразил свое отношение к этим словам малопристойным жестом.

– И вам того же, шеф, – прозвучал голос Джинни ему вслед.

Лорен просматривала папку для поступающих документов.

– Пит, я не могу найти вашего отчета о вскрытии Томпсона. Вы его приносили?

Ее напарник стоял на пороге кабинета, изображая всем своим видом нежелание пересечь границу и оказаться на вражеской территории.

Пита Игнатиуса не зря звали Игорем. Достигая едва ли метра семидесяти ростом, слегка сгорбленный, с узким телом и еще более узким лицом, с бесцветными глазами, которые никогда не смотрели на собеседника, и кожей, бледной от чрезмерного пребывания при флюоресцентном освещении, он представлял собой жалкое зрелище. Зеленая хирургическая одежда делала его кожу еще более землистой. При этом, казалось, он с удовольствием подчеркивал свой несколько необычный внешний вид.

– Я еще не закончил его. – Он говорил гнусавым, слегка хнычущим голосом.

Лорен мысленно сосчитала до десяти, что она делала постоянно при общении со своим ассистентом.

– Вы произвели вскрытие два дня назад. При этом вы сказали, что все оказалось вполне стандартным. Вы не нашли ничего криминального, если только токсикологические тесты не преподнесут сюрпризов. Совершенно непонятно, почему ваш отчет еще не готов.

Весь его вид выражал враждебность.

– Харвей никогда не возражал против небольших задержек. Он понимал, что у меня есть много других обязанностей.