Коридор огней меж двух зеркал - Николай Полунин

3

В Брюкк Питер ехал двадцать восемь минут, девятнадцать -- по спидометру -- километров. На самом деле километров было двадцать, потому что спидометр у него врал. Зато голова соображала ясно.

Значит, никто Перси мертвым не видел. Из местных, по крайней мере. Тогда одно из двух: или плешивый гриб неумно врал -- но зачем, ведь я узнал, как обстоит дело, безо всякого усилия, -- или уж он-то знает наверняка. Но если знает наверняка, то почему не предупредил? Э, нет, здесь одно из трех: он и сам не знает, но меня купил как милого. Или даже из четырех... из пяти. Ох, из пяти, толстый Питер Вандемир, как ты ни изворачивайся -- из пяти. Но ведь это все лежит на поверхности, и ты это про думал уже давно. А что ты не продумал? Вилли "ездил ко врачу", как вам этот факт, Питер? А этот факт мы пока не станем принимать во внимание, поскольку он не может быть понимаем однозначно. Пока не может. Так. Лучше вспомним, что нас в первый день, ну, если не испугало, то как-то смутило. С хозяином? Раньше. Я взял ключ у Вилли, сказал, что отнесу чемодан сам, прошел к лестнице, поднялся... Прошел к лестнице. По левую руку там витраж, и я увидел... ну правильно! Темно-синий "оппель". На том кусочке дороги, где поворот к зданию. И дистанция подходящая, метров двести, на пределе чувствительности "блюдца". Тогда ладно, тогда все так и должно быть. И хорошо. Вот и приехал. Никогда не бывал в этом городишке. Сейчас поглядим, где тут местная Сорок вторая. Впрочем, не сразу.

По-настоящему жизнь шла действительно на одной только улице да в нескольких ответвляющихся от нее переулках, а остальной добропорядочный Брюкк спал. Да, спал, потому что сейчас было еще не "завтра", а продолжалось "сегодня", и кукольный хозяин спал за двадцать километров отсюда, и раздраженный Вилли, а вот Питеру, несмотря на усталость, после ужина пришлось попрыгать из окон и полазить через живые изгороди. Он проехал освещенные кварталы насквозь, свернул в один из переулков на окраине.

Голос Папы в трубке был сонным и недовольным.

-- Пьянствуете. Питер, вместо того чтобы выполнять свои обязанности, -сипло сказал он.

-- Так точно, разрушаю печень.

-- Какого дьявола, я ждал вас вчера ночью... Вы из автомата, что ли, ничего не видно.

-- Из автомата, -- Папе надо было дать время проснуться, и Питер терпел.

-- Надеюсь, не от бензоколонки и не из бара?

-- И не из аптеки. Просыпайтесь, Лео, хватит.

-- Да. Ну вот, я уже все. Я уже слушаю.

-- Это я вас слушаю! -- не выдержал Питер, -- вы что там, за три дня и почесатся не соизволили?

-- Не кричите. Мы соизволили. Слушайте: все чисто, этот тип на самом деле из Интерпола, Дастин Лэгг его фамилия, в свое время провернул несколько удачных операций по борьбе с терроризмом, в основном здесь, в Старом Свете. Сейчас осуществляет обмен информацией между Интерполом и некоторыми подкомиссиями Совета Безопасности.

-- Какими?

-- По космосу.

Питер присвистнул: -- И как же это понимать?

-- Как хотите. И еще. Слушайте. Предположительно может быть связан с какой-то из военных разведок...

-- Только этого не хватало.

-- Совершенно с вами согласен. Далее. Никакого убийства не было, трупа никто не видел...

-- Это я уже и без вас знаю.

-- Так может, ваш приятель жив-здоров, а?

-- Насколько тут осведомлен Лэгг?

-- А вот этого сказать не могу. Наверняка он ведет двойную игру, хотя в разговоре со мной был очень искренен -- да я же прокручивал вам от начала до конца.

-- Искренен... Что еще?

-- От столба с числом двести восемнадцать пятый столбик, если считать от Брюкка, в кустах. Набор без "стекляшек".

-- Пока и этого хватит,

-- Душно вам там? Не унывайте, Пит.

-- Когда мне унывать, я все больше разлагаюсь, вы же знаете... Ладно, все. -- И закончил: -- Как наш клиент?

-- Еще теплый, -- отозвался Папа. -- Удачи, Питер, я жду вашего звонка.

Вторым, кому он позвонил, был Серж, разговор получился очень короткий, но все эти полминуты Питер радовался, что он не видит лица Сержа. Без особой необходимости он не любил этого делать. Повесил трубку, вышел из темной будки, где не зажигал света. Дастин Лэгг, Дастин Лэгг. Лэгг. Л'Эгг. Вот это уже смешно.

На обратном пути примерно через квартал Питер увидел крутящиеся неоновые круги на стене и остановил машину. Он чувствовал сильное недовольство собой, но ничего не мог поделать. Потакание собственным привычкам тебя погубит, Пити, сказал он себе. Я только на минутку. Бар был как бар, в углу помещения сверкали и зазывно ухали игральные автоматы, малолетние хорьки звенели возле них никелем.

-- А что, дружище, -- сказал Питер, усаживаясь у стойки, -- вы заметили, что мир катится к черту?..

-- Простите?

-- Я спрашиваю, полночь уже была?

-- Совершенно верно. Четверть первого, мистер,

-- Так. -- Питер не стал поправлять. Временами легче было махнуть рукой. -- А тогда налейте-ка мне стакан молока.

-- Молока?

-- Теплого, если вас не затруднит. Пришел новый день, надо выпить в его честь стакан теплого молока. Вы не согласны?

-- О... разумеется. Вы совершенно правы. Одну минутку, мистер.

-- Глянь, я и не знал, что бывают молочные быки, -- нарочито громко сказал ломающийся басок за спиной. -- Или это корова? Может, проверим?

-- Какой это бык. Это молочный пудинг, только в штанах и пиджаке.

Питеру очень не хотелось скандалов, но он все же обернулся. Двое подростков скалили зубы. Одежонка а-ля "звездный человек", стопы браслетов прозрачного металла у щиколоток и запястий. Двое -- и еще морд десять в закутке у автоматов. Пока не вмешиваются, но уже навострили уши, показали зубы, одно слово -- хорьки. С такими не спустишь дело на тормозах.

-- Даром что без галстука, -- сказал тот, что говорил про пудинг.

Да, ничего, видно, не поделаешь. Питер совсем развернулся на табурете, приготовился встать, но внезапно к хамящим подросткам шагнул высокий мужчина в черном свитере, что-то тихо проговорил. Питер разобрал "...не стыдно...". Подростки, еще глянув разок в его сторону, вернулись к остальным, заухали примолкшие было автоматы, инцидент рассосался. Человек в свитере положил на стойку монету и тоже ушел, неловко кивнув и пробормотав извинение. Он показался Питеру изможденным.

-- Это кто?

-- Это учитель. Ваше молоко, мистер. Питер повернулся и увидел, что стакан молока упал, а на стойке образовалась лужа.

-- Ах ты, как это я... Сколько я вам должен?

-- Пустяки, мистер, не обращайте внимания.

-- Учитель. Вот этих он учит?

-- Никого он не учит, да и не учитель никакой, это его просто так в городе зовут, для ясности. Хотя, вообще, ученый, говорят, человек. Содержит сиротский приют, это в горах, выше, раньше заброшенная ферма была.

-- Часто он тут бывает?

-- Спускается в неделю раз примерно. За продуктами в магазин Бодо приезжает -- это чаще. Он, говорят, вообще здешний, из Брюкка, давным-давно уезжал, теперь вот вернулся. Уважают его -- видели? -- даже шпана эта. -- И, посчитав, что стоит перевести разговор на более интересную тему, начал: -Вы знаете, мистер, я вот тут читал в одной газете...