Тайные наслаждения - Бертрис Смолл

Сам Джефф не любил, когда жена выказывала в постели то, что он считал излишним энтузиазмом, и как-то даже назвал ее поведение развратным, чем очень ранил ее чувства. А ведь она думала, что он будет польщен ее пробудившейся страстью. Что если любишь кого-то, не стесняешься это показывать. Но у Джеффа было иное мнение.

— Я бы засомневался в твоей невинности, Нора, — сказал он ей тогда, — если бы сам не сорвал вишенку. Ты едва не истекла кровью, беби.

Сначала секс между ними можно было назвать раскаленным. Но он быстро остыл. Не потому, что так хотела Нора. Просто ей не позволялось делить с ним страсть. Новизна выветрилась, и Джефф, казалось, потерял интерес к жене. Теперь, оглядываясь назад, она понимала, что больше всего он гордился ее девственностью. Ему было важно то, что он у Норы — первый мужчина. Кроме того, у семейной пары должны быть дети, не так ли?

Вот уже пять лет, как у них вообще не было секса. Нора даже помнила, когда они переспали в последний раз. Пятое сентября, уик-энд Дня труда. Джефф был пьян и называл ее «Лейни». О да, число было словно выгравировано в ее мозгу.

Когда подруги обсуждали пыл своих мужей и сетовали на то, что получают не так много и часто, как прежде, Нора молчала, зная, что все считают, будто она скромничает, не желая говорить на подобные темы. На самом деле все было не так. Знай они правду, наверняка пожалели бы ее. Но сможет ли она вынести их жалость, если все узнают, что муж больше не находит ее желанной?

Поэтому она держала язык за зубами и жила так, словно все обстояло лучше некуда. А вот теперь ей кажется, что муж готов вышвырнуть ее, как изношенную тряпку, ради другой женщины. Молодой женщины. От этого никуда не скрыться.

— Бьюсь об заклад, секс у них что надо, — пробормотала она, гадая, как выглядит любовница Джеффа.

Вероятно, блондинка. Сколько ей лет? Около тридцати или чуть за тридцать? Такие обычно бывают самыми страстными. Хорошо еще, что дети Норы выросли или почти выросли. Не будет никаких споров об опеке или времени посещения. Знают ли они о похождениях Джеффа? Ни Джил, ни Джей-Джей никогда не были близки с отцом. Да его и дома почти не бывало. Зато мать стала им настоящим другом.

Нора вернулась мыслями к проблеме. Что ей делать? Рина права. Нора Бакли абсолютно беспомощна, и осознание этого факта совершенно ей не нравится. Как она могла не открыть своего банковского счета, пусть и не на слишком большую сумму?! Не сделать запаса на черный день! Джеффа никак нельзя было назвать прижимистым, и ей следовало каждый месяц откладывать что-то из денег на хозяйство. Понемногу, конечно, однако за двадцать шесть лет накопилась бы приличная сумма. Но нет! Нора Бакли была слишком занята тем, чтобы ублажать мужа. Где уж ей подумать о себе! Какой же дурой она была…

Телефон зазвонил так резко, что Нора вздрогнула.

— Привет, ма! — крикнул Джей-Джей в трубку. — Мама Лили попросила меня переночевать у них. Она и мистер Грэм пригласили на ужин приятеля. Большая шишка в университете. Они хотят познакомить меня с ним. Я сказал им, что ты согласишься, верно?

— Почему бы тебе не прийти домой после ужина? — неожиданно для себя спросила Нора.

— Мааааа! — раздраженно воскликнул Джей-Джей. — Я буду выглядеть полнейшим кретином, если ты назначишь мне комендантский час. Что, если у нас состоится серьезный разговор? Часы бьют десять. Я вынужден подняться, извиниться перед ним, потому что мама велела мне вернуться домой вовремя, и бежать со всех ног? Почему тебе так необходимо выставить меня олухом?

— Вовсе нет, — заверила Нора. — Но как насчет одежды на завтра?

— Забегу после школы, захвачу все необходимое, и зубную щетку тоже. Ладно? — с надеждой спросил сын.

— Так и быть, — сдалась Нора. Да и что ей оставалось делать?

— Классно, ма! Спасибо!

Сын положил трубку.

Нора сделала то же самое, но, немного подумав, набрала номер. Ответила Марис Грэм.

— Марис, это Нора Бакли. Только сейчас звонил Джей-Джей. Надеюсь, он вас не обременит? Он с таким же успехом может переночевать дома.

— Нет-нет, — заверила Марис. — Он может лечь в комнате Питера. Там есть две раскладные кровати. Майкл Коллир — глава приемной комиссии университета. Конечно, Джей-Джей поступил без всякого труда, но я решила, что им лучше познакомиться. Надеюсь, мальчик понравится Майклу, и тогда он получит более выгодную работу в кампусе, а может, и повышенную стипендию. Жаль, что они не встретились раньше. Но Майк приезжает к нам только раз в год. Он учился в Принстоне вместе с Джоном.

— В таком случае все в порядке, — ответила Нора. — Большое спасибо, Марис. Вы были очень добры к Джей-Джею, и мы очень это ценим. Еще раз спасибо.

— Не за что. Он хороший парень, — рассмеялась Марис.

Не успела Нора повесить трубку, как телефон зазвонил снова. Она услышала голос мужа.

— У тебя что, нет других дел, кроме как трепаться по телефону? — приветствовал он. — Я полдня пытаюсь до тебя дозвониться.

— Не преувеличивай, Джефф, — устало вздохнула Нора. — Я все утро пробыла у Рины, а на автоответчике ни одного сообщения.

Она нажала кнопку определителя номера.

— Ты позвонил только сейчас. Должно быть, перед этим ошибался номером. Я всего лишь поговорила с Марис Грэм. Джей-Джей сегодня ночует у них. Я спросила у Марис, согласна ли она. Что ты хотел мне сказать?

— Я не могу приехать сегодня, — резко ответил он, игнорируя ее объяснения. — Большая компания. Клиент из Детройта. К тому времени как закончатся все совещания и мы их напоим и накормим, будет чертовски поздно. Я переночую в служебной квартире.

— Конечно-конечно, — сухо ответила Нора. — Я все понимаю. Только не забудь, что в пятницу вечером в школе будут вручаться награды Спортивной ассоциации. Джей-Джей получит стипендию от местного клуба болельщиков, как лучший игрок в футбол. Я жду, что ты приедешь, хотя бы ради сына.

— Какого дьявола на тебя нашло? — вспылил Джефф. — Климакс, полагаю. Я работаю, как черный раб, чтобы содержать тебя и ребятишек, а ты постоянно стервозишься!

— Я уже два года сижу на заместительной гормонотерапии, а ты даже не потрудился этого заметить. Ты мне изменяешь, Джефф? — парировала Нора, больше всего потрясенная словами, только что слетевшими с ее языка.

— Я считаю недостойным отвечать на подобные вопросы, Нора, — процедил Джефф. — Позвоню тебе на неделе.

— Не трудись! Только постарайся быть на церемонии вручения. Джей-Джей — твой единственный сын, — отрезала Нора. — По крайней мере единственный, о котором я знаю, дорогой!

Муж бросил трубку, но Нора успела услышать, как у него перехватило дыхание.