Недоразумение - Маргарет Парджетер

— Больше снисходительности при сделке? — Глаза у Дикина стали жесткими. Чуть помедлив, он сказал: — Все равно мне кажется странным, что Гэри мне об этом ничего не говорил.

Почему он не переменил тему? И не перестает таращиться на нее во все глаза? Какой интерес может вызвать у Дикина девица в инвалидном кресле? Вспомнились именно эти слова отца, но теперь в них можно было усомниться.

— А что бы изменило, если бы отец вам обо мне рассказал? — холодно спросила Миранда.

— Возможно, ничего, — согласился Дикин. И вдруг, наклонившись поближе, резко спросил: — Как давно вы в таком состоянии?

Миранде никогда не нравилось обсуждать свою инвалидность с посторонними. Даже теперь, когда она окончательно выздоровела и на ее длинных, стройных ногах не осталось и следа от прежних повреждений. Тем не менее ей, как и раньше, очень не хотелось об этом говорить. Миранда молчала. Дикин вернул ее в реальность, крепко сжав ей плечи и заставив взглянуть ему в лицо. Он настойчиво повторил вопрос.

— Как давно вы в таком состоянии, Миранда?

От того, как он произнес ее им, у нее перехватило дыхание. Цепкие пальцы Бретта не причиняли ей боли, но от них по всему ее телу пробежал огонь.

— Пять лет. — Она старалась не выдать внезапно сбившегося дыхания. — Я ехала в машине в гололед. Она закрутилась, вылетела через парапет и перевернулась.

Дикин резко выпрямился, выпустил плечи Миранды, отошел к окну. Комната была большая. И хотя Бретт находился от Миранды на достаточном расстоянии, она все же заметила, как напряглось его крепкое тело. Что же его беспокоило? Что заставляет так волноваться при виде человека в инвалидном кресле? Ведь тысячи людей вынуждены проводить так всю свою жизнь!

Теперь Миранда с явным одобрением оценила сумасшедший план тетки. Вполне вероятно, что все может сработать даже гораздо лучше, чем они, все трое, рассчитывали.

— Я тогда могла разбиться насмерть, — совсем прозаически добавила Миранда. Что-то в застывшей высокой фигуре Бретта Дикина вызывало у нее чувство неловкости.

Тот обернулся и подошел к девушке.

— Разве того, что случилось с вами, мало? Быть прикованной к инвалидному креслу, не в силах сделать ни шагу! Сколько же вам было лет?

— Когда это случилось? — Миранде было по-прежнему трудно смотреть в эти блестящие синие глаза. Непонятно почему, но они вызывали у нее в душе нечто такое, что она пока не могла выразить словами. — Девятнадцать. Но, как ни странно, я потом привыкла к своему положению.

Удивительно, но она и впрямь потом привыкла к тому, что оказалась инвалидом. Если честно, то разве тогда ей было не лучше, нежели сейчас? Теперь, без этого кресла, без внимания, которое оно ей гарантировало со стороны всех, кто ее любит, Миранда чувствовала себя до странности ранимой и беззащитной. Но у Бретта слова Миранды вызвали сомнения.

— Возможно, вы к своему состоянию и привыкли, но нравиться оно вам не может. Никак не может, раз нельзя жить нормальной жизнью. Никаких приятелей, никаких вечеринок…

— На вечеринках я иногда бываю, — сказала Миранда.

— Как наблюдатель! — Бретт схватил небольшой стул и уселся напротив девушки. Их глаза оказались почти на одном уровне. — Это, пожалуй, еще хуже, чем не ходить на них вовсе.

— В чем-то вы правы. — От того, что Дикин сидит так близко, и от его догадки сердце у Миранды вдруг застучало быстрее. — Но мне всегда казалось, что бывать на вечеринках все же лучше, чем сидеть дома и жалеть себя. — Она решила переменить тему: — Не знаю, куда делся отец. Может, дать ему знать, что вы здесь?

— Не беспокойтесь, — сказал Бретт, — я не спешу.

Да, но сама-то она спешила избавиться от него! Миранде было очень не по себе под пристальными взглядами Бретта, и она напомнила:

— Теперь ведь это ваш дом, мистер Дикин, и вам вовсе нет нужды ждать моего отца. Вы могли бы уже и сами осмотреть свой дом.

— А куда вы денетесь, когда уедете отсюда?

— У нас в Лондоне есть небольшая квартира.

— Квартира? — Темные глаза мрачно уставились на инвалидное кресло. — На первом этаже?

— На третьем, — коротко ответила Миранда. Хоть бы он прекратил свои вопросы!

— А там есть лифт?

Вопрос прозвучал так, будто Дикин спрашивает о чем-то, что ему очень не нравится. Миранда неохотно покачала головой. Бретт коротко поинтересовался:

— Как же вы в нее попадаете?

— Я там после аварии еще ни разу не была, — поведала Миранда. — Папа туда ездит, только когда у него в городе дела. Правда, место там очень милое. Не сомневаюсь, несколько ступенек для меня проблемы не составят, надо только привыкнуть.

И в этот момент появился Феррис. Еще ни разу в жизни Миранда никому так не радовалась, как своему отцу именно сейчас. Увидев Бретта Дикина, болтающего с Мирандой, Гэри Феррис поспешил извиниться:

— Простите меня, Дикин. Не слышал, как вы подъехали. Эти проклятые телефоны!..

— Я пока тут познакомился с Мирандой. — Бретт медленно встал и протянул Гэри руку. — Дверь была открытой, я и вошел. Надеюсь, Миранда не обиделась на мое вторжение.

— Не сомневаюсь! Она вам рассказала про аварию?

— Очень вкратце. Но почему вы об этом молчали?

— Знаете, я не раз порывался вам рассказать. Но говорить о дочери я очень люблю, вот и боялся: стоит только начать, и я уже не остановлюсь. И потом, я никак не мог себе представить, что вы с ней когда-нибудь встретитесь.

Бретт Дикин нахмурился.

— Все равно было бы лучше, если бы я знал.

Гэри кивнул в знак согласия.

— Надеюсь, Миранда не будет без нас скучать, пока я все вам покажу.

— А она не могла бы пойти с нами?

Хотя по форме Бретт задал вопрос, Миранда восприняла его скорее как просьбу. Видимо, то же самое подумал и Гэри, потому что возражать не стал. Однако вскоре выяснилось, что каким-то странным образом весь интерес Дикина к дому был сосредоточен на Миранде.

Она чувствовала себя все более неловко, потому что целый час Бретт заставлял Гэри Ферриса показывать все приспособления, облегчающие ей передвижение по дому в кресле. А тот, как ребенок, хвастался всем, что сделал в доме ради своей любимой доченьки.

Время шло, и напряжение Миранды все возрастало. Она вдруг ощутила странную легкость в голове. Казалось, девушка вот-вот упадет в обморок. Миранда не видела, что Бретт Дикин ни на минуту не спускает с нее глаз, одновременно озабоченных и задумчивых.

Гэри показывал Бретту сад, они двигались по специально выровненным тропинкам. Дикин попросил остановиться.

— Мне кажется, ваша дочь уже устала за этот день, — сказал он и покатил кресло Миранды назад в дом.