Коварство и любовь - Линда Уиздом

Джош припомнил истории о преследованиях, которые попадались ему в газетах. Лишь немногие из них имели хороший конец. В какое-то мгновение он подумал о своей бывшей жене. Способна ли она на подобное? Он не мог представить, чтобы черствая и рациональная Стефания готовила ему еду, но чем черт не шутит! Может, она прихватывает с собой служанку для выполнения грязной работы.

– Н-да…

– Патрульные машины регулярно бывают в окрестностях твоего дома, но никто ничего необычного не заметил. Множество домов расположено в глубине, подальше от проезжей части, потому частенько не замечают, что происходит по соседству. Многие женщины теперь работают, поэтому в дневное время дома пустеют. В наших общих интересах, чтобы ты воздержался от контактов с противоположным полом, пока мы не разберемся в происходящем. И в особенности держи штаны застегнутыми. Следующая твоя возлюбленная может получить что-нибудь похуже букета черных роз.

Джош почувствовал, как внутри у него все закипает.

– Я не могу поставить свою жизнь на тормоза только из-за того, что некто по неизвестной причине положил на меня глаз.

– Сможешь, если ты этой жизнью дорожишь.

Она всегда без труда входила всюду, куда хотела. Задвижка, как обычно, была не закреплена, а замок представлял собой просто детскую игрушку. Очевидно, хозяйка не ждала посетителей в свое отсутствие.

– Привет, дорогуша. Вот и я, – объявила она, входя в кухню.

Она огляделась. В мойке никакой грязной посуды, только на сушке рядом с красным полотенцем стоит чашка. Около стены – коробка с надписью «Фарфор». Ей очень хотелось пнуть ее пару раз и послушать звон посуды, но она сдержалась.

В гостиной тоже стояли нераспакованные коробки. Диван с обивкой кремового цвета, украшенный выдержанными в пастельных тонах подушками, был придвинут к стене, чтобы освободить место для коробок, а обитое той же тканью кресло стояло вплотную к телевизору и стереосистеме. Она прошла внутрь и обследовала столик со стеклянной крышкой, на котором лежала только пара медицинских журналов.

«Совершенно не умеет обставлять квартиру», – пренебрежительно подумала она, выходя из комнаты. Сама она предпочитала сочные цвета. Такие цвета дают ощущение силы.

Потом она обследовала кабинет, уделив особое внимание компьютеру. Хотела было включить его и посмотреть, какие там можно найти секреты, но решила отложить это до следующего раза. Она не сомневалась, что еще вернется сюда.

Она прошла дальше по коридору, приостановившись, чтобы заглянуть в ванную и в комнату, которую сочла спальней для гостей и где стояли двуспальная кровать и комод, пока наконец не добралась до спальни хозяйки.

– Пресно, – сказала она, входя в комнату и рассматривая светло-кремовые стены. Ее внимание привлек висящий около двери небольшой натюрморт с цветами. – Как она сама.

Она провела пальцами по комоду, чтобы проверить, есть ли там пыль. На руках у нее, чтобы не оставлять отпечатков пальцев, были надеты тонкие резиновые перчатки, поэтому она без опаски трогала все, что хотела. Ей нравилось перебирать вещи руками. Она считала, что тем самым глубже проникает в сущность их хозяйки.

А такое проникновение давало власть.

Она распахнула зеркальную дверцу шкафа и осмотрела содержимое. Вытащив одно из платьев, принялась его разглядывать. Фыркнула, увидев ярлычок с размером. Она тут сидит на строгой диете и изводит себя гимнастикой, чтобы удержаться в сорок восьмом, а у этой ведьмы – сорок четвертый! Разве это справедливо? Она аккуратно вернула платье на место, подавив желание разорвать его в лоскуты. Сейчас не время обнаруживать свое присутствие.

Она перешла к ящикам комода, перебирая выдержанное в пастельных тонах белье, аккуратно разложенное по пакетам. Ни одной яркой тряпки – просто тоска!

– В таком порядке вещи не хранят, – прокомментировала она, закрывая ящик, в котором лежал комплект лифчиков телесных оттенков. – Либо докторша – чокнутая, либо у нее есть домработница, которая наводит порядок. – Она открыла еще один ящик и увидела шелковые комбинации. Отказавшись от намерения прихватить одну, она последовательно изучила содержимое всех ящиков. Здесь она увидела точно такую же кремовую с черным шелковую ночную сорочку, какой восхищалась в супермаркете несколько недель назад, но не купила, потому что та была не в ее стиле.

Большинство найденных ею украшений были бижутерией хорошего качества, за исключением бриллиантовых серег в комплекте с кулоном, запрятанных в темно-синей бархатной коробочке в нижнем ящике комода.

С завистливой злостью она оглядела латунные спинки кровати и стеганое одеяло, в котором сочетались оттенки светло-желтого, голубого, персикового, розового и нежно-зеленого. Ей пришлось стиснуть руки, чтобы удержаться и не сбросить одеяло на пол.

На столике около кровати лежали книжки, которые читала докторша: несколько детективов и роман ужасов о женщине-вампире. Она улыбнулась при виде лежащего в ящике последнего номера журнала «Плейгерл» и бегло пролистала его, дойдя до фотографии на центральном развороте.

– Джош смотрится намного лучше. – Ее пальцы наткнулись на лежащий под кипой журналов твердый посторонний предмет. – Ну-ка, что тут у нас? – Она вытащила угрожающего вида пистолет. Он оказался заряжен. – Ну и ну, Лорен! Ты полна сюрпризов. Я никогда не думала, что у тебя есть тяга к насилию. Надо надеяться, что у тебя есть разрешение на эту опасную штучку. Джош не любит женщин, которые нарушают закон.

Затем она прошла в выдержанную в голубых и персиковых тонах ванную и принялась открывать расставленные на полочке флаконы с пеной для ванны, чтобы понюхать содержимое каждого из них. Запах талька совпадал с запахом пены в одном из флаконов.

После этого она перерыла шкафчик, в котором Лорен держала косметику, изучая тени и румяна, и даже набралась смелости попробовать одни из них на щеке, но тут же смыла, сочтя, что цвет ей не идет. В размещенной в ванной аптечке не было ничего, кроме пузырька с тиленолом, немного «Алка-Зельтцера» и упаковки с противозачаточными таблетками. Последнее обеспокоило ее больше всего. Неужели они успели уже встретиться накоротке, а она этого не заметила? Нужно быть настороже.

Она просто мечтала найти какие-нибудь наркотики. Что-нибудь, к чему можно было бы прицепиться.

– Что может быть лучше? Она же врач и может выписать себе все, что пожелает.

Все, что она трогала, она потом методично расставила по местам. Ей не хотелось, чтобы Лорен заподозрила, что кто-то приходил. Этот момент был предметом ее особой гордости. Она давно обнаружила, что ей доставляет огромное удовольствие проникать в чужие дома, трогать чужие вещи, узнавать чужие секреты и не оставлять при этом никаких следов.